Воскресенье
17.12.2017
16:47
 
Липецкий клуб любителей авторского кино «НОСТАЛЬГИЯ»
 
Приветствую Вас Гость | RSSГлавная | "М" 1931 - Форум | Регистрация | Вход
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Тестовый раздел » ФРИЦ ЛАНГ » "М" 1931
"М" 1931
Александр_ЛюлюшинДата: Понедельник, 02.11.2015, 21:06 | Сообщение # 1
Группа: Администраторы
Сообщений: 2804
Статус: Online
Не побоюсь этого слова, гениальный фильм! Режиссёр, и ранее интересовавшийся судьбами простых обывателей в схватке с непостижимым роком, как будто предсказывает будущее родной Германии, к-ой совсем скоро предстоит погрузиться в атмосферу глубокой ненависти и неконтролируемого насилия. Потому и к месту здесь намёк на хулиганствующих СА-штурмовиков, очень красивая музыкальная тема из «Пер Гюнта», говорящая «метафора слепоты», и, конечно же, великолепный Петер Лорре в роли то ли маньяка-детоубийцы, то ли жертвы обезумевшей толпы!

«М» (нем. M) 1931, Германия, 118 минут
— первая звуковая картина великого немецкого режиссёра Фрица Ланга


Маньяк-убийца наводит ужас на жителей Города. Маленькие девочки не успевают домой к обеду, не возвращаются вовсе. Полиция сбилась с ног в поисках преступника, однако все усилия тщетны. Обеспокоенный активностью полицейских, преступный мир города сам объявил погоню за нарушившим табу маньяком.

Съёмочная группа

Режиссёр: Фриц Ланг
Сценарий: Теа фон Харбоу, Фриц Ланг, Эгон Якобсон
Продюсер: Сеймур Небензал
Оператор: Фриц Арно Вагнер
Художники: Эмиль Хаслер, Карл Фоллбрехт
Монтаж: Пауль Фалькенберг

В ролях

Петер Лорре — Ганс Бекерт
Отто Вернике — инспектор Карл Ломанн
Теодор Лоос — инспектор Грёбер
Густаф Грюндгенс — Шренкер
Фридрих Гнасс — Франц
Рудольф Блюммер — защитник Бекерта
Георг Йон — слепой продавец воздушных шариков
Франц Штайн — министр
Эрнст Шталь-Нахбаур — шеф полиции
Эллен Видманн — фрау Бекманн
Роза Валетти — Элизабет Винклер

Интересные факты

Премьера в Германии – 11 мая 1931.

Первый полнометражный звуковой фильм Германии.

Этот классический триллер о маньяке-убийце предвосхитил многие стилистические находки фильмов-нуар.

Сюжет фильма основан на реальных событиях дела маньяка-убийцы Петера Кюртена из Дюссельдорфа.

Первоначальным названием фильма было «Mörder unter uns» («Убийца среди нас»). Поскольку оно слишком откровенно намекало на нацистскую партию, Ланг поменял название, не желая ввязываться в политику. Поэтому ещё в ходе съёмок режиссёр решил назвать фильм однобуквенным сокращением «М». Фильм выходил также под названием «M — Eine Stadt sucht einen Mörder» («М — город ищет убийцу»). На DVD фильм иногда издаётся под названием «М — убийца».

Мелодию из «Пера Гюнта» Эдварда Грига при записи звука для фильма насвистывал сам Фриц Ланг (по другим данным — супруга Ланга, сценаристка фильма Теа фон Харбоу). Это один из первых известных примеров использования в кинематографе музыкальной темы, связанной с конкретным персонажем.

Персонаж инспектор Ломанн в исполнении Отто Вернике появляется также в фильме Фритца Ланга Завещание доктора Мабузе (1933).

Фриц Ланг утверждал, что для съёмок сцены суда над Бекертом он пригласил настоящих преступников.

Некоторые детали в сцене суда позже были использованы для нацистской пропаганды.

Ходили легенды о жестоком обращении Ланга со своими актерами. Так, в «М» Петеру Лорре пришлось больше десяти раз репетировать падение с лестницы.

Из-за необычного соотношения сторон изображения (1,20:1), в ранних видеоизданиях фильма кадр был заметно обрезан сверху и снизу.

Фильм завершается словами матери погибшего ребёнка, обращающейся к зрителям: «Это (процесс над убийцей) не вернёт наших детей. Просто нужно ещё внимательнее следить за детьми. Всем вам!…» (нем. «Das wird unsere Kinder auch nicht zurückbringen. Man muss eben noch besser auf die Kinder achtgeben… Ihr!»).

Вскоре после премьеры фильма Петер Лорре бежал из Германии, опасаясь еврейских погромов со стороны пришедшей к власти нацистской партии. Ланг последовал за ним в 1933-м году – сначала перебрался во Францию, а затем в Америку.

В июле 1934 года, уже после отъезда Ланга из Германии, фильм был запрещён к показу нацистской цензурой. В 1951 году в США был выпущен ремейк этого фильма, причём действие было перенесено в Лос-Анджелес (погоня за убийцей читалась как аллегория на «холодную войну» и «охоту на ведьм»). Ремейк никакого успеха не имел.

Смотрите фильм

https://vk.com/video16654766_166618173
 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 07.11.2015, 09:15 | Сообщение # 2
Группа: Администраторы
Сообщений: 3604
Статус: Offline
Зигфрид Кракауэр. От Калигари до Гитлера. Психологическая история немецкого кино.
Глава 18. Убийца среди нас


Несмотря на все попытки сохранить равнодушное отношение к жизни во имя существующего статус-кво, после 1930 года фасад "новой вещности" начал рушиться. Об этом говорит исчезновение "уличных фильмов" и картин о молодежи, которые служили отдушинами для парализованных авторитарных настроений в период стабилизации. В подобных экранных сновидениях отпала нужда, поскольку теперь вместе с избавлением от паралича всевозможные психологические склонности, авторитарные и прочие, раскрепостились и были готовы заявить о себе. Как и в послевоенные времена, немецкий экран превратился в поле сражения враждующих внутренних тенденций.

В своей работе "Расцвет и упадок немецкого фильма" (1930) Потамкин писал: "В Германии всё твердит о том, что умные люди выведут немецкое кино из оцепенения и киностудии обратятся к значительным сюжетам из действительности. У Германии не за горами политический кризис, а вместе с ним эстетический и интеллектуальный..." Но, как известно, тот, кто переживает кризис, вынужден взвесить все "за" и "против" и только потом определить свою линию поведения. Именно так поступила Германия, если судить по двум самым интересным фильмам той поры - "Голубой ангел" и "М", которые по праву можно отнести к документам тогдашних психологических настроений. Обе ленты проникли в такие глубины коллективной души, о которых даже не подозревали "Песнь жизни" и "Личная секретарша". Правда, в период стабилизации Пабст и Руттман тоже пытались обнажить незримые слои тогдашней действительности. Но если, прибегая к мелодраме или бесстрастно созерцая реальность, они тем самым не давали своим фильмам говорить о важных вещах, то "Голубой ангел" и "М" отличало подлинное чувство ответственности за изображенную в них реальность. Эти фильмы - плоды настроений, освободившихся от "оцепенения", о котором пишет Потамкин.



Как-то раз Фриц Ланг рассказал мне о том, что в 1930 году, еще до начала работы над фильмом "М"*, в газете появилась короткая заметка о его картине под предполагаемым названием "Убийца среди нас". Вскоре Ланг получил много возмущенных и грозных писем, и - что гораздо хуже - ему было грубо отказано снимать новую ленту на студии "Штаакен". "Откуда этот необъяснимый заговор против фильма о дюссельдорфском детоубийце Кюртене?"- спросил в отчаянии Ланг директора студии. "Ах, я-то понимаю",- ответил тот, улыбаясь, и вручил Лангу ключи от Штаакена. Ланг тоже все понял: в споре с этим человеком он случайно взял его за лацкан пиджака и краем глаза разглядел нацистский значок, приколотый с изнанки. "Убийца среди нас"- нацистская партия боялась, что название фильма ее скомпрометирует. В тот день, по словам Ланга, он достиг своего политического совершеннолетия.

"М" начинается с истории бесследно исчезнувшей школьницы Эльзи, которую вскоре находят зарезанной в лесу. Поскольку на счету ее убийцы не одно такое преступление, город охватывает паника. Полиция лихорадочно старается напасть на след детоубийцы, но своей рьяной деятельностью приводит в тревогу лишь городской преступный мир. Поэтому матерые городские бандиты решают сами выследить маньяка. Впервые интересы уголовников совпадают с желаниями закона. Далее сценаристка Tea фон Гарбоу заимствует сюжетный ход из "Трехгрошовой оперы" Брехта: шайка преступников вербует себе в помощники городских нищих, которые, наподобие разведчиков, по понятным причинам не привлекающим к себе внимания, всюду расставляют свои посты. И хотя полиции удается опознать в убийце бывшего пациента сумасшедшего дома, уголовники с помощью слепого нищего опережают официальных сыщиков. Ночью они вламываются в помещение какой-то конторы, где прячется спасающийся бегством убийца, извлекают его с заваленного хламом чердака под самой крышей и тащат на заброшенную фабрику, где устраивают "самосуд" и выносят ему смертный приговор. Полиция подоспевает вовремя и отдает детоубийцу в руки правосудия.

Выйдя на экран в 1931 году, этот фильм фирмы "Неро" встретил повсеместно восторженный прием. "М" бып не только первой звуковой лентой Фрица Ланга, но его первой значительной картиной после ряда претенциозных поделок, выпущенных в годы стабилизации. "М" снова поднимается до художественного уровня ранних фильмов Ланга - "Усталой смерти" и "Нибелунгов", а кое в чем и превосходит их в мастерстве. Чтобы придать ленте большую документальную убедительность, кадры, повествующие о повседневной деятельности полиции, вплетаются в картину так искусно, что кажутся неотъемлемой частью самого действия. Благодаря изощренному "параллельному монтажу" между миром полицейских и жизнью уголовников возникают смысловые связи: когда главари преступной шайки обсуждают свои 'планы, полицейские сыщики тоже заседают, и параллельно сменяющиеся кадры обоих собраний дают зрительному воображению пищу для тонких ассоциаций. Комическое обыгрывание содружества, возникшего между законом и беззаконием, в фильме проводится постоянно. Свидетели умышленно дают разноречивые показания, ни в чем не повинные граждане начинают подозревать друг друга; эпизоды с убийствами предстают в еще более мрачном свете.

Искуснейшее умение Ланга использовать звук для нагнетания ужаса и страха - случай беспримерный в истории звукового фильма. Мать Эльзи, прождав девочку к обеду несколько часов, выходит на лестничную площадку и в отчаянии громко зовет ее. Пока звучит этот крик "Эльзи", на экране проходит вереница кадров: пустой лестничный пролет, пустой чердак, пустая тарелка Эльзи на кухонном столе, лесная прогалина, где на траве лежит ее воздушный шарик, потом он появляется висящим на телеграфных проводах - все тот же шарик, купленный убийцей у слепого нищего, чтобы заручиться доверием девочки. Крик "Эльзи", словно сквозная нить, сшивает эти бессвязные кадры, превращая их в логические компоненты мрачного повествования. Когда в убийце вспыхивает его маниакальная страсть, он насвистывает несколько тактов мелодии Грига. Этот свист проходит через весь фильм, зловеще предваряя появление убийцы на экране. В кадре маленькая школьница идет по тротуару, и когда останавливается перед витриной магазина, приближается роковая мелодия Грига, и внезапно над залитой полуденным светом улицей нависает грозная и мрачная тень. Чуть погодя ту же насвистываемую мелодию Грига слышит слепой нищий, и узнавание мелодии - предвестник того, что убийца будет разоблачен. Есть и другие "роковые" звуки в фильме - скрывшись на захламленном чердаке, убийца пытается отомкнуть защелкнувшийся замок большим складным ножом. Когда уголовники ищут убийцу на верхних этажах, этот скрежещущий звук, напоминающий мышиную возню, выдает преступника с головой.

Сам убийца - центральная фигура фильма Ланга, Блистательно сыгранный Петером Лорре (3), он похож на инфантильного мелкого буржуа: на улице он грызет яблоки и, судя по невинному виду, не способен обидеть даже мухи. На допросе квартирная хозяйка рассказывает полиции о своем постояльце как о порядочном, тихом человеке. Он толст, женствен, ничем внешне не проявляет воли или решительности. Замечательным пластическим приемом Ланг дает понять зрителю, что за болезненные склонности обуревают этого человека. В трех различных случаях неодушевленные предметы, изображенные в "М", еще более выразительно, чем в "Голубом ангеле", обступают убийцу, точно грозят его поглотить. Когда детоубийца глазеет на витрину с ножами, Фриц Ланг снимает его так, что его лицо возникает в ромбовидно пересекающихся отблесках сверкающих ножей. Убийца, сидя в открытом кафе, устроенном наподобие увитой плющом беседки, так что только его пылающие щеки проглядывают сквозь лиственные гирлянды, смахивает на хищное животное, притаившееся в джунглях. И, наконец, когда убийца оказывается среди чердачной рухляди, его почти не отличить от разбросанного хлама, где он пытается укрыться от преследователей. Поскольку господство неодушевленных предметов в большинстве немецких фильмов обычно символизирует тиранию безотчетных сил, эти три кадра словно намекают на то, что убийца - пленник распоясавшихся инстинктов. Бесовские страсти одолевают его с той же силой, с какой неодушевленные предметы льнут к его экранному изображению.

Эту мысль подтверждает исповедь самого убийцы перед "самосудом". Эпизод предваряют кадры, великолепно передающие потрясение, переживаемое убийцей в тот момент. Несмотря на бешеное сопротивление, трое уголовников выволакивают детоубийцу с чердака на улицу, тащат на заброшенную фабрику и пинком опрокидывают навзничь. Он падает на пол, а когда, приподнявшись, оглядывается, крупный план его лица - лица, искаженного яростью и страхом,- внезапно сменяется длинным планом преступников, нищих и уличных женщин, возникших перед ним. Ощущение потрясения, переживаемого убийцей, возникает от устрашающего контраста между его жалкой фигуркой на полу и этих кольцом неподвижно сидящих людей - снятые в лучших традициях монументального стиля Ланга, они с каменным молчанием следят за убийцей. Кажется, что этот человек случайно напоролся на ожившую стену. И вот, желая оправдаться перед судьями, он объясняет свои злодейства так: "Меня всегда что-то подгоняло на улицах, за спиной кто-то незримо шел по пятам. Это был я сам, Мне иногда мерещилось, что я сам хожу за собой и не могу избавиться от преследования... Хочу убежать, должен убежать, но этот призрак все время ходит за мной следом, пока я не сделаю того, что делаю. А потом, разглядывая наклеенное на тумбе для афиш объявление, я читаю про то, что натворил. Неужели это действительно сделал я? Я про это не знаю, ненавижу это - я должен это ненавидеть... Я больше не могу..."

Подобно пластическим комментариям Ланга, эта исповедь совершенно ясно доказывает, что убийца принадлежит к старому семейству немецких кинематографических персонажей. Он похож на Болдуина из "Пражского студента", не устоявшего перед колдовскими чарами своего второго "я", он же - прямой потомок сомнамбулы Чезаре.

Подобно Чезаре, его жизнью управляет властное требование убивать. Но если сомнамбула в беспамятстве уступает верховной и могучей воле доктора Калигари, то детоубийца покорствует собственным патологическим наклонностям, с которыми он бессилен бороться. То, как он это сознает, обнаруживает его родство с другими немецкими киноперсонажами, чей предок - мелкий буржуа из "Улицы" Карла Грюне, Убийца как бы является связующим звеном между этими двумя видами фильмов. Психологические устремления, воплотившиеся в филистере и в сумасшедшем, наконец, соединяются в неделимое целое. Но по чистой случайности завзятый убийца породнился в нем с законопослушным мелким буржуа. Судя по его исповеди, этот "осовремененный" Чезаре убийца потому, что подчиняется воле воображаемого Калигари, живущего в нем самом. Внешность лишний раз подчеркивает его полную психологическую незрелость - незрелость, из-за которой своим чередом буйствуют его детоубийственные инстинктивные порывы.

Исследуя этот характер, который представляет собой не столько патологически действующего мятежника, сколько плод психологической дегенерации, "М" подтверждает мораль "Голубого ангела": когда происходит психологический распад личности, обязательно возникают вспышки дикого садизма. Оба фильма проливают свет на психологическую ситуацию тех трудных лет, и оба предвосхищают то, что должно случиться в немецкой жизни на всех ее уровнях, если люди не сумеют освободиться от призраков, преследующих их. Однако как это сделать, картины не объясняют. В уличных эпизодах "М" снова возникли такие привычные символы, как вертящаяся спираль на вывеске оптической лавки и полицейский, переводящий ребенка через улицу. Сочетание этих образов с изображением куклы, дергающейся в разные стороны, свидетельствует о том, что коллективная душа мечется между анархией и тоталитарной властью.

* Название фильма "М" - первая буква немецкого слова "Мorder" - "убийца".

http://www.dnevkino.ru/library_kracauer_19.html
 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 07.11.2015, 09:15 | Сообщение # 3
Группа: Администраторы
Сообщений: 3604
Статус: Offline
M

В предфашистской Германии пухлявый бюргер (Лорре) прикармливает на леденец и шарики младших школьниц, а после душит их на железнодорожных путях. Взбудораженная облавами оргпреступность Берлина начинает свою собственную охоту на беспредельщика.

Ланг, постановщик немых классовых утопий, с появлением звука естественным порядком приходит к изучению технологий массового загона. Заячий бег зафлажкованного одиночки в 30-х станет центральной темой его кино, но лишь «М» поднимется на эпохальный уровень за счет фигуры преследуемого — возбуждающего противоестественное сочувствие выродка-педофила. Невидимая, но неотвратимая сеть уличных калек, мальчишей-блатышей и веселых атаманов совьется вокруг опрятного паучка с базедовыми глазками, Петера Лорре, пока рука слепца с меловым «М» — клеймом убийцы — не ляжет ему на плечо драпового пальтишка.

Шедевр уголовной хроники, восхитительно гадостный конфликт скверного с совсем чудовищным — честных урок и «цыпленка жареного», «законного» криминала низов, и поганых педофильских маний холеных мягкотелых буржуа — рисует маняще-отталкивающую картину оставленной Богом Германии в двух шагах от великого и ужасного орднунга. Запутавшийся в проводах шарик станет символом зыбкой и уязвимой жизни тонкокожих существ меж двумя вселенскими мясорубками. В судном подвале малина присовокупит шарик к приговору.

Денис Горелов
http://www.afisha.ru/movie/175321/review/154858/
 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 07.11.2015, 09:16 | Сообщение # 4
Группа: Администраторы
Сообщений: 3604
Статус: Offline
M, 1931
Социально-криминальная драма


Одна из лучших лент немецкого режиссёра Фрица Ланга, первоначальное название которой («Убийцы среди нас») содержало недвусмысленный намёк на то, что уже происходило тогда на улицах Берлина и других городов Германии, где «штурмовики» из СА не случайно получили подобное определение за свои хулиганские действия, незаметно возведённые в закон. Однако и оставшийся подзаголовок «Город ищет убийцу» (в таком случае вообще следовало бы начальную букву в названии переводить не как «М», а «У», поскольку Mörder — это «убийца») тоже позволяет задуматься над тем, что может выйти из стихийного и мстительного поиска маньяка-детоубийцы не только добропорядочными гражданами, но и закоренелыми преступниками, которым крайне невыгоден тотальный «полицейский шмон». Они сами берутся за преследование подозреваемого полицией (режиссёр намеренно сопоставляет при посредстве монтажа сцены совещаний в обоих лагерях, участвующих в этой «охоте на человека») и единодушно выносят ему приговор, выступая за смертную казнь, больше думая о том, чтобы потом спокойно заняться «своим делом».

Можно сказать, что почти в каждом обывателе проявляется патологическая потребность убивать. И если маньяк Ханс Беккерт (он навеян реальным типом — Петером Кюртеном по прозвищу Вампир из Дюссельдорфа), которого прекрасно сыграл венгерский еврей Петер Лорре, потом сделавший заметную карьеру в Великобритании и США, оказался бессильным перед собственной психической болезнью, став своеобразной марионеткой в руках непостижимого рока, то поведение жителей города выражает их скрытое бессилие, подсознательный страх, а главное — глубинную ненависть.

Следующий этап — абсолютно несдерживаемая ярость (кстати, вынужденно эмигрировав из нацистской Германии в Америку, Фриц Ланг снял в 1936 году весьма примечательную ленту «Ярость» о так называемом «суде Линча»). Люди начинают подозревать и доносить друг на друга, попадая под власть уже не контролируемых сил зла. И готовы выместить всю накопившуюся злобу на первом, кто будет им указан. Вот почему жалкий сам по себе персонаж Лорре в «М» выглядит ещё более жертвенной особой, неким «козлом отпущения», отданным на растерзание разъярённой толпы.

Ланг великолепно использует в первом большом звуковом фильме немецкого кино метод «отражённого показа событий», в том числе — благодаря умелому обыгрыванию звука. Сначала мы не видим убийцу детей, а только слышим насвистываемую мелодию из «Пер Гюнта» Эдварда Грига. Именно по ней затем его узнаёт слепой. Это можно посчитать своего рода метафорой: практически все слепы, не зная, кто убийца, и будто действует в городе какая-то безличная сила. А позже один из преступников пометит убийцу знаком «М». Теперь тот виден всем. И словно всё зло мира на мгновение сосредоточивается в этом человеке, который, конечно же, будет убит — да только нечеловеческая ярость, уже вырвавшаяся наружу, останется как бы разлитой в воздухе. Из чего напрашивается несколько прямолинейный вывод, который, к сожалению, был подтверждён ходом исторического процесса: сама Германия оказалась под воздействием злого начала, превратившись в маньяка-детоубийцу, уничтожающего своё будущее.

Сергей Кудрявцев
Авторская оценка: 10/10
http://www.kinopoisk.ru/review/884529/
 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 07.11.2015, 09:16 | Сообщение # 5
Группа: Администраторы
Сообщений: 3604
Статус: Offline
М (M) - Фриц Ланг, 1931

Долгое время М был самым знаменитым фильмом Ланга; его ценили за выбранную тему, потрясающую игру Петера Лорре и визуальный стиль режиссера. Ланг выбрал на главную роль Петера Лорре, новичка в мире кинематографа, после триумфального успеха актера в пьесе Ведекинда "Пробуждение весны", где Лорре исполнял роль 14-летнего подростка. М относится к так называемому бледному периоду Фрица Ланга. Располагаясь между угольно-черной экспрессионистской палитрой и стальной серой расцветкой американского периода, бледный период также включает в себя фильмы Завещание доктора Мабузе, 1931 и Лилиом, 1934 - единственную французскую картину Ланга.

С приходом в кинематограф звука Ланг начал попытки более глубоко и реалистично заглянуть в психологию личности своих героев. В отличие от титанов преступного мира из более ранних немых фильмов Ланга, Ганс Беккерт, убийца детей - преступник, растворившийся в толпе, "обычный" по образу жизни, поведению и социальной принадлежности. Эта заурядность делает его еще более неуловимым и страшным. Филипп Демонсаблон справедливо заметил: "М выводит на экран героя совершенно непостижимого, знакомство с которым только сгущает тайну. Во всех своих проявлениях - жестах, словах, поступках - он остается инородным, еще более удаляясь в какой-то глубоко чуждый нам мир". Понять его невозможно - а значит, невозможно и осудить: разве что как радикальный образ человеческого удела. Действительно, Беккерт принадлежит к особому роду героев Ланга, раздавленных гнетом судьбы, которая управляет их судьбами. Но здесь судьба повелевает даже инстинктами героя: она живет внутри него, а потому еще более жестока.

Однако было бы ошибкой ограничивать интерес к фильму характером его главного героя (который, кстати, присутствует на экране сравнительно мало). Значительная часть действия посвящена тому, как общество реагирует на раковую опухоль в виде убийцы: тут Ланг рисует показательный образ Германии накануне прихода нацизма. По этому поводу Ланг описывает два маленьких закрытых сообщества - полицию и преступный мир, - которые начинают действовать параллельно друг другу, что особо подчеркивает режиссер. Фильм похож на репортаж об их совместных действиях. Со скрытой язвительной иронией Ланг допускает, что преступный мир действует гораздо эффективнее полиции и быстрее достигает цели (розыск и поимка убийцы), поскольку более заинтересован в ней и лучше организован. Портрет этих сообществ отражает один из ключевых мотивов творчества Ланга: западни, которую в данном случае устраивают сообща все члены некоей социальной группы, чтобы поймать в нее одного человека. Каким бы чудовищем ни был этот человек, при таких условиях он невольно напоминает несчастную жертву; неоднозначность авторского взгляда (который становится и нашим взглядом) добавляет глубины главному персонажу.

М, первый звуковой фильм Ланга, наглядно показывает, что режиссер не отказался от приемов, формировавших всю силу немого кинематографа (визуальные эффекты, литоты, параллельный монтаж и др.), в то же время пытаясь превратить звук в техническое средство, придающее действию экспрессивность и достоверность (обратите внимание, как Ланг использует мелодию Грига из "Пер Гюнта", которая выдает угрожающее присутствие убийцы и помогает его опознать. Мелодию должен был насвистывать Петер Лорре, но, похоже, за него пришлось насвистывать Лангу, поскольку Лорре оказался на это неспособен). Звук также усиливает действие визуального приема умолчания (мать маленькой Эльзи зовет ее в пустых декорациях) и создает в пространстве фильма дополнительный, очень тревожный эффект отсутствия и пустоты. Общая конструкции повествования не столь совершенна, как в более поздних американских картинах Ланга (например, слишком большое внимание уделяется эпизодам с Ломанном). Немного скомканный по темпу (надо отметить, что мы не имеем доступа к изначальной версии продолжительностью в 117 мин), фильм раскрывает свою силу и гениальность на уровне отдельных эпизодов и последовательностей сцен (например, параллельный показ совещания в полиции и собрания глав преступного мира или же финальный процесс).

N.B. Ремейк Джозефа Лоузи (1951), сделанный для того же продюсера (Сеймура Небенцаля), не заслуживает того поношения, что выпало на его долю. Эта картина обладает большой жизненной силой и вписывается в контекст нуара благодаря своим городским пейзажам. Кроме того, достойна уважения попытка Лоузи глубоко проникнуть в сущность главного героя (эту роль исполняет Дэвид Уэйн).

Жак Лурселль
http://www.cinematheque.ru/post/140393
 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 07.11.2015, 09:16 | Сообщение # 6
Группа: Администраторы
Сообщений: 3604
Статус: Offline
M – Eine Stadt sucht einen Mörder

Берлин в панике. Люди до глубины души напуганы вестью о маньяке, убивающем детей. Полиция поднята на ноги. Но и преступный мир не желает оставаться безучастным, решив во что бы то ни стало изловить подонка. Это удаётся, и убийца, некто Ганс Беккет (Петер Лорре), предстаёт перед импровизированным судом, который возглавляют и присяжными в котором выступают виднейшие криминальные авторитеты.

Фильм Фрица Ланга – один из лучших и самых захватывающих триллеров за всю историю кинематографа. Впечатляют эпизоды слежки с привлечением не только полицейских осведомителей, но и нищих, что позволило охватить весь город (вариация мотива «тысячи глаз доктора Мабузе», постоянного для режиссёра). Почти сразу стала классической (и была повторена Джеймсом Уэйлом в «Франкенштейне» /1931/) сцена смертоубийства девочки, когда Беккет на пару секунд замирает, ошеломленный непосредственностью ребёнка, не сознающего грозящей опасности, – а об остальном можно лишь догадываться. Потрясают сменяющие друг друга в перекрёстном монтаже (и тем самым – косвенно сопоставляемые) кадры секретных совещаний в полиции и на сходках преступников. Продуман до деталей эпизод преследования маньяка, на спину которому, дабы не упустить его из виду, ставят отметину «М» (первая буква в немецком слове «Morder» – ‘убийца’), завершающийся травлей, когда душегуб в ужасе забивается на чердак конторского здания и, следуя инстинкту самосохранения, как бы сливается с разбросанными там запыленными вещами. Наконец, изумителен финал, навеянный, как считается, «Трёхгрошовой оперой» Бертольда Брехта (параллельно, кстати, перенесённой на экран), когда ради соблюдения формальностей получивший право на защитное слово психопат неожиданно обрушивается с критикой самосуда – аналога «суда Линча», изобличенного режиссёром в американской «Ярости» /1936/, – учинённого далеко не самыми уважаемыми членами общества… «М» оказал исключительное влияние на жанр, будучи изучен мастерами триллера досконально.И всё-таки в момент появления да и впоследствии превозносили ленту за другое. «М», первую звуковую картину Ланга, как и его следующую работу «Завещание доктора Мабузе» /1933/, вполне можно считать постэкспрессионистскими в области формы и даже содержания. В мрачной атмосфере отчётливо проглядывает предгрозье – набирающая силу эра нацизма. Только невольным олицетворением явления выступает, в отличие от случая с сомнамбулой Чезаре из «Кабинета доктора Калигари», уже не психопат, наставляемый звучащими в голове голосами, а судящее его сообщество. Ибо, как точно позднее заметит Федерико Феллини, фашизм опасен даже не в качестве политического движения, но как состояние духа. В истории поимки зловещего «М», а точнее, того, как меняется город, приходящий, мгновенно забыв о собственной беспомощности и растерянности, в нездоровое возбуждение, демонстрируя мощь толпы, – воистину судьба Германии, пережившей унижение после Первой мировой войны, оказавшееся лишь на руку идеологам Третьего рейха… Однако благодаря феноменальной игре Петера Лорре (как и Ланг, вскоре уедет в США), передавшего боль и страх человека, не способного одолеть идущие откуда-то из запредельного мира внушения, эффект проникновения в трансцендентное возникает не менее сильный и пугающий, чем в шедеврах того же экспрессионизма. И уже не воспринимается однозначно (лишь как мораль политической аллегории) ответ потерпевших на вопрос, кто же виноват: «Мы».

© Евгений Нефёдов
Авторская оценка: 10/10
http://www.world-art.ru/cinema/cinema.php?id=13264
 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 07.11.2015, 09:16 | Сообщение # 7
Группа: Администраторы
Сообщений: 3604
Статус: Offline
М. ГОРОД ИЩЕТ УБИЙЦУ

«М. Город ищет убийцу», или просто «М», – кино о серийном убийце детей. Буква в названии – начало немецкого слова Mörder («убийца») – начертана мелом на спине ничего не подозревающего преступника. По распространенному мнению, режиссер и сценарист Фриц Ланг основал свой замысел на истории реального убийцы, терроризировавшего немецкий Дюссельдорф в 1920-х, но сам Ланг признался, что его фильм «М. Город ищет убийцу» вдохновлен подавленными общественными настроениями в Германии в целом, а серийных убийц на памяти Ланга было множество

Драматический триллер Фрица Ланга 1931 года – первая звуковая картина режиссера, больше десятилетия работавшего в немом кино и подарившего миру «Нибелунгов», «Доктора Мабузе», «Метрополис». «М. Город ищет убийцу» – знаковый для режиссера фильм, ведь в нем соединился немецкий экспрессионизм с первыми элементами жанра нуар, который он продолжил разрабатывать позднее в Голливуде: с фигурой преступника в центре повествования, параноидальной атмосферой, исключительно мрачными тонами.

Главный герой – неприметный мужчина Франц Беккер в исполнении Петера Лорре. Он маньяк, поджидающий, когда дети останутся без взрослых, чтобы заманить их в смертельную ловушку. Беккер не показан беспринципным злодеем – он душевнобольной, тщедушный и с пугливым взглядом. Его преступления вынесены за кадр, так как режиссер излишней жестокости предпочитает щемящие символы: пустая тарелка пропавшего ребенка или подаренный ему воздушный шарик, запутавшийся в электрических проводах.

«М. Город ищет убийцу» совсем не детектив: кто преступник, зрителям гадать не приходится. Внимание режиссера сосредоточивается на поисках убийцы, против которого идет не только полиция, но и бандиты, которым маньяк портит жизнь своей одиозной славой. Картина параллельно показывает деятельность служителей закона и его закоренелых нарушителей, чтобы зритель ужаснулся: разница между ними формальна. И те, и другие пекутся не о справедливости, а о собственном успокоении, просиживая на долгих совещаниях в темных прокуренных комнатах. Затаенное желание всех действующих лиц – загнать маньяка в угол и расправиться с ним, то есть уподобиться ему, превратив из охотника в жертву.

«М. Город ищет убийцу» недаром считается провозвестником нацизма: массовый психоз, показанный в фильме, заставляет даже посочувствовать серийному убийце, кричащему: «Я не могу себя контролировать, никто не знает, каково это – быть мной!» Но толпа в гневе не считается с законами, юридическими и нравственными. В 1933 году, спустя два года после выхода картины, к власти в Германии пришел Гитлер, умело воспользовавшийся скрытой агрессивностью народной массы. Опасения Фрица Ланга оправдались.

В фильмах Ланга – как немецких, так и американских – часто прослеживается идея: преступники и садисты, конечно, страшны и опасны, но нет ничего гибельнее обезумевшей толпы, готовой растерзать их на месте. В то время как у серийного убийцы очевидно психическое расстройство, толпа убеждена в собственной рациональности и безгрешности и потому грозна вдвойне. Стоит ли удивляться, что министр нацистской пропаганды Йозеф Геббельс в 1933 году предложил Лангу пост главы государственной киностудии, несмотря на их идейный антагонизм: Геббельс, как никто другой, осознавал разрушительную силу одурманенной толпы. На следующий год Ланг спешно покинул Германию, не запятнав карьеру сотрудничеством с нацистами, и больше 20 лет успешно снимал в Голливуде.

http://www.culture.ru/movies/329
 
Форум » Тестовый раздел » ФРИЦ ЛАНГ » "М" 1931
Страница 1 из 11
Поиск:

Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный хостинг uCoz