Пятница
04.12.2020
20:27
 
Липецкий клуб любителей авторского кино «НОСТАЛЬГИЯ»
 
Приветствую Вас Гость | RSSГлавная | "БРАЗИЛИЯ" 1985 - Форум | Регистрация | Вход
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Форум » Тестовый раздел » ТЕРРИ ГИЛЛИАМ » "БРАЗИЛИЯ" 1985
"БРАЗИЛИЯ" 1985
Александр_ЛюлюшинДата: Воскресенье, 01.11.2020, 19:49 | Сообщение # 1
Группа: Администраторы
Сообщений: 3019
Статус: Offline
«БРАЗИЛИЯ» (англ. Brazil) 1985, Великобритания-США, 143 минуты
— антиутопия британского режиссёра Терри Гиллиама


Сэм Лаури вполне доволен своей жизнью, он предпочитает работу мелкого клерка и согласен мириться с необустроенным собственным бытом вопреки воле матери, входящей в элиту системы. Но внезапно он встречает девушку, которую постоянно видит в своих снах. Ради того, чтобы снова встретить её, он решается сменить работу.

Съёмочная группа

Режиссер: Терри Гиллиам
Сценарий: Терри Гиллиам, Том Стоппард, Чарльз МакКоуэн, Чарльз Элверсон
Продюсеры: Арнон Милчен, Патрик Кассаветти
Оператор: Роджер Прэтт
Композитор: Майкл Кэмен
Художники: Норман Гарвуд, Джон Бирд, Кит Пэйн, Джеймс Эчесон
Монтаж: Джулиан Дойл

В ролях

Джонатан Прайс - Сэм Лаури
Ким Грайст - Джилл Лэйтон
Роберт Де Ниро - Арчибальд «Гарри» Таттл
Кэтрин Хелмонд - миссис Ида Лаури
Иэн Холм мистер - Курцман
Боб Хоскинс - Спур
Майкл Пейлин - Джек Линт
Иэн Ричардсон - мистер Уоррен
Питер Вон - мистер Хелпман
Чарльз Маккьюэн - Харви Лайм
Джим Бродбент - доктор Луис Джаффе
Деррик О'Коннор - Даузер
Дерек Дидман - Билл
Роджер Эштон-Гриффитс - священник

Критика

Харлан Эллисон объявил «Бразилию» «наиболее потрясающим научно-фантастическим фильмом из когда-либо снятых».

В 2004 году фильм «Бразилия» был включён журналом «Тотал Филм» в двадцатку величайших английских фильмов всех времён. В 2005 году кинообозреватели журнала «Тайм» Ричард Корлиш (Richard Corliss) и Ричард Шикель (Richard Schickel) назвали «Бразилию» в числе 100 лучших фильмов всех времён.

Критик Кэнс Тюрэн (Kenneth Turan) охарактеризовал фильм как «самое мощное произведение политической киносатиры со времени „Доктора Стрэйнджлава“».

Журнал «Wired» поставил «Бразилию» на 5 место в своём списке 20 лучших научно-фантастических фильмов.

Награды и номинации

1986 — две номинации на премию «Оскар»: лучший оригинальный сценарий (Терри Гиллиам, Том Стоппард, Чарльз МакКиоун), лучшие декорации (Норман Гарвуд, Мэгги Грэй)
1986 — две премии BAFTA: лучшая работа художника (Норман Гарвуд), лучшие визуальные спецэффекты (Джордж Гиббс, Ричард Конвей)
1986 — номинация на премию «Хьюго» за лучшую драматическую постановку
1986 — премия Британского киноинститута за технические достижения

Интересные факты

Год создания фильма (1984) совпадает с названием известного романа-антиутопии Джорджа Оруэлла. Первоначально фильм должен был называться «1984 ½» и музыкальной темой должна была быть песня Maria Elena, однако в середине съёмок режиссёр изменил тему и название, как более подходящую содержанию. Кроме того, офис министра информации в фильме располагается на 84 этаже здания.

Спуск спецназа по ступенькам, а также выстрел в глаз через очки одной из канцелярских работниц в финале фильма, полностью копирует знаменитую сцену из фильма Сергея Эйзенштейна «Броненосец „Потёмкин“».

В сценах снов Сэма Лаури использованы виды неба, созданные для «Бесконечной истории» Вольфганга Петерсена, но в киносказку не вошедшие.

Сцена битвы с самураем, обвешанным электродеталями, пародирует сновидческое сражение Люка Скайуокера со своим отцом в пятом эпизоде и одновременно символизирует любовь Гиллиама к фильмам Акиры Куросавы.

Музыкальная тема, сопровождающая название фильма, является цитатой из симфонической картины М.П. Мусоргского «Ночь на Лысой горе» («Иванова ночь на Лысой горе»). Программа симфонической картины посвящена шабашу ведьм.

В книгу Джека Мэтьюза «Битва за „Бразилию“» (Краун паблишерз, 1987) вошёл снабженный комментариями сценарий фильма, рисунки, а также подробный отчет о производстве картины и о том, что происходило после того, как она была закончена.

Лейтмотивом фильма является песня 1939 года «Aquarela do Brasil» Ари Баррозу, исполняемая в различных вариациях — от возвышенных и воодушевляющих до угрожающе зловещих. Название фильма восходит к названию песни. Оно также содержит ассоциацию с островом Бразил из ирландской мифологии, который считался раем.

Цитаты

Это справка о Вашем муже. А это справка, что я отдал вам справку.
— Сэм Лаури жене убитого Баттла

Гарри Таттл — Друзья зовут меня Гарри.

Сэм — Мне нужна информация.
— Это ведь отдел исправления, а не распространения информации.

Сэм — Ты мне не доверяешь?
Джил — Доверяю? Ты угнал мой грузовик, я потеряла работу, за мной охотится полиция, и я должна тебе доверять?

Сэм — А что в коробке?
Джил — Рождественский подарок.
— Тяжёлый.
— Это тяжёлый подарок.

Сэм — Счастливо, Джек! Мой привет Алекс и двойняшкам.
— Тройняшкам.
— Тройняшкам? Господи, как летит время!

Сэм — Боже мой, что с Вами?
подруга матери (после пластической операции) — У моего осложнения возникло осложнение, но доктор говорит, что скоро я буду выглядеть как юная газель.

— Сэм, неужели Вы ничего не можете поделать с этим терроризмом?
— У меня сейчас обед, к тому же, я в другом отделе.

Смотрите трейлер и фильм

https://u.to/_WAZGg
 
ИНТЕРНЕТДата: Понедельник, 02.11.2020, 22:40 | Сообщение # 2
Группа: Администраторы
Сообщений: 4081
Статус: Offline
Как это снято: «Бразилия»

30 лет назад состоялась премьера «Бразилии» – культовой антиутопии и ключевой картины в творчестве хулигана Терри Гиллиама. Вспоминаем историю создания фильма и разбираем его художественные особенности

Создание

Замысел «Бразилии», как, впрочем, и всех других своих проектов, Терри Гиллиам вынашивал на протяжении нескольких лет. Источниками вдохновения ему при этом послужили печальные страницы истории XX столетия и Средневековья, антитеррористическая истерия 70-х годов, романы Кафки и антиутопия Оруэлла «1984», феерия Федерико Феллини (любимого режиссера Гиллиама) «Восемь с половиной», а также умиротворяющая испанская мелодия «María Elena». Сценарий перерабатывался по меньшей мере трижды при участии Тома Стоппарда и друга Гиллиама Чарльза МакКоуэна. Принципиально, что Гиллиам изначально настаивал на пессимистическом финале картины, нетипичном для голливудских проектов. Это обстоятельство осложняло поиск финансирования. Вполне внушительные по тем временам $15 млн бюджета режиссер нашел лишь благодаря продюсеру-авантюристу Арнону Милчену (среди его недавних картин – «Бердмэн»), который заодно добавил проекту веса, приведя на роль второго плана Роберта Де Ниро.

Съемочный период «Бразилии» был рассчитан на пять месяцев, однако в процессе растянулся на целых девять, продлившись с ноября 1983 года по июль 1984 года. Среди причин, усложнивших создание картины, ко всеобщему удивлению оказался Де Ниро. Актер привык создавать многослойные образы, тогда как Гиллиаму требовалось, чтобы перед камерой тот всего-навсего оставался самим собой. Из-за попыток Де Ниро усложнить своего героя на каждый кадр с ним уходило по 20-30 дублей, тогда как Гиллиам привык делать не больше 2-3-х. В итоге на съемку всего лишь нескольких эпизодов, в которых появляется актер, ушло две недели вместо планировавшейся одной. По признанию Гиллиама, если в первые дни съемок группа встречала голливудскую звезду как героя, то под конец его «готовы были убить».
Вдобавок группе несколько раз пришлось прерваться – сначала Гиллиам понял, что история получается излишне масштабной и взял паузу, чтобы укоротить сценарий, затем на фоне съемочного стресса его на неделю разбил частичный паралич. Постпродакшн картины занял еще полгода. На этапе монтажа история сильно поменяла структуру. В частности, сон главного героя из одного эпизода, который должен был находиться в середине фильма, был разбит на несколько сцен, расставленных по ходу основного сюжета. Финальных вариантов картины получилось несколько – американская, как это часто бывает, оказалась на 10 минут короче европейской. При всех этих производственных перипетиях, авторам ленты, как ни странно, в самый раз удалось уложиться в бюджет.

Локации и декорации

Как и в любом другом фильме Гиллиама, исключительное внимание в «Бразилии» уделено пространству – локациям, дизайну интерьеров, реквизитам и т.д. Словами режиссера, для него это тоже «персонажи, ничуть не менее важные, чем те, что носят одежду и произносят реплики». Конструируя пространство, режиссер следовал принципу эклектизма – в картине можно обнаружить следы стилей самых разных времен.

Большая часть съемок проходила в Лондоне, а несколько сцен были сделаны в Бакингемшире и в пригороде Парижа Марн-ла-Валле. Основную натуру удалось найти в британской столице, но для нескольких кадров экстерьера постмодернистского дома главного героя понадобилось ехать во Францию. Ресторан воссоздавался в резиденции Ментмор-Тауэрс в Бакингемшире. В интерьеры постройки XIX века без всякой пощады вживили промышленные трубы. В Лондоне в здании Национального либерального клуба, выдержанного в духе неоготики, была воссоздана роскошная квартира матери главного героя. Одна из электростанций Кройдона, постройки середины XX века, стала фасадом Министерства информации. Там же была найдена пыточная камера – в ее качестве, вместо изначально задуманного тесного кубического пространства, Гиллиам решил использовать гигантскую круговую охладительную башню. Это показалось режиссеру неожиданным и оригинальным решением. Клиника пластической хирургии расположилась в доме-музее лорда Лейтона – художника и коллекционера викторианской эпохи, обставившего свое жилье в мавританском стиле. Наконец, помещения викторианских мукомолен и зернохранилищ были использованы в качестве коридоров Отдела регистрации и Министерства информации. Интересен подход Гиллиама к работе с этими пространствами. Поскольку в распоряжении группы всегда было лишь одно помещение, а необходимо было создать ощущение большого пространства и бесконечного повторения коридоров, друг с другом незаметно монтировались кадры одного и того же места.

Основные декорации были построены в небольшом павильоне студии Lee International. Интересно, что, например, фойе Министерства информации и фойе Отдела регистрации имитировались в одних и тех же декорациях, подвергавшихся лишь небольшим изменениям. По словам Гиллиама, такой прием позволял не только экономить бюджет, но и создавать ощущение столкновения с чем-то новым, что одновременно кажется знакомым – оригинальный способ нагнетания параноидальной, тревожной атмосферы. Вездесущие трубы вдохновлены эпохой Регентства начала XIX века, когда в ущерб чувству прекрасного коммуникации не прятались, а выводились наружу зданий. Отдельные элементы, например скульптура в фойе Отдела регистрации, отсылают к стилистике ар-деко. На внешний вид построек большое влияние оказали работы архитектурного графика Хью Фэрриса, провозгласившего монструозную эстетику небоскребов 20-30-х годов. Помимо «Бразилии» она, кстати, повлияла на образ вымышленного Готэм-сити в любом комиксе или фильме о Бэтмене. Многочисленные афиши, таблички, вывески, появляющиеся почти в каждой сцене, заимствовались из традиций советского плаката 20-х и американских журнальных иллюстраций 40-50-х. Цветовое решение было с одной стороны определено эстетикой черно-белого кино, а с другой проистекало от экспрессионистской живописи – контрастные сочетания теплых и холодных цветов, красного и зеленого, оранжевого и голубого. Частое использование неонового света позволило усилить футуристический мотив.

В качестве реквизита также использовались предметы разных времен: неизвестного назначения приспособления Викторианской эпохи, телетайпы 40-х годов, увеличительные линзы для телевизоров, трехколесная немецкая мотоколяска из 50-х и другое попадавшееся под руку барахло. «Ретро-футуристические» вещи, имеющее функции в антиутопической вселенной фильма, не продумывались заранее, а собирались по принципу реди-мейда – на ходу. Столь безумный эклектизм по замыслу Гиллиама призван создать гротескную атмосферу и придать сюжету вневременной характер. Не случайно картина предваряется титром «Где-то в XX веке», а место действия не называется – автор помещает свой горький сюжет разом во все страны и во все эпохи, поскольку центральные проблемы фильма остаются актуальными всегда и везде. Кстати, в русле этой же идеи Гиллиам обильно цитирует киноклассику. В «Бразилии» можно найти отсылки к «Броненосцу “Потемкину”», «Новым временам», «Третьему человеку», «Восьми с половиной», «Альфавилю», «Кагемуся» и многим другим любимым картинами режиссера.

Костюмы и грим

Костюмы героев также собраны из различных модных тенденций в их утрированной форме. Одежда главного героя, чиновников, обывателей выдержана в духе 40-х годов: широкополые шляпы, длинные пальто, свободные пиджаки с широкими плечами и т.д. Костюмы стражников и полиции заставляют вспомнить о милитаристской эстетике нацистской Германии. С ее строгостью соседствуют эпатажные наряды представителей высшего света, выдержанные в духе работ Эльзы Скиапарелли: пестрые вечерние платья с блестками, леопардовые жакеты, меховые горжетки, фантастические головные уборы, среди которых главный хит – шляпка-туфелька. В сценах снов главный герой воображает себя неким гибридом Икара и Зигфрида. Для такого образа была разработана система крыльев, латы, имитирующие мускулатуру, наручи и прочие элементы костюма античной эры. Появляющийся во сне антагонист облачен в доспехи самурая, что является данью уважения Гиллиама Акире Куросаве. Футуризм здесь проявляется в том, что костюм покрыт множеством резисторов, транзисторов и микросхем. Костюмами на картине занимался Джеймс Эчесон, между прочим, в дальнейшем трехкратный обладатель «Оскара».

Один из самых запоминающихся образов «Бразилии» – растянутое лицо молодящейся героини Кэтрин Хелмонд – был сделан с помощью грима. Решение предложила художник Мэгги Уэстон, она же супруга Гиллиама. Разработанный ею грим наносился по десять часов, а из-за того, что он вызывал повреждения кожи, пришлось даже отказаться от нескольких сцен.

Операторская работа

В плане операторского решения сам Гиллиам сравнивает фильм с карикатурой. Принцип построения изображения схож – перспектива нарушена, пропорции искажены (особую гротескную выразительность при этом обретают крупные и средние планы). Для этого Гиллиам и оператор Роджер Прэтт использовали дезориентирующую ракурсную съемку, широкоугольную оптику Zeiss и Kinoptik, а также ручную камеру. Совокупность этих средств можно назвать одной из главных составляющих характерного визуального стиля Гиллиама.

Музыка

Фильм, как уже говорилось, был вдохновлен спокойным и величественным испанским напевом, который и должен был стать лейтмотивом ленты. Однако по ходу работы над проектом, стремительно обретавшим гротескные черты, Гиллиам решил переключиться на более причудливую и легковесную мелодию. Достаточно подходящей ему показалась бразильская песня «Aquarela do Brasil» или просто «Brazil», название которой заодно стало названием фильма. В общем-то большая часть саундтрека фильма – вариации этой мелодии, от нелепых в духе самбы до возвышенных симфонических. Разные версии были записаны несколькими артистами, в том числе Кейт Буш. В остальном перед композитором Майклом Каменом ставилась задача наполнить звуковую палитру фильма максимально разнородными элементами. Отсюда возвышенные импрессионистские мотивы в духе Мориса Равеля или подчеркнуто мультяшные проигрыши, напоминающие, скажем о Вуди Вудпекере. В общем, не зря критики говорят о «Бразилии» как о встрече Франца Кафки с Фрэнком Капрой. Гиллиам, кстати, с такой трактовкой согласен.

Павел Орлов, 20 февраля 2015
https://tvkinoradio.ru/article/article2030-kak-eto-snyato-braziliya
 
ИНТЕРНЕТДата: Понедельник, 02.11.2020, 22:40 | Сообщение # 3
Группа: Администраторы
Сообщений: 4081
Статус: Offline
«Бразилия»

В тоталитарном обществе будущего идет нескончаемая антитеррористическая операция. В результате орфографической ошибки клерка из Министерства информации жизнь другого почти точно такого же клерка (Прайс) непоправимо меняется: прежде летавший лишь во сне, он влюбляется в грубоватую девицу (Грейст), по недоразумению объявленную террористкой, и сам неожиданно становится врагом государства.

«Бразилия» — это Оруэлл, переписанный Хармсом, Фриц Ланг, переснятый братьями Коэн, некролог, пересказанный в форме анекдота. Обращение участника «Монти Пайтона» к тяжеловесному и праведному жанру антиутопии странно лишь на первый взгляд: что может быть более абсурдным, чем будущее? Гиллиам, никогда не живший в СССР, гениально угадал эстетику тоталитаризма: гиллиамовский дивный новый мир — ржавое, затянутое паутиной царство всеобщего бардака, где главный враг не министр, не следователь, не палач, а сантехник. Иррациональная эффективность всей этой скрипучей допотопной машинерии на деле оказывается куда более зловещей, чем стерильное всевластие компьютеров, обыкновенно изображаемое в подобных фильмах. И куда смешнее: ведь в «Бразилии» еще есть диссидент от коммунальных служб Де Ниро, мамаша с ее пластическими операциями, возлюбленная, водящая грузовик, и тысяча мелочей вроде собачки с заклеенным крест-накрест анусом. Пессимистическая комедия Гиллиама, если верить легенде, первоначально должна была называться «1984 с половиной», но съемки затянулись. Жаль, название хорошее — впрочем, подошло бы и «2006».

Станислав Зельвенский
https://www.afisha.ru/movie/171749/?reviewid=154670
 
ИНТЕРНЕТДата: Понедельник, 02.11.2020, 22:40 | Сообщение # 4
Группа: Администраторы
Сообщений: 4081
Статус: Offline
БРАЗИЛИЯ

Сэм Лаури (Джонатан Прайс) вполне доволен своей участью мелкого служащего Министерства информации, работая в бесперспективном с точки зрения карьерного роста Департаменте архивов. Необъяснимо для самого себя он влюбляется в прекрасную девушку (Ким Грайст), увиденную во сне. Чтобы найти её, Сэму приходится принять предложение о переводе в Департамент извлечения информации. Волей-неволей Лаури оказывается вовлечён в неприятнейшую историю с просчётом, допущенным совершенной бюрократической машиной, с деяниями благородного террориста Арчибальда Таттла (Роберт Де Ниро) и расследованием, которое ведёт его старый друг Джек Линт (Майкл Пэйлин).

– Это, наверное, какая-то ошибка… – неуверенно заявляет Джилл Лейтон, ставшая свидетельницей ареста соседа этажом ниже.
– Ошибка? У нас не бывает ошибок.

Даже если б далее не последовал остроумный гэг с наглядной демонстрацией эффективности работы Системы («Как это типично: перешли на метрическую систему, а нам не сказали»), этот краткий обмен репликами всё равно бы ёмко выражал суть авторского послания.

Рабочим названием фильма был вариант «1984 и 1/2» («Тысяча девятьсот восемьдесят четвёртый с половиной»). Однако в данном случае речь не идёт о прямом1 или косвенном развитии событий знаменитой антиутопии Джорджа Оруэлла, киноверсия которой, к слову, параллельно снималась Майклом Рэдфордом и вышла на экраны чуть раньше. Более того, говорить о следовании в «Бразилии» канонам своеобразного жанра в его традиционной разновидности не совсем корректно. Терри Гиллиам производит с устоявшейся художественной схемой примерно те же манипуляции, какие драматург Том Стоппард, прозорливо приглашённый в соавторы по написанию сценария, проделал с небезызвестной шекспировской трагедией. А присутствие в заглавии дробного числа, не говоря уже о роскошной цитате в прологе, должно натолкнуть на мысль: нам предстоит увидеть «Оруэлла глазами Федерико Феллини». Впрочем, такое сочетание могло зародиться только в воспалённом мозгу ярого приверженца английского юмора абсурда, пусть и американца по месту рождения…

Сразу оговоримся: режиссёр не принижает критический пафос антиутопий. Сколько нервов было потрачено в противостоянии с Сидом Шайнбергом, одним из руководителей студии Universal Pictures, настоявшим на съёмке «хэппи-энда» в духе «Любовь побеждаёт всё» и едва не выпустившим картину в таком виде в кинопрокат2. Именно трагический финал помогает расправиться с забрезжившей надеждой, в данном случае – весьма наивной. Мало того, что глупейший ляпсус, усугублённый безупречными с бюрократической точки зрения мероприятиями сотрудников всепроникающего министерства, действительно имел место – и действительно покалечил судьбу нескольких «маленьких» людей. Заурядные ремонтники (особенно выразителен Боб Хоскинс в образе Спура!) легко устраивают локальный бытовой кошмар. Дети играют в арест, и в самом деле впечатляющий, сопровождаясь эффектным штурмом и помещением человека в специальный мешок – смирительную рубашку усовершенствованного фасона. Подследственным приходится оплачивать услуги государства по… их собственному допросу. На улицах, в ресторанах и в магазинах раздаются куда как реальные, уносящие десятки жизней взрывы, о происхождении которых остаётся, содрогаясь, лишь догадываться, узнав, что особо опасный террорист Таттл (не Баттл!) к ним непричастен. По косвенным признакам (скрупулёзно стенографируемые истошные вопли, пятна крови на халате) нетрудно догадаться, какого рода работу выполняет Джек, интеллигентно общающийся со старым приятелем и обожающий дочурку-ангелочка Холли3. А главное, при всей неповоротливости Система срабатывает безукоризненно в случае с самим Лаури, не упустив ни одного правонарушения. И, разумеется, мысль уточняется и усиливается благодаря уникальному изобразительному решению (оператор Джеймс Эчесон, художники Джон Бёрд и Кит Пэйн): навязчиво длинные коридоры, неправдоподобно высокие небоскрёбы, немыслимое количество труб всех диаметров и расцветок сами по себе навевают ощущение страшного абсурда – с логическим ударением на слове «страшный».

В чём же тогда принципиальная новизна? Дело в том, что Сэм изначально не мог стать ни Уинстоном Смитом, поплатившимся за желание постичь великие тайны Большого брата, ни Йозефом К. Франца Кафки, безнадёжно увязнувшими в чуждых и непонятных процедурах. Лаури плоть от плоти Министерства информации. «Немножко бюрократ в душе», он до поры остаётся рядовым «винтиком» исключительно по собственной воле, разбираясь в тонкостях функционирования государственного аппарата чуть ли не лучше, чем Линт и высокопоставленный мистер Хелпман. Ведь и волнующий, пронзительный, невероятно красивый эпизод сна, где Сэм отождествляет с себя с неустрашимым рыцарем, победоносно сражающимся за прекрасную даму с отвратительным Бормоглотом4 в самурайских доспехах, оборачивается умерщвлением… самого себя! Истинная трагедия, по мнению кинематографистов, заключается даже не в последствиях досадного сбоя «Таттл-Баттл». Творческое начало Сэма Лаури, внезапно пробудившееся под звуки волшебной песни «Бразилия» (точнее, «Aquarela do Brasil», то есть «Бразильская акварель» Ари Барросо, впервые ублажившая слух зрителей в весёлом диснеевском мультфильме «Салют, друзья!» /1942/), с неизбежностью – по объективным причинам – приводит к ужасающему исходу. Да и поступки отважного Арчибальда в конечном счёте направлены не на подрыв, а на… ловкое устранение недостатков Системы. То, что для феллиниевского Гвидо завершалось сравнительно безобидно, оставшись несбывшимися (да и толком не оформившимися) творческими планами, в идеальном гиллиамовском информационном, или постиндустриальном, обществе «где-то в XX веке» наказуемо по определению. Авторы с редкой художественной силой раскрывают известную5 метафору о тотальной мышеловке, из которой нет выхода, поскольку, когда её покидаешь, она выворачивается наизнанку, и человек снова оказывается внутри. Словом, ошибок не бывает! В каком-то смысле Лаури даже повезло, раз уж великие инквизиторы новой формации вынуждены признать: «Мы упустили его».

__________
1 – Как в книге «1985» венгра Дьёрдя Далоша, описавшего гипотетическую ситуацию распада Океании.
2 – Хотя не исключено, что тогда кассовые сборы в североамериканском прокате не остановились бы на отметке $9,9 млн., не компенсировав достаточно солидных ($15 млн.) производственных затрат.
3 – Снимая в этой роли собственное чадо, Терри даже не стал менять имя!
4 – Гиллиам отдал должное этому порождению фантазии Льюиса Кэрролла ещё в одноимённой картине 1977-го года.
5 – У нас о ней писал С.Г. Кара-Мурза в книге «Манипуляция сознанием».

Евгений Нефёдов
http://www.world-art.ru/cinema/cinema.php?id=5688
 
ИНТЕРНЕТДата: Понедельник, 02.11.2020, 22:40 | Сообщение # 5
Группа: Администраторы
Сообщений: 4081
Статус: Offline
“БРАЗИЛИЯ” (Brazil)
Трагикомическая антиутопия


Наиболее амбициозный проект талантливого художника, аниматора, режиссёра и комического актёра Терри Гиллиама, который, расставшись с абсурдно-юмористической британской группой “Монти Пайтон” (из её состава участвует в “Бразилии” только Майкл Пейлин), дал полную волю своей неиссякаемой фантазии. Вдобавок ко всему в этом фильме, грандиозном по декорациям и размаху съёмок, он ещё сильнее подчеркнул манеру острой социальной сатиры, опробованную в несколько сказочной форме в “Джэбберуоки”. И явно намекнул не только на знаменитый пророческий роман “1984” Джорджа Оруэлла (тем более что работа над лентой шла в том же 1984-м!), но и на традиции кафкианского, уже мрачно-абсурдного стиля.

Мелкий чиновник Сэм Лоури, беспрекословно подчиняющийся начальству, почти насмерть запуганный технократической диктатурой, безусловно, напоминает Йозефа К., который терялся в бесчисленных, запутанных лабиринтах власти и закона. Типично кафкианским кажется и ошибочное физическое устранение невинного Баттла лишь из-за созвучия фамилий, а “преступника” Таттла преследуют за анекдотическое “проявление инициативы”. Но Сэм Лоури вынужден следовать идиотской казуистике - проверять счета канцелярии относительно оплаты родственниками казни Баттла. Набор несоразмерных глупостей и запретов придуман системой для того, чтобы обыватель привыкал к осторожному и тихому существованию, сам приучался к безропотному и даже радостному повиновению. А дерзкий бунт против аппарата подавления приобретает поневоле комически-дебильный характер. Ведь и Хэрри Таттл, который нелегально, по-десантному устраняет аварии в квартирной канализации (точнее, это - бессмысленное нагромождение изогнутых труб), абсолютно не осознаёт, что его бесполезный героизм может лишь чуть-чуть подправить тупую систему, но не способен её окончательно разрушить. Лучше уж чеховский мужик, нерадиво отвинчивающий гайки на шпалах!

Пессимизм Терри Гиллиама по поводу бесцельной борьбы одиночек с современным Драконом, новым Джэбберуоки или же (по-русски) Бармаглотом, проявляется на идейно-тематическом (как мы сказали бы раньше) уровне и в изобретательной художественно-образной форме. Гигантский мир технической империи, воссозданный в кинопавильонах, величественно и угнетающе возвышается над людьми-марионетками, которые блуждают среди коридоров-пропастей и квартир-ловушек. Наверно, вопреки желанию режиссёра, все эти супердекорации и причудливые композиции художников, а также оригинальные костюмы Джеймса Эчисона начинают доминировать в фильме, отвлекать внимание зрителей от повествования, которое во второй половине развивается всё труднее, медленнее, угасающе, почти на холостом ходу.

Гиллиам смонтировал для американского проката версию на 11 минут короче - и, тем не менее, заслужил упрёки в затянутости действия. Определённее всех высказался справочник “Мувиз он Ти-Ви энд видеокассет”: “Вы уже через 5 минут знаете то направление, по которому двинется эта футуристическая комедия - а она всё движется, и движется, и движется”. Но это не помешало американским журналистам, пишущим о кино, назвать “Бразилию” в числе десяти лучших за все 80-е годы. А среди некоторых ценителей этого “метеорита современного кино” (по словам французского критика Рафаэля Бассана) с отсылкой в названии к популярной песне 40-х годов картина Терри Гиллиама стала даже культовым и ныне входит в число 250-ти по рейтингу пользователей imdb.

Сергей Кудрявцев
https://kinanet.livejournal.com/258880.html
 
Форум » Тестовый раздел » ТЕРРИ ГИЛЛИАМ » "БРАЗИЛИЯ" 1985
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:

Copyright MyCorp © 2020
Бесплатный хостинг uCoz