Понедельник
21.08.2017
18:39
 
Липецкий клуб любителей авторского кино «НОСТАЛЬГИЯ»
 
Приветствую Вас Гость | RSSГлавная | режиссёр Михаил Калатозов - Форум | Регистрация | Вход
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Тестовый раздел » МИХАИЛ КАЛАТОЗОВ » режиссёр Михаил Калатозов
режиссёр Михаил Калатозов
Александр_ЛюлюшинДата: Пятница, 09.04.2010, 05:57 | Сообщение # 1
Группа: Администраторы
Сообщений: 2769
Статус: Offline
28 декабря 1903 года родился МИХАИЛ КАЛАТОЗОВ (Калатозишвили) – кинорежиссер, народный артист СССР (1969). В юности работал киномехаником, затем монтажером, оператором, сценаристом на Тбилисской киностудии, как сценарист и оператор принимал участие в создании картин Дело Тариэла Мклавадзе (реж. И.Перестиани), Гюлли (реж. Н.Шенгелая) и др. В 1928 совместно с Н.Гогоберидзе, использовав материал кинохроники, поставил фильм Их царство. В 1930 дебютировал в самостоятельной режиссуре, поставив фильм Джим Шуанте (Соль Сванетии). Успех картины объяснялся богатым этнографическим материалом (съемки велись в сванском селении, затерянном в горах), экспрессивным монтажом и политически-злободневной темой (установление советской власти на Кавказе).



После окончания аспирантуры Академии искусствознания в Ленинграде (1937) и короткого периода работы на Тбилисской киностудии Калатозов был принят режиссером на «Ленфильм», где снял две удачные картины о летчиках – Мужество и Валерий Чкалов. Главный герой второй картины, советский воздушный ас в исполнении актера В.Белокурова, долгие годы был не менее популярен у зрителя, чем Максим из трилогии Г.Козинцева или Чапаев из фильма братьев Васильевых. С 1943 Калатозов работал на «Мосфильме», в 1944–1946 возглавлял Главк по производству художественных фильмов, в 1946–1948 занимал пост заместителя министра кинематографии СССР.

В период «малокартинья» конца 1940-х – начала 1950-х годов режиссер был отмечен Государственной премией (1951) за фильм Заговор обреченных (политический памфлет по одноименной пьесе Н.Вирты), однако его подлинной удачей того времени, вошедшей в «золотой фонд» советского кино, стала лирическая комедия Верные друзья (Большая премия Международного кинофестиваля в Карловых Варах, 1954), стиль и герои которой имели очевидное сопряжение с демократическими веяниями наступающей политической «оттепели». Благотворным влиянием «оттепели» был отмечен и главный шедевр Калатозова – новаторская по форме и сути драма о войне Летят журавли (Главный приз МКФ в Канне, 1958). Всем своим художественным строем – от игры актеров Т.Самойловой и А.Баталова до романтически-импульсивной камеры С.Урусевского – картина трактовала войну, прежде всего как личную трагедию двух молодых, стремящихся к любви и жизни людей.

Вдохновленный успехом этого фильма, Калатозов попытался перенести его изобразительные и драматургические находки в свою следующую картину – Неотправленное письмо, где главной сюжетной коллизией была гибель группы геологов, отправившихся на поиски месторождения алмазов. Однако ни этот фильм, ни последовавшая за ним философско-романтическая кинопоэма Я – Куба (любопытная главным образом операторскими экспериментами С.Урусевского) должного интереса и положительных отзывов не встретили. Зато несомненной удачей был признан последний фильм Калатозова – Красная палатка (о спасении полярной экспедиции У.Нобиле). Помимо того, что здесь проявились лучшие черты творческой индивидуальности режиссера (умение достоверно передать пафос человеческого подвига, запечатлеть природную стихию), фильм стал одной из самых удачных совместных постановок советских и зарубежных кинематографистов, где главную женскую роль сыграла звезда западного кино – К.Кардинале.

Умер Калатозов в Москве 27 марта 1973.

Фильмография

1929 — Слепая
1930 — Джим Швантэ (Соль Сванетии)
1932 — Гвоздь в сапоге
1939 — Мужество
1941 — Валерий Чкалов
1942 — Непобедимые
1950 — Заговор обречённых; Сталинская премия второй степени (1951)
1953 — Вихри враждебные
1954 — Верные друзья
1955 — Первый эшелон
1957 — ЛЕТЯТ ЖУРАВЛИ
1959 — Неотправленное письмо
1964 — Я Куба
1969 — Красная палатка

Призы и награды

1950 — МКФ в Карловых Варах (Премия Мира, фильм "Заговор обречённых")
1951 — Сталинская премия (II степени, фильм "Заговор обречённых")
1954 — МКФ в Карловых Варах (Большая премия, фильм "Верные друзья")
1958 — МКФ в Канне (Гран-при, фильм "Летят журавли")
1958 — МКФ в Локарно (Почетный Диплом, фильм "Летят журавли")
1958 — МКФ в Мехико (Почетный приз, фильм "Летят журавли")
 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 10.09.2011, 15:18 | Сообщение # 2
Группа: Администраторы
Сообщений: 3532
Статус: Offline
Калатозов Михаил Константинович
Советский кинорежиссёр, актёр, сценарист и оператор


28 декабря 1903 года (Тифлис, Грузия) — 26 марта 1973 года (Москва, РСФСР, СССР).

Трудовую деятельность начал в 1917 году, спустя шесть лет пришёл на Тбилисскую киностудию, где работал монтажёром, ассистентом оператора. В 1925 году был оператором, а также снялся в качестве актёра в фильме «Дело Тариэла Мклавадзе» И.Н. Перестиани. В фильмах «Гюлли» (1927) и «Цыганская кровь» (1928) выступал соавтором и оператором.

Режиссёрский дебют Калатозова — кинокартина «Их царство» (1928, сорежиссер Н.В. Гогоберидзе), построенная на хроникальном материале меньшевистской Грузии 1918-1920 годов. Этот фильм обнаружил стремление Калатозова к поэтическому, образному постижению реального мира. Пластика изображения, острые ракурсы, необычные эффекты освещения поднимают до уровня шедевра последний немой художественно-документальный фильм Калатозова «Соль Сванетии» («Джим Шванте», 1930, также один из операторов). Чёрно-белая графика горных пейзажей Верхней Сванетии, экспрессия в построении кадра и в смене планов, романтичность режиссерской манеры сделали «Соль Сванетии» заметным явлением советского кинематографа своего времени.

С приходом звука и угасанием поэтической эстетики в кино Калатозову пришлось пережить трудные годы. Лента «Гвоздь в сапоге» (1932) не попала в прокат.

В 1933-1934 годах режиссёр был аспирантом ленинградского отделения Государственной Академии искусствознания.

В 1934-1938 годах работал директором Тбилисской киностудии. Только в 1939 году вернулся к режиссуре, сняв на «Ленфильме» картины «Мужество» (1939) и «Валерий Чкалов» (1941), в которых патетически воспевал отвагу советских героев-лётчиков. «Валерий Чкалов» (в главной роли Владимир Белокуров) имел шумный успех и упрочил режиссёрскую репутацию Калатозова.

В годы Великой Отечественной войны снял военную драму о ленинградской блокаде «Непобедимые» (1942, совместно с С.А. Герасимовым), затем «Киноконцерт к 25-летию Красной Армии» (1943, с Герасимовым и Е.Л. Дзиганом), после чего вновь перешёл на административную работу. В качестве уполномоченного Кинокомитета он в 1943-1945 годах был в США, затем до 1948 года руководил главкомом по производству фильмов, был заместителем министра кинематографии СССР.

Вернувшись в режиссуру, Калатозов снимает политически одиозные ленты «Заговор обречённых» (1950, по Н.Е. Вирте, премия Карловарского кинофестиваля, Сталинская за 1951 год) и «Вихри враждебные» (1953, по Н.Ф. Погодину, выпуск 1956). Затем Калатозов поставил неожиданно для многих лирическую комедию «Верные друзья» (1954, премия кинофестиваля в Карловых Варах) снискавшую широкую популярность у зрителей. Следующая картина «Первый эшелон» (1956, сценарий Погодина) была посвящена освоению целины.

Пиком творчества Калатозова и одной из лучших лент отечественного кинематографа стала экранизация пьесы «Вечно живые» В.С. Розова — фильм «Летят журавли» (1957, главный приз Каннского кинофестиваля 1958 года). Лирическая манера Розова, патетичность Калатозова, виртуозность операторского искусства С.П. Урусевского, блестящая игра Татьяны Самойловой и Алексея Баталова наполнили фильм атмосферой полной творческой свободы.

В последующие годы Калатозов пытался наполнять свои фильмы экспрессией поэтического кино, но, несмотря на постоянное сотрудничество с Урусевским, достичь органичности картины «Летят журавли» так и не удалось. Много сил было отдано фильму «Неотправленное письмо» (1960, по рассказу В.Д. Осипова) об открытии группой геологов месторождения алмазов в сибирской тайге и их трагической гибели в лесном пожаре.

Эмоционально страстная политическая картина «Я — Куба» (1964, соавтор сценария Е.А. Евтушенко) интересна операторскими решениями Урусевского, но не имеет прочной драматургической основы. Последняя картина Калатозова «Красная палатка» (1970) основана на истории полярной экспедиции Умберто Нобиле 1928 года. В фильме было задействовано множество как советских, так и европейских кинозвёзд. Тема противоборства человека со стихией решалась режиссёром в приподнято романтическом ключе.

Народный артист Грузии (1965).
Народный артист СССР (1969).

Похоронен режиссёр в Москве на Новодевичьем кладбище (7 участок, 5 ряд).

http://www.kino-teatr.ru/kino/director/sov/29116/bio/
 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 10.09.2011, 15:18 | Сообщение # 3
Группа: Администраторы
Сообщений: 3532
Статус: Offline
Калатозов Михаил. «То, что он хотел, он делал»

«Верные друзья», «Летят журавли», «Неотправленное письмо», «Красная палатка» - все эти фильмы сняты режиссером Михаилом Калатозовым. Его настоящая фамилия - Калатозишвили. Он родился 28 декабря 1903 года в Тифлисе. В самом начале своего творческого пути Калатозов работал монтажером, оператором, сценаристом на Тбилисской киностудии, затем, после окончания аспирантуры Академии искусствознания в Ленинграде, работал режиссером на «Ленфильме», с 1943 года - на «Мосфильме».

Его картина «Летят журавли» (1957) стала классикой мирового кино, новой точкой отсчета в кинематографическом искусстве. Лента получила главный приз Каннского кинофестиваля в 1958 году. Алексей Баталов, исполнитель роли Бориса, вспоминает о съемках и Калатозове: «В 1957 году стояла сумасшедшая декорация. Рабочие, актеры – каждый, кто был сколько-нибудь свободен, приходил взглянуть на этот сумасшедший дом. То, что здесь происходило, никогда в кино не бывало. Со стороны это представляло собой развлечение довольно странных людей. Короче говоря, снимали пробег по лестнице, когда Борис бежит к Веронике, и потом перед смертью еще раз пробегает. Для того, чтобы снять это как-то, нужно было выстроить то, чего никогда на свете ни в каком кино не было, а теперь, слава Богу, вошло в книжки, учебники и в преподавание во всем мире. Я сталкивался с этим рисунком в Америке, в Англии, в школах кинематографических. На студии на просмотре материала посмеивались, смотрели, дескать: "Учудили!". Все это я прекрасно помню, а главное, посреди всего этого – два замечательных человека. Это совершенно одержимый, терпеливый, выдерживающий любые наветы Урусевский, и всей мощью, всей спиной прикрывающий его Калатозов. Они были абсолютно разными людьми. Может быть, только в одном похожи – оба были неразговорчивые, скрытные и себе на уме. Один - потому что все время думал, как снять это сумасшедшее изображение. Другой, потому что у него были какие-то еще и еще основания, а главное, потому что надо было довести дело до конца».

«Летят журавли» Михаил Калатозов снял по пьесе Виктора Розова «Вечно живые». «У Михаила Константиновича была одна удивительная черта - он был стеснительный, - рассказывал Розов. - Казалось даже, что он был робким. Он был очень смелым, очень настойчивым, упорным. Добивался своего с необыкновенным зарядом желания сделать то, что он хочет, и он делал. И при этом он был робким. Жизнь ему словно недодала чего-то, несмотря на то, что он снял много фильмов и много работал. Он стоил, наверное, большего.»

Еще один знаменитый фильм Калатозова – картина «Красная палатка», ставшая его последней работой. Этот фильм стал своеобразным отголоском каннского успеха «Журавлей»: Калатозова помнили, знали и признавали. Иначе, кому бы еще удалось собрать такое созвездие замечательных актеров - Питер Финч, Массимо Джиротти, Харди Крюгер, Шон Коннори, Клаудиа Кардинале.

http://www.tvkultura.ru/news.html?id=287568
 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 10.09.2011, 15:19 | Сообщение # 4
Группа: Администраторы
Сообщений: 3532
Статус: Offline
Человек по имени кинематограф

Через гения говорит Время. В кино оно говорит о времени и состоянии общества вполне конкретно, образным, доступным человеческим чувствам языком.

Но образы определяет культурная среда человека, над ухом которого склоняется ангел времени, художественные традиции и национальный характер народа, с чьей корневой системой он связан.

Ошеломляющий новизной фильм Михаила Калатозова “Летят журавли” был не просто вестником перемен в кино и обществе, но и открытием нового Калатозова. Кинорежиссера, развернувшего орлиные крылья в искусстве, хотя в кино с самого начала не признавали этой орлиной натуры, небезуспешно стараясь одомашнить (что и произошло с появлением в каждом доме маленького существа – антенна снаружи, сериал внутри), заставить петь по приказу или переработать в фастфуд.

Сергей Капица написал в своих воспоминаниях, что они, дети академика Капицы, приятельствовавшего с Михаилом Калатозовым, называли его “кинемато-графом”. По простой логике возникновения школьных прозвищ: Калатозова часто сопровождала настоящая графиня. Эта детская дерзость как нельзя точнее соответствует тому, чем был классик мирового кинематографа. Калатозов не просто создавал язык кино, но был его естественным носителем, как француз является носителем французского языка.

Все кинематографические профессии освоил на Тбилисской киностудии, именовавшейся в 20-е годы Госкинпромом Грузии, совсем молодой человек Мишико Калатозишвили. Киномеханик и шофер, монтажер и оператор, ассистент и режиссер. А найденные сейчас в Государственном архиве Грузии протоколы худсоветов киностудии начала 30-х открывают человека, понимающего все тонкости языка кино и кинопроцесса. И поглощенного своей прекрасной профессией полностью.

Он принадлежал к поколению ровесников кино, первых кинозрителей, с детства потрясенных и воспитанных кинематографом. Яркая, мужественная и аристократическая внешность Михаила Калатозова скоро нашла себе применение в грузинских кинодрамах. Но актерский успех не смог отвлечь его от поисков в профессиях, которые определяют язык кино – сначала оператора, а потом режиссера.

С самого начала в его работах проявился тот художественный масштаб, которым отмечены все, даже по определению камерные картины. Первый из сохранившихся фильмов, «Джим Шуанте» («Соль Сванетии»), где он был и оператором, и режиссером, вышел на экраны в 1930 году. И признан бесспорным шедевром.

Этот фильм редкого в документальном кино жанра. Серьезный и художественно обоснованный призыв помочь жителям этой самой высокогорной части Грузии, которые из-за отсутствия современных дорог на всю длинную зиму оказываются отрезанными от долины, лишенными жизненно важного и для людей, и для животных продукта – соли. Калатозов снял и поставил этот фильм как трагедию, как симфонию, последовательно вводя зрителя в состояние «соляного голода»: корова лижет камень, собака слизывает пот с усталого лица хозяина, горы словно взывают к небесам. Здесь Калатозов обнаруживает столь характерный для его фильмов ракурс, проецируя земную жизнь человека на небо, придавая ей космический масштаб.

Величие, как художественная составная фильма, всегда оттененная комическим, как священное безумие Дон Кихота здравым смыслом его оруженосца, как ни странно, большая редкость в кино. После Гриффита и ранних итальянских картин из истории Древнего Рима, Абеля Ганса и Фрица Ланга огромные массовки и проблемы человеческой личности разошлись по жанрам. Как если бы Гамлет вдруг оказался не принцем Датским, вынужденным брать на себя бремя ответственности, функции следователя, судьи и палача, а просто обывателем, раздавленным ходом истории.

Величие в фильмах, например, Сергея Эйзенштейна отличается от той же категории в фильмах его современника Александра Довженко. У Эйзенштейна в прощании с Вакуленчуком говорит гомерический миф “так хоронили они конеборного Гектора тело”, у Довженко в “Земле” и “Звенигоре” – национальные легенды. Но и то и другое продиктовано потребностью включить свое время в историческое пространство, выйти из-под тени непомерно разросшегося на древе народа политического нароста, который не дает расслышать ход истории. Известный кинорежиссер Эльдар Шенгелая сказал недавно в беседе с вашим корреспондентом: «Мы с кинорежиссером Алексеем Сахаровым начали снимать картину в Киргизии, а в это время вышел фильм “Летят журавли”. Купили билеты и пошли смотреть картину. Это было такое ошеломление. Мы вышли из зала и долго шли молча. Молча шли и не могли понять, что произошло.

Удивительно, но во время учебы во ВГИКе “Соль Сванетии” нам не показали. Такие картины, как “Соль Сванетии”, фильмы Эйзенштейна, Пудовкина, целиком не показывали. Показывали куски и критиковали за формализм. Понять, что это за картины, было совершенно невозможно. Впоследствии я имел счастье посмотреть “Соль Сванетии”, и я думаю, что сейчас не надо никого убеждать, что “Летят журавли” зарождались в “Соли Сванетии”.

Если бы мы могли помечтать о том, что художник, который поставил “Соль Сванетии”, имел нормальную творческую жизнь, то и “Летят журавли” должны были раньше родиться, и мы не знаем, что сделал бы Калатозов после этого. Самое важное у Калатозова, как у режиссера, – это то, что он сохранил в себе вкус языка кино, который родился в немом кино.

«Звук “забил” кинематограф, суть кинематографического языка. Мы начинаем возвращаться к этому: когда я встретился с Копполой, он говорил, что перед тем, как начать снимать картину, он смотрит немые фильмы. Значит, что-то фундаментальное лежит в немом кинематографе».

Добавим, что Фрэнсис Форд Коппола сам признавался, что, снимая “Апокалипсис сегодня”, находился под впечатлением “Неотправленного письма” – ошельмованного и затоптанного отечественными критиками, почти неизвестного отечественному зрителю.

Сейчас стало модно быть режиссером широкого профиля: ревю, чья-то свадьба, телеспектакль, театральная антреприза, немножко рисовать и выставляться. А дом запущен и похож на сбывшееся пророчество Валерия Брюсова: “На площадях плодиться будут змеи, в дворцовых залах поселятся львы”.

Калатозов был только “кинематографом”. Но там, внутри этого мира, ничего не считал не важным и не главным. Профаны и завистники не могли этого ни понять, ни простить. Когда согласившийся сниматься в “Красной палатке” у режиссера фильма “Летят журавли” Шон Коннери, сам Джеймс Бонд № 1, по приезде в Москву не проявил интереса ни к “Оружейной палате”, ни к икре, а попросил показать ему уже лежащего на полке “Андрея Рублева”, Калатозов сделал все, чтобы он увидел фильм Тарковского, а не стал навязывать свой “полочный” шедевр. Хотя это означало разбить стену замалчивания. Ни один из советских коллег не ответил Калатозову тем же.

Став директором Тбилисской киностудии в 30-х годах, он модернизировал, т.е. оборудовал новой техникой, рабочий просмотровый зал, по сей день способный функционировать на сильно обедневшей и разоренной “старой студии”. И был вынужден уехать от преследований “за насаждение буржуазного модернизма”. Даже само это бегство было “кинематографическим” – он улетел со знакомыми летчиками в Ленинград, где через несколько лет ему предстояло снять гимны летчикам – “Мужество” и “Валерий Чкалов”. Этот фильм принес всенародную славу прежде всего, конечно, исполнителю роли Чкалова артисту МХАТ Владимиру Белокурову. Сейчас, отмечая 100-летие Чкалова, телевидение цитирует фильм Калатозова так, как если бы это был документ.

Посланный полпредом в Голливуд – после открытия “второго фронта” дух сотрудничества ярче всего проявлялся у военных и у кинематографистов, – Калатозов привез на “Мосфильм” новейшую тогда технику, на которой и сегодня работает главная и богатейшая студия Страны Советов. Начатое Калатозовым строительство “советского Голливуда” в Ялте вдруг лишилось финансирования и интереса со стороны власти.

Уже будучи знаменитым автором фильма “Летят журавли”, получившим Золотую пальму Каннского фестиваля, он выслушивал и читал злобные глупости про то, что обслуживает буржуазную публику, а советскому народу не нужны такие фильмы.

Зрители, однако, по достоинству оценили картину, где словно заново были открыты человеческие проявления: любовь и верность, предательство и отчаяние, сила отцовской любви и трагического прозрения.

Впрочем, как многие крупные личности, он не всегда вызывал благородные чувства. Самым ярким примером этого остается действительно выдающийся оператор Сергей Урусевский, неизменно, при жизни Калатозова и после его смерти приписывавший только себе изображение в их общих фильмах, хотя знал лучше всех, кто определял изобразительный ряд и в “Журавлях”, и в “Неотправленном письме”. Ведь фильмы Калатозова, и те, где он начинал как оператор, и его первый режиссерский шедевр “Соль Сванетии”, и все фильмы, снятые им без Урусевского и с Урусевским, “говорят” на одном языке кино. Кино – простая штука. Все видно.

Всякий человек состоит из уникальных связей с миром и временем, из неуследимых ассоциаций и глубинной памяти. Художник тут не является исключением. “Красная палатка” инспирирована не только собственно историей экспедиции генерала Нобиле, желанием разобраться в клубке геройств и предательств, но и духом поэмы Шота Руставели “Витязь в тигровой шкуре”, воспетой в ней дружбой и рыцарской верностью, поставленными выше самой любви. Ее открытостью, развернутостью на весь мир, ощущением единства этого мира.

Кинофильмы такого класса, как “Соль Сванетии” и “Летят журавли”, “Неотправленное письмо”, “Красная палатка” и “Я – Куба!”, где величественной и свирепой стихии, природной и общественной, человек противостоит только своей человечностью, волей к жизни и духом, включают зрителя в процесс самой жизни. Здесь не приходится имитировать: тому, кто живет, некогда притворяться живым.

Зрителя к фильмам классиков кинематографа по-прежнему влечет.

Участие в разгадке тайн человеческого существования столь полное, что униженное, изгнанное из своих храмов-кинотеатров, запертое в маленькие домашние шкатулки, отданное на растерзание телеведущим для исправления их косноязычия, кино остается самым важным из искусств, пока его художники говорят с человеком на уникальном языке движения, света и звука.

http://goodcinema.ru/?q=node/38
 
Форум » Тестовый раздел » МИХАИЛ КАЛАТОЗОВ » режиссёр Михаил Калатозов
Страница 1 из 11
Поиск:

Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный хостинг uCoz