Суббота
29.04.2017
18:32
 
Липецкий клуб любителей авторского кино «НОСТАЛЬГИЯ»
 
Приветствую Вас Гость | RSSГлавная | "ГОЛОВОЙ О СТЕНУ" 2004 - Форум | Регистрация | Вход
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Тестовый раздел » ФАТИХ АКИН » "ГОЛОВОЙ О СТЕНУ" 2004
"ГОЛОВОЙ О СТЕНУ" 2004
Александр_ЛюлюшинДата: Воскресенье, 11.04.2010, 19:51 | Сообщение # 1
Группа: Администраторы
Сообщений: 2731
Статус: Offline
16 апреля 2010 года
Киноклуб «Ностальгия» представляет
фильм №9 (19; 236)
«ГОЛОВОЙ О СТЕНУ»
режиссёр Фатих Акин, Германия-Турция

О фильме «ГОЛОВОЙ О СТЕНУ» посетители сайта http://www.kinopoisk.ru/

Странная история, где оба герои — неудачники. Маргинал со сломанной жизнью, погибшей женой, единственным лучшим другом, свалкой вместо квартиры, подружкой — парикмахершей, собирающий банки в ночных клубах, и молодая турчанка с ортодоксальным папой, мягкой мамой, кучей родственников, изображающих семейные идиллии. Фильм не о турках, фильм не о Германии, не о потерянных людях, не о самоубийствах, фильм даже не о любви, а о том, как ее терять и как обретать.

Фильм о том, как сложно вписываются в христианскую культуру мусульмане, о том, что запреты уродуют человека. О том, что преодоление запретов не есть свобода. О том, что цель не всегда оправдывает средства. И даже о том, что «мы в ответе за тех, кого приручили». Сюжет интересен и лишь отчасти предсказуем. Образы героев хорошо и честно прорисованы. Они не герои, у них свои достоинства и недостатки, своя внутренняя боль.

Прежде всего, в картине поражает эмоциональной глубиной передачи чувств и вызываемого сопереживания. Я и не заметила, в какой момент из отстраненного наблюдателя за действием на экране я превратилась в крайне заинтересованного, искренне сочувствующего этим, в общем-то, чужим мне людям человека, понимающего нюансы чувств и мотивы поступков каждого из участников драмы. Поначалу никто из героев не вызывал у меня симпатии: ни издерганный жизнью нервный герой, ни взбалмошная девица, стремящаяся к свободе любой ценой: хоть замуж за первого встречного, хоть на тот свет — лишь бы ей не мешали жить, как она считает нужным… Но жизнь — бумеранг, и никто не знает, когда он вернется и по какой болевой точке ударит. Турецкий фильм бьет по нервам жестокой реальностью и не оставляет иллюзии сказки. Но вот что я думаю всерьез: может быть, такой только и бывает настоящая любовь? Для вызревания и роста в глубину и высоту ей необходимо иметь достаточно времени на инкубационный период?..

Фильм, безусловно, задел струны моей души, поиграл настроением, растряс эмоции, немного огрубевшие от явной передозировки мейнстримным пойлом. История, рассказанная молодым гениальным немцем турецкого происхождения Фатихом Акином, не содержит в себе каких-то сверхновых, оригинальных идей, ее трагический исход с уверенностью можно спрогнозировать уже в тот момент, когда начинаешь следить за развитием одной из самых запоминающихся в современном кино love story, происходящей на экране сродни землетрясению — мощно, непредсказуемо и разрушительно. В эпицентре землетрясения расположены мужчина и женщина, у каждого из которых все их минимально ощутимые достоинства складываются только из присущих им недостатков. Она — молодая гиперсексуальная турчанка Сибель, без царя в голове, мечтающая освободиться от опеки своих родителей и быдловатых братцев. Он — давно потерявший смысл в жизни турок Кахит, зарабатывающий на хлеб сбором бутылок. Они оба — психически неуравновешенные люди, да еще и с суицидальными мыслями в голове, которые уже находили свой путь к реализации. Волей судьбы двое встречаются и совершают абсурдный по своей мотивации и явно необдуманный поступок, вступая в фиктивный брак. Сделанный выбор запустит их линии жизни по непредсказуемой траектории, поскольку вскоре в брак по расчету начинает проникать любовь. Ситуация не новая, уже побитая временем, но форма изложения совершенно очаровывает, заставляет, не отрываясь от экрана, следить за всеми перипетиями совместной жизни героев, жить их необузданными поступками, грозящими в любой момент привести к непоправимой трагедии. Сказок о счастливой любви в фильме Акина не будет, хотя во время просмотра все время ловишь себя на мысли об ожидаемом хэппи-энде, настолько начинаешь симпатизировать главным героям. Будучи патологическим реалистом в кино, Фатих Акин мигом разрушает иллюзорные надежды зрителя на вероятность даже слабого подобия сюжетной предсказуемости развития своей любовной прозы. Ограждая строго этническими рамками ведомую историю, формируя в картине исключительно интересующий его мир турков, живущих в Германии, Акин предлагает нам неровное повествование с мрачным интерьером однокомнатной квартирки, обшарпанной лестничной клетки, в пределах границ которых ютится Кахит. И создаваемая режиссером атмосфера тотального социального убожества маленького мира внутри мира большого отнюдь не внушает зрителю надежду на счастливый финал. Сибель Кекилли необычайно поразила своей потрясающей игрой и внешней эффектностью. Не обладая шаблонными, стереотипными данными красавицы, актриса невероятно притягательна, настолько, что трудно оторвать взгляд от ее очень живого и привлекательного лица. Работа авторская, специфическая по своей национальной направленности, понятно, что Акин снимал о своих и для своих, но любому не лишенному здоровых эмоций человеку рассказанная история будет интересна и, безусловно, взволнует своим мастерским воплощением. Душераздирающе драматическое кино, мощное, импульсивное, красиво изложенное, обязательное к просмотру.

Фатих Акин родился в Гамбурге в семье турецких эмигрантов. Словно росток, пересаженный в новую почву, режиссер вырос на грани столкновения-взаимопроникновения двух культур: неформально-молодежной западноевропейской и традиционно-ортодоксальной южноазиатской. Своеобразная смесь? Возможно. Но какая же невероятно жизнеспособная! Этнические турецкие корни в сочетании с впитанной как губка молодежной западной субкультурой породили фирменный колоритный режиссерский почерк Фатиха Акина. Акин… звучит почти как тюркское «акын» — поэт импровизатор, «что вижу — о том пою». Режиссер-самоучка, рассказывающий о том, с чем сам прекрасно знаком. Этот фильм, по признанию самого режиссера, словно нарыв, очень долго сидел внутри его души и требовал своего экранного воплощения. Простой и одновременно сложный сюжет. Два бунтующих одиночества. Кахит Томрук — социопат поневоле, потерявший со смертью любимой жены смысл своего существования. Сибель Гюнер — юная нимфоманка, не видящая смысла в образе жизни и ценностях собственной семьи. Двое несостоявшихся самоубийц с девиантным уклоном. Он — в кровавое месиво и пьяные осколки разбивающий собственную неудавшуюся одинокую жизнь. Она — с такой дикой жаждой жизни, что эта жажда, не сумев поместиться внутри, прорывается кровавыми подтеками из ее неумело порезанных вен. Ему незачем жить. Ей есть для чего умирать. Они похожи: им плевать на собственные корни, они бесшабашно пробуют собственную жизнь на разрыв, у них нет обязанностей ни перед кем, кроме себя. И все же в этих двух балансирующих на лезвие ножа душах натянута невидимая, тонкая и звенящая чистым серебром струна искренности.
«В моей душе темная ночь,
И искушение овладевает мной,
Но через боль и страдания,
Сквозь душевные раны и дрожь
Я чувствую, что любим»
(Depeche Mode «I feel loved»)
Где-то здесь, на грани жизни и смерти, под стилистическую мощь культовой акустики Depeche Mode, в адреналиновом угаре, подхлестнутым тонким хлыстом кокаиновых дорожек, находится та самая точка, где их жизни, невольно зацепившись друг за друга, начинают странный танец совместной судьбы. Словно Стамбул, столица их далекой общей родины, их любовь, в кроваво-красном платье поющая турецкую народную песню на берегу пролива Босфор, сумела соединить воедино, как Европу и Азию, континенты их неприкаянных душ. Она научит его жить. Он научит ее искать смерть. Фатих Акин погружает своих героев в водоворот почти шекспировских страстей, только словно вывернутых наизнанку. Что если бы разлученные роковым поединком Ромео и Джульетта не ушли в мир иной в один день? Когда-то Шекспир красиво, но малодушно убил своих героев. Фатих Акин жестоко, но честно заставил своих персонажей жить дальше. … Фильм, ставший главным призером Берлинского кинофестиваля, буквально через несколько дней ставший главным скандалом этого кинофестиваля. Так ли важно, в какого рода фильмах снималась до этой картины актриса Сибель Кекилли? Фатих Акин выбрал ее из 350 кандидаток на эту роль, и не ошибся. Его Сибель сыграла свою экранную тезку настолько эмоционально точно и выразительно, что не верить ей просто невозможно. Так ли важно, каковы жизненные пристрастия актера Бироля Юнеля? Режиссер сумел разглядеть в пристальном взгляде пронзительно-темных глаз Юнеля главное — такой мощный поток бьющей через край внутренней силы, что оторваться от этого взгляда душой мне как зрителю было невозможно, а забыть — тем более. Эти двое сыграли так, как будто это было в первый и последний раз в их жизни. Вложив себя в эти роли без остатка. Оправдав безграничное доверие режиссера, отдавшего этой картине все свои последние деньги и интуитивное острейшее человеческое чутье. И за эту бескорыстную актерскую щедрость и бескомпромиссную режиссерскую честность я этим трем благодарна. Вокруг и внутри нас течет жизнь. Как кровь в наших венах. Как эмоции, мысли и поступки внутри и снаружи наших душ. Как Босфор сквозь Стамбул. Герои Фатиха Акина вошли в этот вечный поток жизни, упорно плывя против его направления, упрямо пытаясь перекрыть его течение. Тонули в нем, кружась в водовороте любви. Погружались на самое дно потока. Всплывали на его поверхность, теряя друг друга из вида. Учились радоваться пребыванию в этом потоке, сердцем чувствовать его истоки, понимать не только свои желания, но и доверять направлению его течения. И потому финал картины «Головой о стену», как и жизнь, мудрее любого хэппи-энда. В безмолвии заканчивает акын-Акин свою песнь о жизни и любви. Что вижу — о том пою…

«Головой о стену» ещё раз подтверждает, что Стамбул начинается в Германии. Начинается в Гамбурге, где родился сам Фатих Акин, и ещё сотнях городов и городков в центральной Европе. Начинается, чтобы завершиться разбитыми судьбами, экстрадиционными картами, полулегальными борделями, собиранием пивных бутылок, фиктивными свадьбами, второсортным коксом, психиатрическим клиниками для тех, кто в битье о стену жизни зашел слишком далеко. Великий Стамбул заканчивается там, где заканчивается Восток, но так и не начинается Запад. Всё просто. Такой простоты, видимо, и добивался Акин, снимая кино «на грани» турецкой ортодоксальности и немецкой прагматичности. Акин даёт понять, что Восток вещь неистребимая, что даже рождённые в Германии турки так и остаются турками, только с немецкими паспортами, а сам режиссёр хоть и живёт на арийской земле все ровно снял свой самый известный и проникновенный фильм о родном, о «наболевшем». В «Головой о стену» обычные выходцы с родины Ататюрка выживают в прагматичных условиях современности, где между «хочется» и «нужно» лежит такая же огромная пропасть как между баварским пивом и турецким кофе. Пропасть непонимания не преодолеть, потому как турок, проживший в Германии несколько лет, становится полулегальным «европейцем» с измененным состоянием сознания, а смесь эмигранта и неудачника — это предел, до которого и докатились герои Акина. Он — временами буйствующий алкоголик, попытавшийся загреметь в вечность под скрежет своего раздолбанного «Форда» о добротный немецкий кирпич, Она — суицидальная нимфоманка со стажем. И этот проклятый мир, умещающийся между доверху забитой грязной посудой раковиной в его съёмной берлоге и её изрезанными запястьями, может спасти только чувство, способное заполнить эту нищую пустоту. Испытавшие потребность в привязанности уже не обречены, не безнадёжны, они могут лишиться прошлого, но эта мера любви дарит им бессрочный пакт на возможность нормальной жизни и нечего тут не поделаешь, раз живешь на Планете Людей. В конце концов, можно умереть и не кончая с жизнью. Современная политкорректность и социальная осмотрительность покинула Акина. Героям он оставляет только чувства, которые не побороть и не пережить невозможно, а разрушить не хватит сил. И от того, прикасаясь к Нему, она прикасается к бедным гамбургским кварталам, к его мёртвой Катарине, к забытому турецкому городку Мэрсин, где он был рождён, а Она хранит в себе все смерти, что ей довелось пережить, всех встреченных когда-либо мужчин, с которыми не сложилось, всех, кто её проглядел и не заметил. Акин хорошо усвоил, что артхаус — вещь хрупкая и условная, чья ускользающая красота набивает оскомину при неумелом использовании. Он усвоил, что чередующиеся один за другим крупные планы плохо загримированных актёров — это не только mauvais ton, но и элементарная кинобезграмотность. И отнюдь не дебютная картина этого режиссёра-самоучки, скорее, прекрасная стилизация под отрешенную независимость, без «триерщины» и флешбэковского напора, изящная зарисовка из жизни «умирающих» с аутентичными музыкальными открытками от турецкой певицы Идиль Юнер. «Головой о стену» фильм, что хорош сам по себе. Хорош без Золотого Медведя и скандалов, связанных с исполнителями главных ролей. Фильм чья досъёмочная и послесъёмочная биография не важна, она не может в отличие от самой ленты дать ответ на банальный эмигрантский вопрос: во имя чего стоит разбивать голову о турецко-немецкую стену взаимного непонимания? Фатих Акин — явно не лишенный художественного чутья человек снял картину о том, что, как порою не бейся, но проклятое эмигрантство не отпускает. Не отпускает жизнь, в предвзятом существовании которой только и остается, что калечить руки в кровь о разбитые стаканы, о расколотую мечту, о раскрошившуюся любовь…

Смотрите трейлер и фильм

http://vkontakte.ru/video16654766_158777605
http://vkontakte.ru/video16654766_158777597

 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 17.04.2010, 09:17 | Сообщение # 2
Группа: Администраторы
Сообщений: 3477
Статус: Offline
«ГОЛОВОЙ О СТЕНУ» 2004, Германия-Турция, 2004, 121 мин.
Режиссер: Фатих Акин
В ролях: Бироль Юнель, Сибель Кекилли, Кэтрин Страйбек, Мелтем Кумбуль, Штефан Гебельхофф, Мона Мур, Адам Бусдукос

Они познакомились в клинике для неудавшихся суицидников. Ни тот ни другая, в сущности, не хотели умирать: Кахит (Юнель) после смерти жены вообще ничего не хотел и въехал на машине в стену, а Зибель (Кикелли) резала вены, чтобы позлить свое мусульманское семейство и хоть ненадолго вырваться из четырех стен, чтобы танцевать до утра и спать с кем попало. На больничной прогулке она подбежала к Кахиту и спросила: «Женишься на мне?» Они поженились, вместе жили, вместе слушали The Birthday Party и кричали: «Панк не умер», — но спали порознь. И проживали свои отдельные жизни, пока не поняли, что любят друг друга.

На двести процентов заслуженно увенчанный берлинским «Золотым медведем» фильм гамбургского самородка Акина начинается как смешная и вроде бы вполне понятная этническая трагикомедия об очередном столкновении культур. Даже пребудь кино до конца в подобном настроении, то все равно было бы достойно всех мыслимых наград. Но чем дальше, тем отчаяннее, прекраснее и страшнее становится эта картина — сильная и резкая, как удар, которым Кахит, внезапно осознавший всю силу проснувшихся в нем чувств, превращает стаканы на барной стойке в груду осколков, а потом идет по танцполу, воздев окровавленные руки к невидимому небу, заливая красным себя, посетителей и весь мир вокруг, отрываясь в невозможном и прекрасном танце. Акин возвращает зрителям то ощущение, которое возникало во времена знакомства с Медемом и Кустурицей, в те благословенные годы, когда можно было не стесняться лобовых, головой об стену, ходов и метафор — потому что только они что-то да значили. Это дорогого стоит — и когда в финале турецкий ансамбль, пунктирно сопровождавший действие грустными песнями о любви и разлуке, вдруг встает со своих стульев и кланяется зрителям, то реакцией могут быть только долгие и продолжительные — пока не закончатся финальные титры — аплодисменты.

Станислав Зельвенский
http://www.afisha.ru/movie/173153/review/149328/

 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 17.04.2010, 09:18 | Сообщение # 3
Группа: Администраторы
Сообщений: 3477
Статус: Offline
ГОЛОВОЙ О СТЕНУ

Он – немецкий турок, иногда апатично пассивен, иногда агрессивен и вспыльчив. Он не вписывается в новую реальность жизни после смерти жены, хотя ему только 40 лет. На полной скорости Он врезается на своем «Форде» в бетонную стену. Он хочет умереть. Но… его жизнь только начинается.

Она – таинственная и очаровательная немецкая турчанка, у нее дерзкая и манящая улыбка. В 20 лет Она лишена иллюзий и жаждет свободы. Ее тиранят родители-мусульмане, требуя жить по законам Корана. Задыхаясь от жизни, она режет себе вены. Она хочет умереть. Но… ее жизнь только начинается.

Он и Она встречаются в отделении суицидапсихиатрической клиники. Она предлагает ему фиктивный брак… Он слегка озадачен. Он идет ей навстречу, сам не понимая почему. Их жизнь только начинается. Но Они даже не подозревают, что их ждет впереди…

Ведь восток - дело тонкое.

«Любовь- это море, бездонное море. Любовь-это горе, огромное горе»,- написал две строчки классик. Написал, не подозревая, что по мотивам этих двух строчек турецко-немецкий режиссер Фатих Акин снимет полнометражный шокирующий кинофильм.

«Биться головой о стену». Эту фразу мы употребляем, пытаясь выразить чувства невыразимого отчаяния, абсолютной безнадежности, мертвенной обреченности. «Головой о стену» в буквальном смысле этого выражения бьются герои фильма с одноименным названием. Кахит Томрук, потерявший несколько лет назад любимую жену, полностью деградировавший сборщик бутылок, сядет в свой «Форд» и на полном ходу врежется в кирпичную стену. Сибель, потерявшая надежду на нормальную жизнь и отчаявшаяся порвать с традиционным укладом своей семьи, перережет себе вены. Они встретятся в больнице во время реабилитационного курса. Они встретятся и… ничего не произойдет. Кахиту, ощущающему себя физическим Зомби, живым мертвецом, не нужны никакие перемены в жизни. Он настолько устал от ее мучительного однообразия, что любая мысль о переменах покажется для него пыткой. Сибель также неспособна ни на какие глубокие чувства. Все, что она хочет получить от жизни – это «Жить, танцевать и трахаться. Причем, трахаться лучше каждый раз с новыми парнями». Она – зомби не физический, а моральный. В жизни Сибель нет места сильным чувствам, ощущения ответственности за близких, желания понять окружающих ее людей…

Не произойдет ничего реального, однако случится имитация. Девушка решит фиктивно выйти замуж. Ей необходимо получить долгожданную свободу от почти феодальной семейной зависимости. Поддавшись внезапному импульсу, Кахит решит поучаствовать в плане Сибель и женится на ней.

Игра в любовь, как игра с огнем. В молодой чувственной Сибель окажется столько жизненной силы, неукротимой притягательности, дремлющего желания любить, окутанного страхом потерять свободу, что Кахит из зомби начнет превращаться в человека. Их брак, по-прежнему, фиктивен, физическая близость исключена, но, слова недоступной для законного мужчины Сибель: «У меня секс наклевывается», заставляют мужа страдать, как страдает отходящий от наркоза пациент после тяжелой продолжительной операции. Излишне натянутая струна неизбежно лопнет при резком перепаде температур. Перенапряженные нити любви обязательно приведут к катастрофе, если мужчина и женщина не начнут своевременное движение навстречу друг другу… Они не успеют.

Фатих Акин создал чудовищно реалистичный, невыносимо драматичный, до невозможности не отпускающий от себя фильм о любви. Любви, как пытке, как муке, как той неизбежности, от которой невозможно ни спрятаться ни скрыться, о той любви, которая вместе с наслаждением приносит чудовищные страдания, о той любви, наступления которой скорее страшатся, чем желают. Но, именно о ней молят высшие силы: «Господи, не пронеси мимо меня эту чашу».

Абсолютно абстрагировавшись от принципов стандартного изображения любовных отношений, Акин, немецкий режиссер турецкого происхождения, снял фильм на стыке двух культур, двух менталитетов, двух абсолютно противоположных мироощущений. Западная цивилизация, впустив в себя таинственный Восток и показав его представителям свои запретные плоды, породила у пришельцев ощущения неуверенности и страха лишиться своей самобытности. Находясь под воздействием этих фобий, мигранты вынуждены цепляться за традиции, еще более отторгая от себя тех соплеменников, которые приняли ментальность западной цивилизации. Можно ходить в бордели, но нельзя удовлетворять своих жен. Можно снять паранджу, но нельзя избавиться от чувства вины за собственную сексуальность.

Операторская работа в «Головой о стену» сочетает совершенно изумительные резкие четкие клиповые движения с плавными переходами к фантастически красивым концертным номерам Селима Сеслера и его оркестра, а также турецкой певицы Идиль Юнер. Кинолента оказывается словно раскалиброванной на составные части потрясающими музыкальными вставками на фоне чарующей природы. Вместе с тем, вкрапление концертной программы словно предупреждает зрителя: дальнейшее напряжение ситуации неизбежно, скоро снова придется страдать от чарующей жестокости изображенных реалий невозможной любви. Однако, несмотря на ритмичный драйв движения съемки, самые изысканные впечатления от кинокартины могут остаться, если зритель в какой-то момент сольется с кинокамерой и вместе с оператором восхитится красотой любовных актов, затаит дыхание при мгновенном взгляде на прикасающуюся, словно не к герою, а к смотрящему фильм, женскую грудь, трепетном прикосновении оператора к женским раздвинутым ногам.

«Любовь- это карусель. Брось монетку и она начнет вращаться»,- говорит Кахиту его лучший друг. Аттракцион сломается, и карусель начнет вращаться в бешеном ритме, несовместимом с жизнью его посетителей. Мучительно любить… Еще мучительней прервать любовь, ведь для этого придется признаться себе в том, что она существует.

В этом фильме, как и в жизни, не будет хэппи-энда. Однако, несмотря на его отсутствие, «Головой о стену» нельзя назвать черной трагедией. Это, скорее, мучительная философская притча, по силе воздействия сходная с лучшими картинами корейского эстета от любви Ким-Ки-Дука.

Еще более пронзительную драматичность ощущений при просмотре киноленты может придать знание некоторых фактов, связанных с судьбой актеров, принявших участие в съемках. Об актрисе, исполнившей главную роль Себиль (дебютантке в полноформатном игровом кино Себиль Кекилли) ходили слухи, что режиссер случайно обнаружил ее в супермаркете, где Себиль работала продавщицей. Ближе к истине кажется более распространенная версия о том, что ранее молодая актриса, подобно Рокко Сиффреди, снималась в порнофильмах. После того, как на Берлинском кинофестивале, где «Головой о стену» получил «Золотого медведя», эта информация просочилась в прессу, родители Сибель (так зовут и актрису, и героиню) отреклись от нее, пытаясь спасти честь семьи. «У нас больше нет дочери. Позор слишком велик, чтобы это можно было простить», – сказал журналистам отец актрисы 44-летний Мехед Кикелли. Режиссёр Фатих Акин, кстати, уже сознался, что давно знал о прошлом актрисы. Так что не исключено, что сценарий фильма писался именно под неё.

«Пусть горе радуется вместо меня»,- споет финальную песню Идиль Юнер. Однако, будет радоваться не только горе. При просмотре этой киноленты порадуется и умный, умеющий сопереживать зритель, увидев редкую, зрелищную, тонкую картину о настоящей любви. Той любви, память о которой к старости становится самым лучшим и незабываемым воспоминанием, заслоняющим собой все иные пережитые события.

Игорь Михайлов
http://kinoafisha.ru/index.php3?id1=2253&status=1

 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 17.04.2010, 09:19 | Сообщение # 4
Группа: Администраторы
Сообщений: 3477
Статус: Offline
ГОЛОВОЙ О СТЕНУ

40-летний турок Чаит, окончательно опустившийся после смерти возлюбленной, собирает пустые бутылки в одном из ночных клубов Гамбурга. Отчаявшись вернуться в реальность, он решает свести счеты с жизнью и не находит ничего лучшего, как врезаться на машине на полном ходу в кирпичную стену. Однако вместо постоянной прописки на том свете, Чаит получает койку в психиатрической клинике, где судьба сводит его с эксцентричной особой по имени Сибель — 20-летней турчанкой с суицидными наклонностями.

В первый же день знакомства Сибель предлагает Чаиту пожениться. Заключив фиктивное соглашение с турком-алкашом, Сибель надеется получить желанную независимость от своей семьи, а то чего хорошего ждать от жизни, если родной брат готов сломать тебе нос только за то, что ты обнимаешься с парнем. Все, что хочет Сибель, так это жить без оглядки — шляться по дискотекам и трахаться с тем, кто подвернется под руку. В ее глазах спившийся лузер может стать оптимальным прикрытием от бдительных и назойливых родителей.

Чаит немало озадачен, но все же сдается под напором молодой турчанки: теперь, по крайне мере, будет кому ходить за пивом. И вот уже следует знакомство с родителями и свадебная церемония. Поселившиеся в квартире Чаита молодые начинают вести свободную жизнь и волей-неволей вглядываться друг в друга. Так между ними начинается битва за то — самое главное — чувство, что называется любовью.

В поэзии нет ничего безвкуснее и пошлее, как рифмовать «любовь» и «кровь»: 30-летний немецкий турок Акин на протяжении двух часов собственно только этим и занимается. Причем делает это без иронии и постмодернистских реверансов, что называется — «на голубом глазу». И у него получается не просто складно, а гениально. Гениально в непосредственности и той эмоциональной силе, что захлестывают почище иных фильмов Кустурицы.

Спрашивается: откуда что берется? Акин никогда не учился кино. Зато в детстве успел пересмотреть тонны фильмов — благо у соседей был свой видеомагазин. В шестнадцать стал актером. В 25 снял первый фильм. И вот спустя еще 5 лет молодой самоучка выдал такой темпераментный и в то же время мудрый фильм, что уже впору заканчивать с этим делом. Поскольку он сказал о жизни так много, что добавить что-то принципиально новое уже невозможно.

В «Головой о стену» все начинается почти как анекдот на модную эмигрантскую тему, но постепенно история набирает такой накал, что к финалу драма из жизни турецких самоубийц, с кровью и песнями Depeche Mode, оборачивается экзистенциальной трагедией, которые разучились снимать, пожалуй, со времен «Последнего танго в Париже». Как и у Бертолуччи, у Акина буквальная попытка самоубийства – на всем ходу врезаться в кирпичную стену — преобразуется в глубокую метафору: герои бьются головой о стену непонимания и разобщенности. Как и у Бертолуччи, любовь сливается в объятиях со смертью и кружит в танце, который хоть и не становится последним, но дает шанс по-настоящему оценить жизнь окончательно отчаявшемуся.

В финале Сибель после серии новых метаний и очередных суицидных провокаций обретает ту самую стабильность, от которой так отчаянно пыталась сбежать. И тут неожиданным образом либеральный настрой картины, вроде как призванный расшатать или поставить под сомнение архаичные устои, оборачивается полной своей противоположностью. Противостояние мусульманским традициям в итоге становится гимном родовому культу. И такая смысловая рокировка оказывается еще одним, может быть, самым главным откровением фильма.

Акин своим подходом к кино напомнил Фассбиндера: сделал все как будто в первый раз. Может поэтому Восток в его фильме предстал таким же прагматичным как Запад. Теперь уже стало окончательно ясно, что на Земле есть лишь одно место, где можно укрыться от вселенской холодности – только в собственном сердце.

Незапланированный, но заслуженный триумф фильма на Берлинском фестивале, куда он попал в последнюю минуту, вылился в скандал: ушлые репортеры раскопали десять порнолент, в которых до того инкогнито успела сняться 23-летняя дебютантка Сибель Кекилли, сыгравшая свою тезку. Турецкая красавица в тайне от семьи уже два года зарабатывала себе таким образом на жизнь. После обнародования этих материалов родители Сибель (совсем как в фильме) едва не отреклись от дочки.

Однако после берлинского торжества Кекилли моментально стала звездой иного масштаба и скоро подписала несколько серьезных контрактов, не имеющих отношения к голому кино. О том, что это девушка редкого таланта говорит хотя бы тот факт, что она обошла при кастинге 350 конкуренток. Нечто похожее случилось и с 42-летним турком Биролем Юнелем, к тому времени уже 15 лет разменивающим свой талант в серийно-телевизионной глупости и проходном кино B-класса. Они оба долго бились головой о стену, прежде чем в феврале 2004-го, объединив усилия, таки пробили ее.

http://kinomag.ru/movie-m....8734eb3

 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 17.04.2010, 09:20 | Сообщение # 5
Группа: Администраторы
Сообщений: 3477
Статус: Offline
НОВОЕ КИНО: «Головой о стену» Фатиха Акина

Они познакомились в психбольнице. Чахит, гремучая смесь – сорокалетний панк, алкоголик и турок – попал туда, когда выяснилось, что его машина, врезавшаяся в стену, не оставила тормозного следа. Сибель, 18-летняя турчанка-рейверша, вскрыла себе вены, причем не в первый раз. Их пути пересеклись во время прогулки, и Сибель, прищурившись, предложила Чахиту выйти за него замуж. Чахит только поморщился и в качестве отговорки выплюнул: «Я трахаю только мужиков». Но Сибель это не остановило по той причине, что она не имеет на Чахита никаких видов в плане постели. Она, в пику мусульманским традициям, выходит замуж ради того, чтобы стать свободной. Свобода в ее понимании, - это не жить с родителями, ходить на дискотеки, и спать с мужчинами, при этом все время разными. И престарелый лузер Чахит, без банки пива и шагу ступить не способный, идеально подходит на роль прикрытия, алиби, тем паче, что тоже турок, родители одобрят.

Тема фиктивных браков, перерастающих в нечто большее, эксплуатируется в кино довольно часто: вспомнить хоть наш советский «Влюблен по собственному желанию» с Янковским или «Зеленая карта» (1990) с Жераром Депардье. Но ровнять эти ром-комы с фильмом, мучимым таким аппетитом к разрушению - все равно, что Божий дар с гаишницей сравнивать. Приходится лишь в силу того, что сюжет здесь играет главенствующую роль.

Турок-эмигрант Фатих Акин сказал на пресс-конференции, что снять этот фильм у него чесались руки примерно так же, как сковырнуть вскочивший прыщ. То есть дело противное, но в итоге ждет удовлетворение. Противное, потому что Акин показывает любовь между мужчиной и женщиной как самый настоящий удар головой об стену. А в характерные последствия методичной долбежки лоб об бетон – невероятная прозрачность всего окружающего.

Фильм делится по настроению на две равномерные части (на самом деле, новелл гораздо больше): сначала довольно глядишь на комичную супружескую жизнь, потом сглатываешь комок, когда скрипит под кулаками битое стекло, и зубы Чахита сжимаются, что твои тиски. Все перепады твоего настроения тщательно прогнозируются турецким народным ансамблем, на берегу Босфора исполняющего то что-то зажигательное, то душещипательное. Певица, словно в древнегреческом театре, комментирует события из жизни соотечественников, это чувствуется по интонации.

Интерлюдии дробят фильм на небольшие подглавки, упрощающие восприятие и без того несложного двухчасового гимна суициду, моногамии (полигамии?) и социальной и этнической толерантности. И сами типы, отъявленные маргиналы, под конец фильма превращаются в пару под стать всяким Ромео и Джульеттам, и это факт. А удовлетворение подступает неумолимо - потому что, несмотря на наличие таких расхожих мест, как анальное изнасилование и превращение лица тщедушной девочки в кровавую кашу, до не «Необратимости» (2003).

На актеров ложится непосильная задача. Бирол Унел, чем-то напоминающий одновременно и Владимира Машкова, и артиста из группы «Би-2», уверенной рукой подает заявку на замещение вакантной должности Клауса Кински в немецком кино. Сиббель Кеккили, чернявая турчанка, оказывается, вовсе не такая уж и дебютантка в кинематографе. За ее плечами - съемки в полудюжине порнофильмов с названиями вроде «Отель Трахни-меня-хорошо», под творческим псевдонимом Диляра. Вскрылось это уже после того, как ей вручили приз за лучшую женскую роль на Берлинском фестивале в этом году. В ее порнографические корни верится, хотя и с трудом – не порнографического плана девушка, воплощение кучерявой мечтательной невинности. Что же, остается только пробубнить себе под нос бессмертные слова Семена Семеновича Горбункова - «Будем искать».

http://www.rol.ru/news/art/kino/04/07/21_001.htm

 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 17.04.2010, 09:21 | Сообщение # 6
Группа: Администраторы
Сообщений: 3477
Статус: Offline
Фатих Акин: «Мы всегда ищем лишь самих себя»

Кинодрама «Головой об стену» о турецких эмигрантах в Германии принесла режиссеру Фатиху Акину в этом году высшую награду Берлинского кинофестиваля. Эту картину о противоборстве христианской и мусульманской традиций многие специалисты уверенно относят к лучшим фильмам последнего десятилетия. В интервью «Новым Известиям» режиссер картины Фатих Акин размышляет о непростых проблемах новой Европы и судьбах своих соотечественников, живущих среди европейцев.

– Ваш фильм рассказывает историю турецкого эмигранта в Германии. Насколько вам самому близка эта тема? Для вас фильм оказался своеобразной формой протеста?

– Мне бы не хотелось, чтобы персонажи моего фильма воспринимались этакими представителями турецкого меньшинства, жертвами чьего-то притеснения. Они, конечно, изгои, аутсайдеры в германском обществе. Но я совершенно не думал о том, чтобы «отобразить положение турок» или еще что-нибудь в этом роде. Просто все эти истории, все эти проблемы у меня в крови. Я вырос среди них, я ими живу. Это часть моей личности.

– Как вам кажется, должны ли эмигранты всегда придерживаться своей культуры, традиций, обычаев или им лучше полностью раствориться в новом обществе и его культуре?

– Думаю, верное решение где-то посередине. Лично я нахожусь в оппозиции к традиции, но все же отношусь к ней с большим уважением. Нет, я не считаю, что в ней все неправильно. Но мне бы хотелось сохранить многое из того, что вложили в меня родители, хотя есть в нашей традиции и такие вещи, которые я до сих пор не в силах принять. Я вырос и воспитан здесь, в Германии, поэтому немецкая культура и немецкие традиции для меня важны и близки. Но я храню уважение к родителям – это то, без чего любая семья в любой части света не может существовать.

– В конце фильма ваши герои находят если не счастье, то покой, вернувшись в Турцию. По-вашему, счастье действительно можно найти, возвращаясь к корням?

– Не знаю… Получается ведь странная вещь. Ведь родной дом героини – в Германии, где она родилась. Она настолько «немка», что даже не умеет говорить по-турецки, да и выглядит и ведет себя совсем не как турчанка. Переезд в Турцию для нее не возвращение на родину. Нет! Из Германии она отправляется в другую, совершенно новую для нее страну. Идея фильма ведь не в обретении корней. Для нее это бегство...

– То есть некий новый старт, начало другой жизни?

– Ну да, конечно. Все мы в пути, в поиске, цель которого – обрести самих себя... А конец фильма – это всего лишь конец фильма. И мы не знаем, что ждет героев за следующим поворотом. Сибель соглашается со своей жизнью, но мы не знаем, счастлива ли она. Лично я не знаю! Поиск продолжается.

Справка «НИ»

Фатих АКИН родился в Германии, сейчас живет в Гамбурге. 31-летний сын турецких гастарбайтеров, он сегодня один из самых многообещающих режиссеров немецкого кино. «Головой об стену» – его четвертый фильм. Предыдущие три – «Быстро и без боли», «В июле» и «Солино» – были весьма успешными в Германии. Но если прежде Акин экспериментировал с жанрами, перескакивая с гангстерской лирики на мелодраму, то в четвертом фильме показал себя крепким сформировавшимся режиссером авторского и одновременно зрительского кино и помимо главного приза Берлинале получил пять национальных германских кинопремий.

«Человек не дерево, у него нет корней», – не раз говорил Фатих Акин, как будто отрекаясь от звания эмигрантского режиссера. Жанр социальной драмы не для него. Турки просто близкие ему люди, которые, он хорошо это знает, умеют не только страдать от социальных неурядиц, но и жить весело, работать, любить, а иногда и бунтовать против собственных традиций.

Героиня «Головой об стену» Сибель стремится вырваться из родительского плена. Она молода и мечтает о полнокровной жизни, а брат выслеживает ее ухажеров и однажды, пытаясь защитить честь семьи, ломает красотке-сестренке нос. От отчаяния Сибель вскрывает себе вены, но вместо сочувствия близких вызывает их очередной гнев и упреки в том, что она опозорила благочестивое семейство.

Другой герой фильма – никчемный алкоголик, никому не нужный рокер, отчаявшийся вдовец без какой бы то ни было цели в жизни. Движимый не отчаянием, а скорее безразличием к жизни, он на полной скорости врезается на машине в стену. Эти два одиночества встречаются в больнице. На предложение Сибель срочно на ней жениться Чаит отвечает матерной бранью. Но дальше сюжет развивается по принципу «кто бы мог подумать…». На экране живая жизнь, которая иной раз подбрасывает такие сюжеты, которые ни одному сценаристу в голову не придут. «Головой об стену» – пронзительная история любви двух людей, абсолютно не подходящих друг другу внешне, но связанных друг с другом больше, чем цепями, – всей жизнью.

СЭМ КЛЕБАНОВ
http://www.newizv.ru/news/2004-07-15/8092/

 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 17.04.2010, 09:21 | Сообщение # 7
Группа: Администраторы
Сообщений: 3477
Статус: Offline
Фатих Акин: поиски продолжаются

Он немец и турок. Он в оппозиции и лоялен традициям. Он делает карьеру в Германии и отправляет героев своих фильмов на их историческую родину. Фатих Акин – в интервью DW-World.

Фильм Фатиха Акина «Головой о стену» выиграл главный приз 54-го международного кинофестиваля в Берлине – «Золотого медведя», а также удостоен главной награды международной ассоциации пишущих о кино журналистов ФИПРЕСИ.

- Ваш фильм рассказывает о турецких иммигрантах в Германии.

- В мои планы не входило показывать типичную турецкую диаспору в Германии. Главные герои – аутсайдеры. Они родились в семьях турецких иммигрантов, но не имеют с ними ничего общего. Такова была установка с самого начала работы над фильмом. Я не задумывался о том, что именно составляет в моем фильме, в моих героях «турецкие элементы». Я родился в Германии, вырос здесь, получил немецкое образование. Соответственно я не задумывался обо всем этом во время съёмок. Думать об этом я стал позднее, когда фильм был уже готов.

- И всё-таки главной героине приходится противостоять консервативному мусульманскому наследию.

- Героиня отчасти не отдает себе отчета в том, что она делает. Пытается покончить жизнь самоубийством, режет вены, что называется, пытается пробить головой стену. Она не признает давления. А определенное давление, некий догматизм, особенно по отношению к турчанкам в турецкой диаспоре в Германии присутствует, в гораздо большей степени, нежели, чем в Турции. И героиня борется с этим догматизмом. Это, безусловно, тема фильма. И её бунт, протест, борьба. В тоже время она не является типичной турчанкой. Она аутсайдер. Даже её семью мы пытались показать не как нечто типичное. Мать вполне современна, даже брат принимает нашего героя, пусть тот почти бомж, потому что тот любит её, и это хорошо для его сестры.

- Для имигрантов первым делом встаёт вопрос: хранить традиции или интегрироваться в новое общество?

- Ответ надо искать посередине. Лично я стою в оппозиции к традициям, но в тоже время отношусь к ним лояльно. Я не говорю, все неверно, надо все забыть и отбросить. Я хотел бы сохранить многое из того, что составляет турецкую ментальность и культуру, но с многим из того я не согласен и потому не приемлю. Но сохранить уважение – это очень важно для меня. Поэтому и семью в фильме я показывал с большим уважением.

- В конце фильма герои возвращаются в Турцию. Там они находят, ну если не счастье, то хотя бы мир и спокойствие. Такова мораль, что иммигранты могут найти счастье только на своей исторической родине?

- Нет, речь не о том. Их родина, как раз, Германия. Она родилась в Германии. Он тоже настолько «немец», что почти не говорит по-турецки. Он даже внешне на турка не похож. Из Германии они уезжают не в Турцию, а просто в другую страну. Не домой. Это важно. Они просто бегут.

- Чтобы начать все сначала?

- Да, точно. Оба ищут смысл жизни. Он пытается найти себя. Она пытается найти себя. И момент, когда фильм заканчивается, это всего лишь один момент. Мы не знаем, что произойдёт дальше. Останутся ли они в Турции, уедут? Она принимает свою новую жизнь, но счастлива ли она? Он возвращается к «корням», на родину своих родителей, туда, где он родился. Но он возвращаемся отнюдь не счастливым человеком. Поиски продолжаются.

Элеонора Володина
http://www.dw-world.de/dw/article/0,,1114740,00.html

 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 17.04.2010, 09:22 | Сообщение # 8
Группа: Администраторы
Сообщений: 3477
Статус: Offline
Немецкий романтик турецкого происхождения

Родом из иммигрантской диаспоры, он добился в Германии славы и признания, но упорно продолжает выпроваживать своих героев на их историческую родину.

Турецкие иммигранты в Германии легко узнаваемы по одежде и акценту, места своего компактного проживания в немецких городах они называют "вторым Стамбулом" и отличаются от жителей турецкой столицы столь же разительно, как и от "продвинутых" обитателей западных метрополий. Герои фильмов немецкого режиссера турецкого происхождения Фатиха Акина тоже иммигранты. Но похожи при этом они скорее на близких родственников Буковского или Ерофеева.

Выход состоялся

Небритый, заросший, с неизменной банкой пива в руке и цепким взглядом, "мертвый человек" без цели и предназначения, "предмет мебели" гамбургских пивных, аутсайдер и волк-одиночка - герой. Своенравная и отчаянная, искусная в эротике и безудержная в своем стремлении к свободе героиня. История о трагической любви этих двух десперадос, выпавших из консервативного уклада жизни турецкой диаспоры в Германии, завоевала главный приз берлинского кинофестиваля. И критики, и публика восторженно приняли четвертый полнометражный игровой фильм Фатиха Акина, за которым теперь укрепилась репутация состоявшегося мастера. "Головой о стену" (Gegen die Wand) - это результат его предыдущих жанровых экспериментов, убедительная заявка на серьёзный кинематограф.

Разрушительная страсть и поиски внутренней родины

И он, и она живут за всеми допустимыми болевыми границами: режут бритвой по собственному телу, врезаются на четвертой скорости в стену дома, плюют на условности и стоически принимают удары судьбы, в прямом и в переносном смысле слова. Случайная встреча героев сулит надежду, дает шанс, перерастает в любовь.

Любой другой фильм, начавшийся на столь высоких децибелах как у Акина, вернул бы зрителя в прошлое, поведал ему, как герои дошли до последней грани. В фильме "Головой о стену" сюжет начинает раскручиваться уже за гранью, не сбавляя темпа несется дальше, оставляет за собой кровавые полосы и битое стекло, забирается на самый пик. Экранная драматургия вжимает кинозрителя в кресло, не дает перевести дух... и вдруг начинает медленно оседать, разжимать тиски, переходить на шаг. Закрученная до предела цепкими щипцами гонконгского боевика спираль французского экзистенциализма дает слабину, фильм съезжает в сентиментальный телесериал, концовка которого остается открытой не потому, что продолжение следует, а потому, что сказать больше нечего. Но это, конечно же, лишь одна из возможных трактовок. Можно смело принять и версию самого режиссера, который дает своим героям только в иллюзию семейного счастья и успокоительного воссоединения с исторической родиной. Бегство из неудавшейся жизни на чужбине приводит их на не менее чужую родину, и кто знает, чем это все ещё закончится для них.

Жар Востока

Для самого режиссера все пока складывается весьма удачно. "Грандиозный любовный эпос Фатиха Акина возродил немецкую романтику, - пишет в газете "Тагесшпигель" кинокритик Феридун Земоглу, - он снял с неё многовековую пыль, заделал в ней трухлявые пустоты мечтательности и закалил её сердечным жаром Востока. Не покидая кинозала мы выходим в кромешную ночь и скрежещем голодными от страсти зубами."

Поиски продолжаются

И, все-таки, зачем спрашивается, столь успешный представитель иммигрантской диаспоры столь упорно продолжает выпроваживать своих героев на их историческую родину? Его предпоследний фильм "Солино" так и заявляет: вот оно счастье, под сенью оливковых деревьев в обществе милой итальянской барышни, зачем тебе лавры западной цивилизации. И это при том, что проблем с пресловутой интеграцией у главного героя "Солино", в котором однозначно угадывается сам режиссер, не было. Более того, перед героем открывались реальные перспективы вожделенной для многих карьеры: как и сам режиссер, его герой победил на фестивале короткометражных фильмов. Только вот Фатих Акин остался в Германии, продолжает снимать кино и завоевывает призы, а его персонаж, вероятно, так и крутит "Cinema Paradiso" для жителей далекой итальянской деревни в кинотеатре под открытым небом. И каждый при этом по-своему счастлив.

Элеонора Володина
http://www.dw-world.de/dw/article/0,,1239222,00.html

 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 17.04.2010, 09:22 | Сообщение # 9
Группа: Администраторы
Сообщений: 3477
Статус: Offline
Золушка с прошлым порнозвезды

Роль в победившем на Берлинале фильме "Головой о стену" для турчанки из немецкого города Гейльброн далеко не первая, но о прежних своих экранных появлениях Сибель Кикилли умолчала.

Скандал разразился уже после вручения призов. На следующий день после окончания 54-го международного берлинского фестиваля немецкая бульварная газета "Бильд" опубликовала свое очередное "разоблачение": исполнительница главной женской роли в удостоенном "Золотого Медведя" фильме немецко-турецкого режиссера Фати Акина "Головой о стену" - отнюдь не новичок в кинобизнесе, как это преподносилось во время фестиваля, а имеет опыт работы перед камерой и снималась исключительно в порнографических фильмах. Их число по мере раскручивания темы в немецких СМИ растет и колеблется в пределах шести – девяти. Можно представить себе, в каком тоне "желтая пресса" преподносит скандальные подробности: "в ТАКИХ фильмах новая кинозвезда постигала премудрости профессии". Цитируется и рекламный текст о "предпочтениях" актрисы с сайта кинокомпании "Магма", на которую работала под именем "Дилара" Сибель Кикилли (Sibel Kikilli).

На Берлинале 23-летняя турчанка прилежно играла роль Золушки, которая благодаря случайной встрече с агентом по кастингу превратилась из служащей городской администрации в кинозвезду. Что ж, может быть, так оно и было. Режиссеру Фати Акина, однако, прошлое исполнительницы главной роли в его фильме "Головой о стену" "было без разницы". Сибель Кикелли оказалась лучшей из претенденток на пробах, и в каких она там фильмах снималась раньше, это никого не интересовало, цитирует немецкая электронная пресса режиссера Фати Акина. В сообщении "Бильд", напротив, говорилось, что продюсеры Акина ничего не знали о прошлом Кикелли.

"Знойный цыпленок" выше грязной газетной кампании

Разоблачения, между тем, продолжаются. Во вторник 17 февраля газета "Бильд" сообщила о результатах встречи своих репортеров с родителями Сибель: и они ничего не знали о карьере дочери в кинопорнобизнесе. Приводятся слова отца, Мехмета Кекилли: "Этого я ей никогда не прощу. Я больше не хочу её видеть." Эти же слова произнес и экранный отец Сибель, после чего для героини фильма "Головой о стену", кстати, с тем же именем, распахнулись врата ада.

За реальную Сибель вступился шеф Берлинале Дитер Косслик, пообещав ей безоговорочную поддержку и выразив возмущение по поводу разоблачительной кампании "Бильда". О порнографическом прошлом актрисы он не знал, но не намерен морализировать на этот счет, отметил Косслик.

Сама Кекилли не видит ничего зазорного в зарабатывании денег в секс-бизнесе. "Я не отрекаюсь от прошлого и хочу, чтобы обо мне судили на основании моих способностей." Безусловно, бывший "знойный цыпленок" еще не раз появится на киноэкране в "серьёзных" ролях и эффект узнаваемости теперь, после скандала, будет несравненно выше. Как, впрочем, будет выше и планка требований к "новой диве немецкого кино".

Элеонора Володина
http://www.dw-world.de/dw/article/0,,1117618,00.html

 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 17.04.2010, 09:23 | Сообщение # 10
Группа: Администраторы
Сообщений: 3477
Статус: Offline
Фатих Акин: Раздвоение личности – это не болезнь

Ему едва исполнилось тридцать, а он уже снял четыре полнометражных фильма. Его последняя работа «Головой о стену» удостоилась «Золотого медведя» Берлинского кинофестиваля и сейчас с большим успехом идет в московских кинотеатрах. Эта жестокая сказка о людях с развитым инстинктом саморазрушения открыла новую страницу в европейском кино. Казалось, так – с такими нервами, темпераментом, искренностью – снимать уже нельзя. Оказалось – можно. Немецкий режиссер Фатих Акин ответил на вопросы корреспондента «ВД».

- Вы немец турецкого происхождения. Снимаете в Германии кино о турках, сербах, греках, итальянцах. В своем фильме «В июле» сыграли румынского пограничника… Для вас еще существует понятие «национальность»?

- Я чувствую себя немецким режиссером. Я снимаю фильмы на немецкие деньги и представляю Германию на кинофестивалях. Иногда мне кажется, что я немец, иногда – что турок. Вот такое раздвоение личности, но как ни странно, мне совсем не тяжело. Ведя двойную жизнь, мне гораздо легче находить энергию для своих фильмов.

- Говорят, ваш фильм «Головой о стену» попал на конкурс Берлинского фестиваля в последний момент, чуть ли не случайно…

- А мы и не рассчитывали ни на какие фестивали. Так, снимали что-то для собственного удовольствия. Успех – это, конечно, здорово. Вот дали денег на документальный фильм о турецкой музыке. Снимаю теперь в Стамбуле.

- История «Головой о стену» имеет что-нибудь общее с вашей биографией?

- Этот сюжет пришел мне в голову очень давно. Когда-то у меня была подружка-турчанка, она предложила мне вступить с ней в фиктивный брак. Я отказался. А потом появился Бироль Унель – актер, который сыграл у меня главную роль. Есть люди, чья жизнь завораживает нас. Как Джеймс Дин, как Курт Кобейн. Их жизнь – медленное самоубийство. Они настолько талантливы, что готовы весь мир послать ко всем чертям. Бироль такой. К тому же он турок – у нас с ним много общего. Без него этот фильм не состоялся бы.

- Как определить жанр вашего кино?

- Я хотел снять фильм о любви людей, живущих на задворках общества. О тех, кто готов причинить боль самому себе, лишь бы доказать себе и другим, что он живой. Любовь – это сила, которая приходит ниоткуда и берет тебя в плен. Мой фильм об этой силе. Поэтому можно сказать, что это история любви. Вы уж извините, что я так высокопарно…

- Можно ли сказать, что вы выступаете против догматизма мусульманских традиций?

- Я не против традиций. Я сам их часть. Я не верю в тотальное отрицание. Но надеюсь, что мой фильм станет поводом для обсуждения во многих консервативных семьях. На волне успеха фильма выяснилось, что исполнительница главной роли Сибель Кеккили – вовсе не дебютантка в кино. До фильма «Головой о стену» она была актрисой порно, а ее предыдущая работа называется «Hotel Fuckmegood»… Когда появилась статья в «Bild», Сибель пришлось пережить пару неприятных минут. Но она молодец, справилась. А будущее у нее, бог даст, будет счастливым. Она замечательная актриса.

- Как вы ее нашли?

- На улице. В процессе кастинга мы очень быстро поняли, что ни одна профессиональная актриса не сможет сыграть на равных с Биролем. Пришлось искать иголку в стоге сена. Сибель была одной из 350 кандидаток, отобранных нами на улицах Гамбурга. Ее послал мне Бог.

- Ваши родители видели фильм?

- Пока еще нет. Честно говоря, я немного нервничаю.

Алексей Медведев
15.07.2004
http://www.vashdosug.ru/cinema/article/8530/

 
Александр_ЛюлюшинДата: Суббота, 17.04.2010, 09:24 | Сообщение # 11
Группа: Администраторы
Сообщений: 2731
Статус: Offline
Пока добирался до дома, пришёл к новым мыслям, коими и хочу поделиться! Мы говорили о диалоге-споре немецкой и турецкой культур-стран и похожести главных героев, но призабыли проблему искупления, ярко выраженную в конце фильма. Осознавая свою вину, Сибель пускается во все тяжкие, подвергая пыткам сначала своё тело (внешнюю физическую оболочку), а потом, когда её Бог её жизнь всё-таки не забирает, заставляет страдать и душу, тк только «бесконечная печаль» должна владеть ей и «безумие – её удел»! «Посещение душа» как очищение от чего-то подталкивает её, на мой взгляд, именно на такой шаг, тк после всего пережитого счастье с любимым возможным быть просто не может! Что думаете, народ? wink
 
Ольга_ПодопригораДата: Суббота, 17.04.2010, 14:59 | Сообщение # 12
Группа: Администраторы
Сообщений: 824
Статус: Offline
хм.. я в каком-то плане согласна. про искупление. про "во все тяжкие" не знаю... мне кажется, она делала большую часть вещей не осознанно. Просто потому, что она больше ничего и не могла делать, а в принципе и не хотела. А искуплением было только то, что ее "зарезали" и она стала примерной женой. Хотя сама этого никогда не желала. Это вроде как ее бремя что ли...
Про посещение душа - согласна.
И еще мне очень понравился момент, когда она после душа смотрится в зеркало и он подходит сзади. они смотрят друг на друга только через зеркало.
 
Александр_ЛюлюшинДата: Суббота, 17.04.2010, 19:02 | Сообщение # 13
Группа: Администраторы
Сообщений: 2731
Статус: Offline
а давайте порассуждаем! по какой причине всё это было у неё не осознанно? не после достаточно продолжительных своим спокойствием сцен, когда она убирала гостиничные номера или ходила по улицам города? не было ли это временем и возможностью посмотреть на свою сестру со стороны, чей образ жизни принимать она не хотела, и подумать о собственном будущем? дурман-то пришёл лишь после этого и после приёма горячительного в дискобаре, когда её танцем «восхищались» все собравшиеся! а до этого … ? лишь поняв, что телесная оболочка может вынести всё, она решить «убить» свою душу! кстати, очки у неё появились только после вступления в брак, когда, наверно, надо было смотреть на мир уже искажённым взглядом!
 
Ольга_ПодопригораДата: Суббота, 17.04.2010, 19:39 | Сообщение # 14
Группа: Администраторы
Сообщений: 824
Статус: Offline
ох и ох. я почему-то не думаю, что она делала вещи осознанно. да, она так сказать возмутилась тем, что происходит в жизни ее сестры. взбунтовалась. Да, она хотела губить себя. но все что она делала, она делала на автомате. как и гл.герой в начале. просто влачил существование
 
Александр_ЛюлюшинДата: Суббота, 17.04.2010, 19:51 | Сообщение # 15
Группа: Администраторы
Сообщений: 2731
Статус: Offline
а что говорит о том, что она всё делала «на автомате»? ведь, если сравнить две половины фильма, то вторая может показаться спокойнее, тк музыки в ней чуть меньше (не говорю, что её нет вовсе), что, наверно, даёт возможность героям подходит к своим поступкам гораздо осмысленнее!
 
Яна_СолдатоваДата: Суббота, 17.04.2010, 20:25 | Сообщение # 16
Группа: Друзья
Сообщений: 10
Статус: Offline
я тоже думаю, что всё что она делала, было не на автомате! Она осознанно всё совершала. Только я чёт не пойму, а зачем? чтобы перенести свои страдания, сделать свою жизнь более сносной, после всего того, что случилось или только ради того, чтобы не быть похожей на свою тётю?
 
Ольга_ПодопригораДата: Суббота, 17.04.2010, 21:42 | Сообщение # 17
Группа: Администраторы
Сообщений: 824
Статус: Offline
Яночка, мне кажется что это и было своеобразное искупление. Т.е. чтобы добиться чего-то надо и делать что-то. Правда у нее это было не совсем положительное. Но она прошла через всё и осталась жива при этом
 
Александр_ЛюлюшинДата: Суббота, 17.04.2010, 22:57 | Сообщение # 18
Группа: Администраторы
Сообщений: 2731
Статус: Offline
Девчонки, а Вы читали интервью Фатиха Акина? Он же говорит о раздвоенности! Причём, состояние это не только внешнее (между Германией и Турцией), но и внутреннее! С одной стороны, «их жизнь – медленное самоубийство», а с другой, они готовы причинить боль себе, лишь бы доказать себе и другим, что они живы. Споры о том, осознанно это делается ими или нет, могут ни к чему не привести, тк для них это ЖИЗНЬ (далеко не чудо … эээх, Кустурица), в процессе которой они пытаются себя найти! Или, по меньшей мере, не потерять!
 
Александр_ЛюлюшинДата: Воскресенье, 01.08.2010, 09:58 | Сообщение # 19
Группа: Администраторы
Сообщений: 2731
Статус: Offline
В который раз обращаю всеобщее внимание на каталог статей, в котором есть что-то и для интересующихся обсуждаемым нами фильмом. «НЕМЕЦКИЙ ТУРОК ФАТИХ АКИН: «ГОЛОВОЙ О СТЕНУ» МЕЖДУ ВОСТОКОМ И ЗАПАДОМ» от Оли Подопригора!

http://klub-nostalgia.ucoz.com/publ....-1-0-21

Не проходите мимо! smile

 
Марина_РумянцеваДата: Понедельник, 19.08.2013, 14:03 | Сообщение # 20
Группа: Проверенные
Сообщений: 168
Статус: Offline
Мне кажется..... Сибель безуспешно билась со стереотипами и традициями из далекой Турции (откуда они благополучно уехали за "новой" ,"современной" жизнью в Германию). Вроде как место поменяли, должна и жизнь измениться, а тут..... "в Тулу со своим самоваром".

Вся турецкая семья пытается ее вписать в "рамки приличного". Сибель не понимает, зачем все это искусственное "приличное" и "правильное", если никто внутри этой идиллии не счастлив. Мужья подружек ходят в бордель и обсуждают проституток, ее мать тихо терпит отца, сестру бросил муж. Турецкое семейное счастье и благополучие тает в глазах Сибели как мороженое. Хочется свободы и чего-то настоящего. Вот она и рвется из клетки всеми для нее существующими методами, в том числе, уничтожая себя физически.

Она прошла через всё. Пытаясь быть хорошей (горничной в отеле) и плохой. Но жить в обществе и существовать вне его для нее оказалось невозможным.
 
Форум » Тестовый раздел » ФАТИХ АКИН » "ГОЛОВОЙ О СТЕНУ" 2004
Страница 1 из 11
Поиск:

Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный хостинг uCoz