Среда
12.12.2018
07:44
 
Липецкий клуб любителей авторского кино «НОСТАЛЬГИЯ»
 
Приветствую Вас Гость | RSSГлавная | "ИЗ НИЧЕГО" / "НА ПРЕДЕЛЕ" 2017 - Форум | Регистрация | Вход
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Форум » Тестовый раздел » ФАТИХ АКИН » "ИЗ НИЧЕГО" / "НА ПРЕДЕЛЕ" 2017
"ИЗ НИЧЕГО" / "НА ПРЕДЕЛЕ" 2017
Александр_ЛюлюшинДата: Воскресенье, 11.11.2018, 07:45 | Сообщение # 1
Группа: Администраторы
Сообщений: 2905
Статус: Offline
«ИЗ НИЧЕГО»/ «НА ПРЕДЕЛЕ» (нем. Aus dem Nichts) 2017, Германия-Франция, 106 минут
— драма Фатиха Акина – обладатель премии «Золотой глобус» в категории «Лучший фильм на иностранном языке»


Идеальная жизнь Кати в один миг превратилась в руины — в результате террористического акта погибли её муж и сын. Друзья и семья пытаются остановить её слезы, помочь найти силы жить одной. В безумном поиске виновников бессмысленного убийства Катя не находит справедливости. И после долгой скорби, в абсолютном бессилии она идёт на радикальные меры.

Съёмочная группа

Режиссёр: Фатих Акин
Сценарий: Фатих Акин, Харк Бом
Оператор: Райнер Клаусманн
Композитор: Джошуа Хомме
Художники: Тамо Кунц, Сет Тернер, Катрин Ашендорф
Монтаж: Эндрю Бёрд

В ролях

Диана Крюгер — Катя Секерчи
Денис Москитто — Данило Фава
Ульрих Тукур — Юрген Мюллер
Нуман Акар — Нури Секерчи
Джессика Макинтайр — Штеффи

Награды

Каннский кинофестиваль, 2017 год
Победитель: Лучшая женская роль (Диана Крюгер)
Номинация: Золотая пальмовая ветвь

Золотой глобус, 2018 год
Победитель: Лучший фильм на иностранном языке

Смотрите трейлер и фильм

https://vk.com/video16654766_456239334
 
ИНТЕРНЕТДата: Воскресенье, 18.11.2018, 07:54 | Сообщение # 2
Группа: Администраторы
Сообщений: 3789
Статус: Offline
«НА ПРЕДЕЛЕ»: ПЕРЕВЁРНУТЫЙ МИР

После смазанной и излишне слёзовыжимательной исторической драмы «Шрам» 2014 года и прошлогоднего провала в виде семейного фильма о взрослении «Гуд бай, Берлин!» (которого не взяли ни на один престижный кинофестиваль), Фатих Акин возвращается на прежний уровень. На повестке его новой ленты терроризм и нетерпимость на почве ксенофобии, имевшие место в Германии в начале нулевых, когда неонацисты вершили самосуд над турками. «На пределе» ― драма об отчаянной женщине, в один миг лишившейся всей семьи из-за намеренного террористического акта. Ей приходится смириться с утратой, найти силы бороться и на собственном опыте осознать, что справедливость – это понятие весьма относительное.

Нетрудно догадаться, что для самого режиссёра, уроженца Германии с турецкими корнями, тема весьма близкая. Фатих через всю свою карьеру показывает привязанность к двум странам и народам: с одной стороны, его действительно беспокоит судьба турков, их история и традиции, но с другой – он очень любит Германию, в особенности Гамбург, в котором он родился и вырос. Его герои часто турки и немцы, иногда даже смешанные. «На пределе» не становится исключением. В небольшом прологе, снятом на мобильный телефон, мы наблюдаем за свадьбой, проходящей в стенах тюрьмы. Происходящее напоминает другой фильм Акина, его самый громогласный успех, драму-победителя Берлинского кинофестиваля «Головой о стену»: радостная и татуированная немка Катя (Дайан Крюгер впервые за всю свою карьеру снимается в фильме на родном немецком языке) выходит замуж за харизматичного и экстравагантного турка Нури (Нуман Аджар).

Подобно греческой трагедии, фильм разделён на три главы, каждая из которых отличается своим стилем, но все они объединены чувством скорби и утраты. Первая, «Семья», начинается с умиротворения: уже давно освободившись, Нури учредил собственный бизнес, Катя заняла должность его бухгалтера, они вместе работают, а их шестилетний очаровательный сын Рокко что-то счастливо рисует. Акин впечатляюще условно обозначает сплочённую, игривую динамику внутри семьи, что мы проникаемся их жизнями за удивительно короткое время, отчего грядущая трагедия становится невыносимо мучительной не только для главной героини, но и для зрителей. Вторую половину главы мы наблюдаем за отчаянием Кати, её потерей самой себя. Одна сцена особенно выделяется. В момент сильнейшей подавленности она ложится в ванну и режет себе вены. Кровь быстрым потоком вытекает из рук, растворяясь с водой. Натуралистичность сочетается со стильной съёмкой, не позволяющей отвернуть глаза от экрана. Катя медленно погружается под воду, принимая поражение, она слышит, как звонит телефон. Но её это не останавливает до тех пор, пока не включается автоответчик, и прокурор сообщает: «Мы поймали их. Тех, кто взорвал вашу семью». Замотав полотенцами руки, она берёт трубку и начинает борьбу. В одной из таких сцен, мы становимся свидетелями восхищающей способности Крюгер демонстрировать бушующую внутреннюю силу в моменты, когда всё вокруг её героини рушится. Это и делает Катю персонажем, за историей которого вам хочется проследовать до самого конца.

Вторая глава называется «Справедливость» и по форме представляет собой процедуральное заседание в зале суда. Темп сбавляется, картинка упрощается до чередования чёрного и белого, облака Гамбурга сгущаются и сочувствуют Кате, но сценарий Акина не даёт скучать даже во время затянувшихся судебных разбирательств, а восхитительная Крюгер ни на градус не сбавляет эмоциональное напряжение. Оператор Райнер Клаусманн знает своё дело, постоянно держа актрису в центре объектива и понимая, что она сердце всего фильма. Но и в целом работа Клаусманна впечатляет, его необычная съёмка, любопытные ракурсы и крупные планы, конечно, являющиеся задумкой режиссёра, исполнены с невероятным профессионализмом. Во второй главе есть также сцена, выбивающаяся из ряда и вгрызающаяся в память, и снова с Крюгер. Здесь оператор использует один из любимых приёмов Тарантино и Де Пальмы – зональные линзы. На переднем плане справа мы наблюдаем за тем, как судмедэксперт монотонно, буднично, без каких-либо эмоций, пауз или интонационных выделений читает суду выписку с экспертизы семьи героини – у мужчины сгорела вся кожа, оторваны несколько конечностей, у ребёнка расплавился глаз и так далее. В это же самое время на заднем плане слева мы видим Катю, у которой всё читается на лице: внутри неё всё переворачивается с каждым новом словом, с каждым мгновением ей становится всё хуже и хуже, чистые и настоящие эмоции рождаются и умирают каждую секунду. От такой актёрской игры сводит челюсть, по коже мурашки и трепет, а к горлу предательски подбирается ком. Браво, Дайан!

В третьей главе, «Море», события приобретают характер триллера о мести. Всё происходит в Греции, снова картинка обрела краски, когда Катя обрела цель. Здесь кино всё больше и больше заходит уже на знакомую территорию, на которой оно уже начало вышагивать в предыдущей главе. Проблемы картины начинают слегка выпирать, самой весомой из которых становится всё-таки сценарий. Нет, в нём немало плюсов, вроде грамотно прописанных диалогов и наличии кульминации в каждой из трёх глав, но с другой стороны, он очень спорный. Самый спорный в карьере Фатиха (что по-своему показатель). С одной стороны, это хорошо – есть о чём поговорить после просмотра. Но также и есть за что открыто критиковать. Отдельного, громкого и продолжительного спора достойна концовка, являющаяся одновременно третьей кульминацией. Она настолько радикальна, что затмевает очень тонкую режиссёрскую деталь, которой, уверен, многие не придали должного внимания. Эта деталь в самом последнем кадре – когда начинаются титры на фоне моря, камера медленно переворачивается снизу вверх. Да, возможно, сценарий «На пределе» можно и нужно критиковать, но вот режиссура в фильме отменная с кучей интересных задумок и фишек, по крайней мере, куда любопытнее, чем у Копполы, получившей приз за лучшую режиссёрскую работу на том же самом Каннском кинофестивале, откуда Дайан Крюгер увезла награду за лучшую женскую роль. Не все задумки и фишки Акина очевидны или объяснимы, но только не финальный штрих: этим поведением камеры он показывает, что история в его фильме не совсем из нашего мира – это буквально перевёрнутый мир, в котором возможна симпатия к террористам, а справедливость искажается до неузнаваемости.

О фильме можно спорить, упрекать его сценарий, ритм, но против одного факта точно не попрёшь: Дайан Крюгер выдала роль, определяющую и акцентирующую всю её актёрскую карьеру. Она – самая настоящая электростанция, заряжающая энергией и эмоциями всю картину Фатиха Акина, в которой изобретательная режиссура дополняет актуальность темы, подчёркивающей важность «На пределе» во время растущего расового и религиозного напряжения.

Вадим Богданов, 07.08.2017
http://www.newlookmedia.ru/?p=53723
 
ИНТЕРНЕТДата: Воскресенье, 18.11.2018, 07:55 | Сообщение # 3
Группа: Администраторы
Сообщений: 3789
Статус: Offline
«НА ПРЕДЕЛЕ»

Тривиальная по сути, но сильная благодаря режиссерскому и актерскому мастерству психологическая драма о женщине, семью которой убили неонацисты.

Немецкая жена курдского иммигранта Катя (Диана Крюгер) внезапно узнает, что ее муж Нури и их маленький сын Рокко погибли от взрыва бомбы. В прошлом Нури сидел в тюрьме за торговлю гашишем, и полиция поначалу подозревает, что мужчину убили из-за его криминальных связей. Однако безутешная Катя настаивает, что Нури «завязал», и полицейские с ней соглашаются, когда ловят супругов-неонацистов, заложивших бомбу в турецком квартале. Но на суде простое на первый взгляд дело начинает разваливаться, когда адвокат обвиняемых ставит под сомнение показания Кати. Он пользуется тем, что после трагедии женщина вновь, как в молодости, принимает наркотики.

Заслуженный немецкий режиссер турецкого происхождения Фатих Акин придумал и снял «На пределе» от ярости по поводу волны нацистских терактов, которая не так давно прокатилась по Германии. На взгляд Акина и многих немецких турок, германское правосудие недостаточно жестко боролось с преступниками и нередко пыталось расследовать теракты как криминальные разборки между мигрантами, что позволяло злодеям не попадать под подозрение и уходить от ответственности.

Чтобы зрителям проще было солидаризироваться с теми, о чьей душевной боли решил рассказать режиссер, Акин взял на главную роль актрису с «истинно арийской» внешностью (это его собственные слова). Героиня Дианы Крюгер не имеет отношения ни к миграции, ни к исламу, но нацистский теракт ударил по ней сильнее, чем по кому бы то ни было еще. Катя потеряла любимого мужа и обожаемого сына, а полиция сперва задает оскорбительные вопросы об ее семье, а затем устраивает у нее обыск и своими действиями позволяет защитнику реальных преступников превратить Катю из истицы в обвиняемую. При этом никто из чиновников даже не думает извиниться перед женщиной или как-то ей помочь. Они предлагают Кате лишь холодное, бессердечное правосудие, где у ничуть не раскаивающихся в своих взглядах нацистов такие же права, как у пострадавших от них людей.

Конечно, Акину легко возразить. Если бы немецкое правосудие обрушивалось как груда камней на любого, кто не солидарен с официальными взглядами, то Акин и «политические» режиссеры вроде него протестовали бы с еще большим пылом. Нет ничего хорошего в том, что злодеи избегают наказания. Но нет ничего хорошего и в том, что невинные люди оказываются за решеткой. Однако «На пределе» – это все же не социальный памфлет, а изображение страшного горя, которое начинается с теракта и усугубляется в суде. О принципах судопроизводства легко рассуждать абстрактно, но для Кати это недоступная роскошь. Ее сердце разбито, а ее душа разорвана в клочья, и женщина не может примириться со случившимся и пытаться жить дальше как обыватель. Радикалы породили радикала. Как это, к несчастью, часто бывает в наше время.

Как оценить «На пределе»? С одной стороны, чисто содержательно это банальнейшая криминально-судебная история, какие в детективных сериалах идут по рублю за пучок. Конечно, полнометражный формат позволил Акину расцветить привычный сюжет повествовательными нюансами, но ни один из них не значим настолько, чтобы повысить оценку за сценарий.

С другой стороны, «На пределе» намного сильнее, чем схожие на сюжету телевизионные истории, за счет пронзительной и многогранной игры Дианы Крюгер (актриса по праву получила приз в Каннах), а также нескольких визуально и постановочно мощных фрагментов вроде эпизода, в котором Катя пытается покончить с собой. А поскольку главная цель ленты – это передача эмоций главной героини, то Акин достойно справился с поставленной перед собой задачей. Вопрос лишь в том, насколько вам интересно то, чего он добился вместе с Крюгер.

Борис Иванов, 10.02.2018
https://www.film.ru/articles/vo-imya-spravedlivosti
 
ИНТЕРНЕТДата: Воскресенье, 18.11.2018, 07:55 | Сообщение # 4
Группа: Администраторы
Сообщений: 3789
Статус: Offline
Месть ей к лицу
Ксения Рождественская о Диане Крюгер в фильме Фатиха Акина


В прокат выходит «На пределе» Фатиха Акина, получивший приз за лучшую женскую роль в Канне и «Золотой глобус» за лучший фильм на иностранном языке. Фильм про убийство турка неонацистами в Германии и поиски правды его вдовой можно было бы упрекнуть в формализме, если бы не выдающаяся игра актрисы Дианы Крюгер

Катя, резкая молодая блондинка, замужем за немецким турком Нури, у них чудесный шестилетний сын-очкарик Рокко. Однажды, оставив сына с мужем, Катя едет погулять с подругой, а вернувшись, видит, что офис мужа взорван. Выживших нет.

Фатих Акин, немецкий режиссер турецкого происхождения, всегда снимает фильмы о чужаках: армяне в Османской империи («Шрам»), турки в Германии («Головой о стену», «На краю рая»), курдская музыка в Турции (документальный фильм «По ту сторону Босфора»). Почти любой фильм Акина — о буйных и неугомонных неудачниках в современном обществе. Он не говорит об ассимиляции — он празднует различия, столкновение разных точек зрения, разных темпераментов, разных правд. И ненавидит тех, кто хочет все усреднить и всех оправдать. Тех, кто не холоден и не горяч.

«На пределе» — драма о женщине, которая внезапно оказалась чужой для самой себя и которую горе вырвало из мира. Фильм разделен на три главы: «Семья», «Правосудие» и «Море». Все они сняты в разных жанрах и предлагают три разных способа справиться с горем: «Семья» — жестокая мелодрама о женщине, потерявшей семью; «Правосудие» — бесстрастная судебная драма в духе «Закона и порядка»; «Море» — детектив о мести, с погонями, саспенсом, синим закатом и белым рассветом.

Кто устроил взрыв, кто убил Нури и Рокко? «Турецкая мафия,— без запинки отвечает следователь.— Или курдская. Или албанская». А может быть, Нури сам виноват, ведь он когда-то был наркодилером. Всегда виноват тот, кто мертв. Катя знает, что ее семью убили неонацисты, но доказать это невозможно.

Акин в интервью рассказывал о критиках, удивленных тем, что он снял фильм о неонацистах, а не об исламских террористах. В Германии в начале 2000-х неонацисты действительно убили нескольких турок, но следствие тогда решило, что это разборки турецкой мафии, и настоящие убийцы были обнаружены случайно. Акина поразила эта история. Он хотел, чтобы фильм вызвал споры, и сейчас, когда «На пределе» собирает свои призы, режиссер слегка растерян. «Не доверяйте фильму, который никто не ругает»,— говорит он.

«На пределе» есть за что ругать. Фильм можно упрекнуть в эмоциональном шантаже: например, в нем есть эпизод, где мать лежит в кроватке убитого сына и рыдает, а еще сцена, в которой она приходит на место взрыва и видит свечи, цветы, игрушечных мишек. Как и вообще у Акина, в фильме много плакатных, простых решений: адвокат обвиняемых — прямо-таки персонаж комикса, воплощение зла, зато адвокат героини — милейший парень. Но так уж устроены все фильмы этого режиссера — в его вселенной существуют плохие, хорошие и несчастные люди. И он делает все, чтобы зритель возненавидел первых и понял последних.

«На пределе» заполнен мелкими деталями, рифмами и не сразу заметными сквозными сюжетами. Акин ставит знак равенства между разными пространствами, чувствами, лицами. Он рифмует игрушечную машинку, наклейку на стекле детской, трейлер на берегу моря. Лицо преступника и лицо жертвы. Детали, на которые следствие не обращает внимания, и детали, на которые следствие не обратит внимания в следующий раз. Он начинает фильм и завершает каждую главу телефонным видео. А в самом финале и вовсе позволяет себе предельно формальный трюк с изображением и зрительским восприятием.

Все это выглядело бы холодной конструкцией, игрой в жанры и стереотипы, если бы не главная героиня Катя, одновременно раздавленная, сильная и безрассудная. Первый немецкий фильм немки Дианы Крюгер — ее самая убедительная работа, и неслучайно актрису наградили за нее в Канне. Именно ее присутствие и делает «На пределе» фильмом, который невозможно ругать — ни за эмоциональный шантаж, ни за формализм. Своей игрой Крюгер превращает клишированный сценарий в живое и яростное кино.

16.02.2018
https://www.kommersant.ru/doc/3541863
 
ИНТЕРНЕТДата: Воскресенье, 18.11.2018, 07:55 | Сообщение # 5
Группа: Администраторы
Сообщений: 3789
Статус: Offline
«На пределе»: Замкнутый круг ненависти

Фатих Акин затронул одну из самых острых и актуальных проблем современного общества - неофашизм.

22 февраля в отечественный прокат выходит новая лента немецкого режиссера и сценариста Фатиха Акина. «На пределе» - это психологическая драма о потере семьи, в которую заложен гражданский призыв не проморгать надвигающуюся волну неофашизма. Ведь ненависть на расовой почве – это такая многоголовая гидра, которая быстро отращивает свои мерзкие головы, сколько их не руби.

Лента «На пределе» уже успела получить «Золотой глобус» в категории «Лучший фильм на иностранном языке» и приз за «Лучшую женскую роль» в Каннах для блистательной Дайан Крюгер (даже не верится, что это первая ее роль на родном немецком языке). Эти награды весьма наглядно демонстрируют достоинства этой ленты: яркая, запоминающаяся актерская работа и универсальная по своей сути история, посыл которой обращен не только к жителям Европы. Трагедия, показанная в фильме, легко могла произойти где угодно – хоть в Америке, хоть в России.

Предыдущий фильм Фатиха Акина, подростковое роуд-муви «Гуд бай, Берлин!», был весьма прохладно принят критиками. В своем новом фильме режиссер попробовал зайти на территорию, проторенною братьями Дарденн – они раз за разом делают невероятно пронзительные истории, беря за основу реальные истории из газет и новостей. За последние десять лет в Германии участились «нацистские» теракты, расследованием которых не слишком внимательно занималась полиция. Именно к этой актуальной проблеме Акин решил привлечь внимание своим новым фильмом. Чувствуется, что выбранная режиссером – немцем «по паспорту», но турком по происхождению – тема трогает его самого за живое. И для того, чтобы зритель, как и автор, мог почувствовать всю горечь и боль от сложившейся ситуации, Акин вместе с Харком Бомом решили сделать главной жертвой террористического акта обычную рядовую немку Катю, роль которой блестяще исполнила Диана Крюгер. Этим сценарным ходом Акин напоминает, что национализм бьет по всем без разбору, а не только по иммигрантам.

Фильм поделен на три лаконично озаглавленные части: семья, правосудие и море. Из первой мы узнаем, какой красивой и гармоничной парой были Катя и ее супруг Нури Секерджи (Нуман Аджар). Эту парочку легко можно представить обедающей в «Душевной кухне» из одноименного фильма Акина или тусующимися с Джахитом и Сибель из фильма «Головой о стену» - самой знаменитой работы режиссера, отмеченной главным призом на Берлинском кинофестивале 2004 года. Тело Кати покрыто многочисленными татуировками, свадьбу влюбленные сыграли в тюрьме, где Нури отсиживал срок за торговлю легкими наркотиками. Однако за шесть лет брака оба успели остепениться. Нури получил экономическое образование и руководит небольшим бизнесом. Катя стала матерью и ведет бухгалтерию в фирме мужа. Внезапный взрыв бомбы, оставленной на пороге офиса Нури, обрывает жизни мужа и сына Кати. Идиллия безвозвратно утеряна, остаются только воспоминания – короткие и трогательные видео, снятые на телефон. Их будет просматривать Катя, а вместе с ней и мы.

Во второй, самой интересной и сильной, части фильма Акин доводит эмоциональный градус до предела и показывает страшную бездну, в которую провалилась главная героиня. Мало того, что ей нужно общаться со следователем (Хеннинг Пекер, известный по сериалам «Тьма» и «Вавилон-Берлин») и заново осознавать случившийся ужас, так еще и обнажается застарелая вражда и непонимание между турецкой родней Нури и немецкими родственниками Кати. Только давний друг и по совместительству адвокат Данило (Денис Москитто) поддерживает Катю не только в суде, но за его пределами. Но этого оказывается мало. Катя зацикливается на своем горе и все глубже и глубже погружается в свой посттравматический синдром: сначала, она заглушает боль наркотиками, затем следует попытка суицида. На судебном процессе, который еще раз катком проезжается по израненной душе Кати, ее показания не принимают во внимание. Однако жажда правосудия и отмщения не дает героине смириться с этой вопиющей несправедливостью.

В заключительной части фильма Катя с зияющей дырой в сердце превращается из раненого зверя в воина – татуировка с самураем с самого начала предсказывала такое развитие событий. Несмотря на то, что адвокат предлагает ей подать апелляцию и продолжить борьбу за справедливость в суде, она решает самостоятельно отыскать убийц своей семьи и своими руками свершить правосудие. Не так давно на экранах мы уже видели подобную историю о сильной и своенравной женщине, которая хочет отомстить всему миру за случившуюся в ее жизни трагедию. Речь, конечно, идет о Милдред Хейс из гениального фильма «Три билборда на границе Эббинга, Миссури» Мартина МакДоны. Души обеих героинь разъедает ненависть и к властям, которые без должного внимания относятся к расследованию преступлений, и к самим преступникам. Правда, МакДона поступил милосердно по отношению к своей героине, да и к другим персонажам, подведя их к спасительной идее, что насилие побороть насилием невозможно. Опять вспомним мифическую гидру, у которой на месте одной отрубленной головы вырастают три новые – этот порочный круг невозможно разрубить. Немецкий режиссер решил показать более пессимистичную развязку, нежели его британский коллега. Путь Кати с самого начала был путем саморазрушения и отчаяния.

Можно понять и даже разделить праведный гнев режиссера, в чьей стране за последние годы участились случаи терактов против этнических меньшинств, однако тот выход, который он предлагает, может породить только новые гнев, боль и ярость, это тупик. Хоть и в отдельно взятой истории Кати круг ненависти замкнулся, и подобие справедливости в итоге восторжествовало, но, очевидно, что это не такое изящное и универсальное решение столь острой проблемы, как у МакДоны. Хочется верить, что Фатих Акин не хотел еще больше разжечь огонь нетерпимости своим фильмом, а просто не смог найти нужных слов, чтобы его поубавить.

Валерия Динчер, 22 февраля 2018
https://www.soyuz.ru/articles/1184
 
ИНТЕРНЕТДата: Воскресенье, 18.11.2018, 07:56 | Сообщение # 6
Группа: Администраторы
Сообщений: 3789
Статус: Offline
ИЗ НИОТКУДА В НИКУДА: «НА ПРЕДЕЛЕ» ФАТИХА АКИНА

В российском прокате — картина обладателя Золотого медведя Берлинале за «Головой о стену» Фатиха Акина. Новый фильм уже получил «Золотой глобус», обойдя в «иностранной» номинации Андрея Звягинцева, но неожиданно остался без шансов на «Оскар». В истории одного теракта, рассказанной немецким режиссёром турецкого происхождения, Анастасия Сенченко увидела очередной умело сформулированный разговор режиссера на излюбленные темы.

Фильм Фатиха Акина «Aus dem Nichts» (дословно с немецкого — «Из ничего») наши прокатчики перевели как «На пределе». И традиционно неудачно. В этом словосочетании, в отличие от оригинального, уже заложено обещание сильных эмоций и определенного рода травм. Сбудется оно лишь отчасти.

Катя (Дайан Крюгер) и Нури (Нуман Акар) поженились в гамбургской тюрьме, где тот отбывал наказание за распространение наркотиков. Спустя шесть лет, они — уже обычная счастливая семья со своим небольшим, но легальным бизнесом. Однажды Катя оставляет сына после урока скрипки в офисе своего мужа. Вернувшись вечером, она узнает, что её близкие стали жертвами теракта. Полиция ищет мотивы в криминальном прошлом Нури, но вскоре будет вынуждена признать неонацистский след.

Картина состоит из трех драматургически законченных глав. В стандартный хронометраж умещаются сюжет о преодолении трагедии, судебная драма и история о возмездии. В целом, «На пределе» – самая ладно скроенная и крепко сшитая работа Фатиха Акина, другое дело, что жить в ней тесно – вдохнуть полной грудью зрителю удастся только при выходе из зала.

Каждая часть начинается с умело заброшенного крючка — сцен из частного счастливого прошлого, снятых на мобильный телефон. Эти короткие видео сохраняют способность выглядеть реальностью, вмонтированной в фильм. Режиссёр завлекает зрителя живым, частным документом, а далее, используя простые приёмы, с этого крючка не спускает.

Акин не в первый раз берет на себя бремя и смелость говорить о некой общей вине, хотя опыт «Шрама» показал, насколько неуместна сегодня интонация масштабного публичного покаяния. Впрочем, некоторые уроки режиссёр учёл. Приступая к этой теме, он ограничил и обезопасил себя: «Из ниоткуда» — частная история, пусть и подталкивающая к провокационным обобщениям.

Теракты в фильме совершают люди, которым сложно представить, что лучшего прошлого никогда не было. Причиной терроризма в этом частном регистре становится не идея, а эмоциональная одержимость. Все участники истории живут в плену мучительного «если бы». Неонацисты в картине, разумеется, также в плену у прошедшего времени — источника иллюзий, беззащитного перед чьими-либо выводами. Оригинальное название «Из ниоткуда» в таком контексте — официальная позиция, игнорирующая это прошлое, — и то, что стало историей и то, что запечатлено в видео на мобильных.

Акин декларирует отсутствие различий между преступниками и жертвами, между турками и немцами, неонацистами и космополитами. Благодаря смене масштабов, с травмирующе-близкого расстояния, терроризм оказывается лишен своих основных демонических признаков. Из абстрактного зла, угрожающего не менее абстрактным покою и порядку, из угрозы экономике, миру и государству, он оборачивается простым убийством.

Акин выгодно сочетает и использует близкую ему проблематику: турецкий вопрос, парадоксы современного гуманного правосудия, неизжитые коллективные национальные травмы. Предельно приближая события к друг другу, он сжимает время как пружину. И в этой тесноте агрессивное давление на болевые точки обречено встретиться с достойным сопротивлением — отрицанием. Фильм — наглядная демонстрация того, как аккумулируется и растет в человеке энергия, которой суждено обернуться взрывом, после которого жертвы и агрессоры могут поменяться местами.

Анастасия Сенченко, 23.02.2018
http://kinochannel.ru/digest....a-akina
 
ИНТЕРНЕТДата: Воскресенье, 18.11.2018, 07:56 | Сообщение # 7
Группа: Администраторы
Сообщений: 3789
Статус: Offline
«На пределе» Фатиха Акина

Драма об убийстве на почве расовой ненависти, принесшая Дайан Крюгер приз за лучшую женскую роль на Каннском кинофестивале.

Счастливый брак, пускай и заключенный в тюрьме, принес покой Кате (Дайан Крюгер). У нее прекрасный муж, Нури (Нумар Аджар) и сын Рокко (Рафаэль Сантана), а криминальное прошлое мужа осталось позади. Идиллия, к сожалению, нарушается взрывом самодельной бомбы, которая уносит жизни близких Кати, и девушка остается одна со своим горем.

Боль, страх и слезы – это то, что первым бросается в глаза при просмотре фильма. Светлое начало, напоминающее чуть ли не комедию, быстро меняет тон на куда более темный, и все, что остается зрителю – следить, насколько же глубоким может оказаться в итоге отчаяние. Удивительно: фильм кажется полностью предсказуемым, но это совершенно не мешает ему держать нас в напряжении.

Во многом удержать зрителя позволяет игра Дайан Крюгер, которая практически в одиночку тянет на себе весь фильм. Нет, это не значит, что кроме как на нее здесь не на что смотреть – просто со своей ролью актриса справляется более чем отлично. Очень легко поверить в горе женщины, в один миг потерявшей семью, и которой не везет с правосудием из-за особенностей судебной системы. Дополнительно горе регулярное усиливается внешними факторами: следователь считает, что муж отчасти сам виноват в своей смерти (криминальное прошлое никак не хочет отпускать), родители подливают масла в огонь тем же неверием, а лучшая подруга вот-вот родит – то самое чудо, которое у Кати унесло взрывной волной.

Конечно же, девушке сочувствуют друзья, но они практически ничем не могут помочь – Катя на пределе, эмоциональном и физическом, и как в такой ситуации успокоиться – решительно не ясно. Акин же закручивает вопрос еще дальше: а что, если справедливости нет? На что способен человек в действительно сложной ситуации? Операторская работа с личными планами зачастую позволяет буквально на собственной шкуре почувствовать, каково это: оказаться в такой ситуации. И не раз при просмотре в голове проносится: «А как бы я поступил на ее месте?»

Чувство сопричастности вообще является ключевым для фильма: именно попытка заставить зрителя понять всю боль потери и отчаяние являются краеугольным камнем фильма. Во многом сам фильм в Германии должен восприниматься как та самая бомба, положившая начало событиям картины: проблема неонацизма стоит в стране довольно остро и несомненно волнует режиссера турецкого происхождения.

Треть фильма, происходящая в суде, частично основана на реальном процессе, происходившем в Мюнхене в 2013 году, где также судили членов национал-социалистического подполья. Эти сцены Акин писал совместно с юристом Харком Бомом, чтобы придать достоверности происходящему. В суде также появляется Данило Фава (Денис Москитто), адвокат и друг семьи, который выступает на стороне Кати. Дуэт Крюгер-Москитто, выступающий против защитника Хабербека (Йоханнес Криш) является чуть ли не самым запоминающимся моментом фильма – редко когда сцены суда удаются столь напряженными и эмоционально истощающими.

Отдельно хочется подчеркнуть и работу оператора Райнера Клаусманна, который кроме упомянутых выше личных планов также крайне занятно снял сцены в суде: некоторые кадры фокусируются одновременно на свидетеле и Кате, создавая уникальную композицию и атмосферу.

«На пределе» можно рассматривать и как личную трагедию, и как политическое высказывание, и в обоих случаях фильм работает прекрасно. После просмотра остается некое ощущение пустоты, которую не сразу хочется заполнить: эмоциям нужно осесть, а мыслям – найти свое место. Ответы же на некоторые из вопросов, непременно возникающие во время фильма, лучше не знать.

Сергей Сергиенко, 23.02.2018
http://thr.ru/cinema/recenzia-na-predele-fatiha-akina/
 
ИНТЕРНЕТДата: Воскресенье, 18.11.2018, 07:56 | Сообщение # 8
Группа: Администраторы
Сообщений: 3789
Статус: Offline
«На пределе»: Месть по-европейски

В прокате — «На пределе» Фатиха Акина. Крупнейший режиссер современной Германии получил «Золотой глобус» и рассказал о ненависти, терроризме и других болевых точках Европы.

Если бы Фатиха Акина не было, его бы стоило придумать. Родившийся в Германии сын мигрантов из Турции дебютировал в большом кино в конце девяностых. Он до сих пор остается единственным турком, снимающим фильмы про жизнь своих соотечественников в Германии. Никого подобного в кинематографе так и не появилось: Абделлатиф Кешиш осторожен, слишком эстет; Аббас Киаростами рано умер и не смог соединить восточный колорит с западной фактурой.

От кого еще, как ни от Акина ждать связного, яркого, прямого разговора про самое больное. Про мигрантов и терроризм. Главная героиня «На пределе» теряет в результате теракта мужа-турка и сына. Полиция выясняет, что это было преступление на почве расовой ненависти и сажает на скамью подсудимых неонацистов. Но для героини самое трудное с этого процесса только начинается.

Диана Крюгер получила в Каннах на приз за лучшую актерскую работу заслуженно: это правда сильнейшая роль в её внушительной фильмографии (до этого самой заметной была фон Хаммерсмарк в «Бесславных ублюдках» Тарантино). Крюгер действительно играет на пределе — нервов, выразительности, балансируя на грани истерики. При этом создаёт ясный, отчетливый, знакомый образ современной и свободной женщины. Которая смело выскакивает замуж за юношу, сидящего в тюрьме. Не боится косых взглядов. Будучи счастливой матерью, набивает себе татуировки, покуривает травку. Образ Кати сочетает несочетаемое: трагизм и абсолютную достоверность, понятность, знакомость.

В чем-то «На пределе» сделан грубо, наивно, примитивно. Акин вставляет внутрь повествования семейную хронику, запараллеленную с основным сюжетом. Погибшие муж и сын веселятся на пляже — и тут же на морском берегу возятся неонацисты. Некоторые склейки — серпом по глазам, словно кто-то сменил техничного режиссера за монтажным столом на минуту. Есть, например, диалог, в котором собеседники монтируются через двойную экспозицию, «с наплывом». Дикий эффект, так обычно свадебные операторы делают, чтобы было красиво. Зато сцены, в которых ставка делается на драматизм — снятые одним планом, статичные, напряженные — с лихвой эти странности искупают.

«На пределе» странно вообще в чем-то винить. Этот фильм — слишком значительное событие, чтобы придираться к мелочам. О сегодняшней Европе пытались снимать многие режиссёры. Но далеко не ушли: живописали тяготы жизни мигрантов, в лучшем случае — как Аки Каурисмяки — демонстрировали примирение и согласие в большой европейской семье.

Акин смог снять самое честное и прямое высказывание. О ненависти, подозрительности, нетерпимости, мести. Возможно, потому что он сам — лицо Европы двадцать первого века. Не забывший корней, но принесший своей стране и культуре Старого Света славу. Хотя бы в виде американского «Золотого глобуса» за лучший фильм на иностранном языке.

Иван Чувиляев, 24 февраля 2018
https://calendar.fontanka.ru/articles/6128/
 
ИНТЕРНЕТДата: Воскресенье, 18.11.2018, 07:57 | Сообщение # 9
Группа: Администраторы
Сообщений: 3789
Статус: Offline
«НА ПРЕДЕЛЕ»

Премьера новой ленты Фатиха Акина «На пределе» состоялась на Каннском кинофестивале в мае 2017-го — фильм был показан в рамках основного конкурса; Дайан Крюгер, исполнившая в картине главную роль, удостоилась награды как лучшая актриса. В январе 2018-го работу Акина отметили «Золотым глобусом». Кроме того, фильм выдвигался на «Оскар» от Германии, но не вошел в окончательный список номинантов.

Немка Катя (Крюгер) состоит в браке с курдом Нури (Нуман Акар) — тот когда-то продавал наркотики и даже отсидел срок, но затем завязал с криминальным прошлым. У пары есть чудесный маленький сын (ребенку лет пять, а он уже знает слово «эмпатия»). Нури и малыш погибают в результате теракта. Неонацистов, устроивших взрыв, находят, но во время суда Катя понимает: на правосудие рассчитывать не приходится, в том числе — из-за этнической принадлежности ее скончавшегося мужа.

Первое и самое главное: Крюгер бесподобна. Критики наперебой повторяют, что это ее лучшая работа за всю карьеру, и они, пожалуй, правы. Все награды, и уже случившиеся, и те, что она может получить за роль Кати в будущем, актриса более чем заслуживает. Дайан настолько убедительна в роли женщины, потерявшей близких и погрузившейся в отчаяние с головой, что иногда кажется: она не играет, а проживает эту ситуацию. На нее страшно смотреть — и при этом глаза отвести невозможно.

Второе и в данном случае, пожалуй, чуть менее важное: Акин, работавший над фильмом не только как режиссер, но и как сценарист, — автор, имеющий склонность к манипулированию зрителями, да к тому же еще и не очень изобретательный. «На пределе» — прямолинейная и просто оформленная история (не считать же образцом находчивости разбиение фильма на три главы), зато Фатих старается надавить на все болевые точки, до которых может дотянуться. Попытка суицида? Нате. Выбор детского гробика? Да пожалуйста. Подробное перечисление несовместимых с жизнью увечий, полученных ребенком? Получите. У Акина, помнится, была драма под названием «Головой о стену» (получившая, кстати, «Золотого медведя» на Берлинском фестивале) — так вот, в каком-то смысле этот заголовок описывает творческий метод самого кинематографиста. Он будто бы лупит зрителя по лбу всеми твердыми и тяжелыми предметами, оказавшимися под рукой, и надеется, что тот что-то почувствует. Это, конечно, больно, но из-за интенсивности атаки боль притупляется — видимо, органы чувств просто отказывают.

Кроме того, у зрителя, оказавшегося под таким натиском, не остается ни сил, ни желания размышлять о темах, поднимаемых Акином. Вопросы его интересуют без сомнения важные — они касаются этнических разногласий, ксенофобии, того факта, что насилие порождает насилие. Но ответы, если даже Акин их и предполагает, тонут в пучине страданий. Наверно, Фатих снимал кино о социально-политической ситуации в сегодняшней Западной Европе; в этом смысле его картина — скорее неудача. Зато — благодаря скорее Крюгер, а не Акину — из «На пределе» получилась впечатляющая лента о полном отчаянии.

Сергей Оболонков, 24 февраля 2018
http://www.kinomania.ru/film/800872/reviews#filmMenu
 
ИНТЕРНЕТДата: Воскресенье, 18.11.2018, 07:57 | Сообщение # 10
Группа: Администраторы
Сообщений: 3789
Статус: Offline
Предельно недопустимая концентрация
В прокате новый фильм Фатиха Акина


На экраны вышел фильм «На пределе» (Aus dem Nichts) Фатиха Акина, сильнейшего, надо полагать, немецкого режиссера наших дней. Снятый, по мнению Михаила Трофименкова, действительно на пределе допустимой режиссерской манипуляции зрительскими эмоциями, он благодаря режиссерской и актерской работе сохранил чистоту трагедии.

Сила Акина, всемирно прославившегося фильмом «Головой о стену» (2004), всегда заключалась в декларативной непростоте его экранного мира. Это пусть этнические европейцы, виртуозно и безболезненно перекроившие «бремя белого человека» в чувство вины белого человека, сентиментально всхлипывают над судьбой мусульман-иммигрантов, как это делает, скажем, Аки Каурисмяки в своем недавнем фильме «По ту сторону надежды». Акин, турок из Гамбурга, со знанием дела артикулировал: этническая община как таковая не может быть героем фильма, нельзя превращать социологию в драматургический жанр. Героем может быть только отдельно взятый человек, чьи отношения с общиной неизбежно сочетают ее отрицание и невозможность избавиться от ее притяжения. В конечном счете — и в устах Акина эта банальность звучала чрезвычайно убедительно — все в мире управляется любовью. И лучшим из его фильмов был «На краю рая» (2007), печальная и чистая история любви двух девушек, турчанки и немки, втянутых этой любовью в борьбу вооруженного коммунистического подполья в Турции. Фильм, в котором все этнические стереотипы просто катились в пропасть.

«На пределе» сначала озадачивает, а потом чуть ли не оскорбляет своей простотой, той самой, что бывает хуже воровства. Что может быть проще истории матери, потерявшей в террористическом акте мужа и шестилетнего сына? Что может быть безошибочно расчетливее, если режиссер ставит перед собой задачу выдавить у зрителей слезы сочувствия?

В студенческом прошлом Катя (Диана Крюгер) покупала травку у курда Нури (Нуман Акар), по кличке Диггер, да и влюбилась в него, сыграла тюремную свадьбу, когда тот попался. Выйдя на волю, Диггер завязал и открыл фирмочку по оказанию соотечественникам всяких-разных услуг. У них родился вундеркинд Рокко, и жизнь была прекрасна, пока кустарная бомба не разнесла мужа и сына буквально в клочья.

Акин на первый взгляд ни в чем себе не отказывает, делая ужас ситуации совсем уж беспросветным. Заставляет Катю выслушивать полицейские намеки на то, что Нури как был уголовником, так и остался, и ксенофобские выпады родной матери. Подвергает ее дом обыску, обнаруженные в ходе которого Катины наркотики окончательно, казалось, превращают жертв в преступников. Доводит до попытки самоубийства, отсроченного лишь вестью о том, что полиция — благодаря в том числе свидетельству Кати, приметившей подозрительную девушку у офиса мужа,— поймала убийц-неонацистов. Проводит через круги судебного ада, чтение патологоанатомического заключения, оскорбления адвоката убийц, выбор гробов для того, что осталось от ее близких. Через оправдание преступников, наконец.

Вдобавок у плохих людей на экране до тошноты плохие лица. Что у дворняжек-убийц, что у их адвоката, эдакого Кальтенбруннера, органично смотревшегося бы на нюрнбергской скамье подсудимых. Ну а у хороших — у Катиного адвоката и заодно ее нового дилера — до тошноты хорошие. Диссонирует с этим манихейством разве что эпизодический персонаж отца одного из убийц, донесшего на сына в полицию. Играет его по меньшей мере выдающийся немецкий актер Ульрих Тукур, за какие-то десять экранных минут приоткрывающий все бездны души немецкого бюргера ХХ века.

Но что-то мешает сказать себе: «хватит, это перебор, я в такие игры не играю». Прежде всего это «что-то» — лицо Дианы Крюгер, достигающей лаконичной выразительности древнегреческой трагической маски. Скупая выразительность Акина, самого немецкого из немецких режиссеров в силу его способности видеть германскую повседневность — холодную, бетонную, дождливую, неприветливую и неприкаянную — одновременно изнутри и извне. Простота деления фильма на три главы. «Семья» — история отчаяния. «Правосудие» — история обманутой веры в правосудие. «Море» — превращение Кати то ли в эринию — опять-таки древнегреческую богиню мести, то ли в своеобразную шахидку. И вот тогда-то, когда дробная этнополитическая актуальность перетекает в космос вечных категорий, понимаешь, что Акин не случайно и не напрасно окунулся во вроде бы чуждую ему «неслыханную простоту».

27.02.2018
https://www.kommersant.ru/doc/3558679
 
Форум » Тестовый раздел » ФАТИХ АКИН » "ИЗ НИЧЕГО" / "НА ПРЕДЕЛЕ" 2017
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:

Copyright MyCorp © 2018
Бесплатный хостинг uCoz