Суббота
24.10.2020
18:27
 
Липецкий клуб любителей авторского кино «НОСТАЛЬГИЯ»
 
Приветствую Вас Гость | RSSГлавная | "ПАРАЗИТЫ" 2019 - Форум | Регистрация | Вход
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Форум » Тестовый раздел » ПОН ЧЖУН ХО » "ПАРАЗИТЫ" 2019
"ПАРАЗИТЫ" 2019
Александр_ЛюлюшинДата: Суббота, 14.09.2019, 19:06 | Сообщение # 1
Группа: Администраторы
Сообщений: 3016
Статус: Offline
«ПАРАЗИТЫ» (кор. 기생충) 2019, Южная Корея, 132 минуты
— комедийно-драматический фильм Пон Чжун Хо, завоевавший Золотую пальмовую ветвь 72-го Каннского МКФ


Семья Ки Тэка живёт в полуподвале и перебивается мизерными заработками, собирая упаковки для пиццы. Ситуация меняется, когда старший сын Ки Ву, благодаря рекомендации друга, фальшивому диплому и природному обаянию, получает работу репетитора английского языка дочери бизнесмена Пака. Оказавшись в роскошном доме, парень находит весьма нетривиальный способ решить проблемы своих родных.

Съёмочная группа

Режиссёр: Пон Чжун Хо
Сценарий: Пон Чжун Хо, Хан Джин-вон
Продюсер: Квак Щин-э, Мун Ян-гвон, Мики Ли, Чан Ён-хван
Оператор: Хон Гён-пхё
Композитор: Чон Джэ-иль
Художники: Ли Ха-джун, Чхве Сэ-ён
Монтаж: Ян Джин-мо

В ролях

Сон Кан Хо — Ким Ки-Тэк, глава семьи Ким
Сон-гюн Ли — Пак Донг И, или мистер Пак
Чо Ёджон — Пак Ён Кё, или мадам Пак
У-щик Чхве — Ки У, сын Ки Тэка
Со-дам Пак — Ки Джон, дочь Ки Тэка
Пак Со Чжун — Мин Хёк, друг Ки У

Интересные факты

Съёмочный период фильма — с 18 мая по 19 сентября 2018 года.

Ки-джон (Пак Со-дам) подделывает брату документы университета Ёнсе — одного из трёх самых престижных вузов Южной Кореи. Этот университет окончил режиссёр фильма Пон Чжун Хо.

После премьеры на Каннском кинофестивале фильму устроили стоячую овацию на 15 минут.

Первый южнокорейский фильм, получивший высшую награду Каннского кинофестиваля. Это произошло в год 100-летия корейского кино.

До премьеры в Южной Корее права на показ фильма были проданы в 192 страны, что стало рекордом для южнокорейского фильма.

Для роли Чхун-сук актриса Чан Хе-джин поправилась на 15 кг.

Мировая премьера фильма состоялась 21 мая 2019 года на Каннском кинофестивале. Премьера в России состоялась 20 июня 2019 года на международном кинофестивале «Зеркало» имени Андрея Тарковского.

Лента стала самым кассовым южнокорейским фильмом в истории российского проката.

Награды

Каннский кинофестиваль, 2019 год
Победитель: Золотая пальмовая ветвь

Смотрите трейлер

https://vk.com/video16654766_456239777
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 02.10.2019, 08:36 | Сообщение # 2
Группа: Администраторы
Сообщений: 4076
Статус: Offline
«Паразиты». Азиатское кино в топе

Премьера нового фильма культового корейского режиссера Пона Чжун-хо прошла в Каннах с затянувшимися пятнадцатиминутными овациями, прервать которые был вынужден сам кинематографист — зрители были готовы аплодировать ему бесконечно. После такого теплого приема всем стало ясно, что Пон Чжун-хо не уедет с Лазурного берега без приза, однако никто и предположить не мог, что Южная Корея сможет дорваться до главной награды.

В центре сюжета «Паразитов» типичная неблагополучная семья Ки-ву — муж, жена и двое детей — живущая где-то за гранью откровенной нищеты в старом сыром подвале. У них есть современные телефоны, но нет возможности заплатить за Wi Fi, поэтому они ловят его в соседнем кафе, скрючившись в три погибели на старом сломанном унитазе. Долгими дождливыми вечерами они собирают картонные коробки для пиццы, чтобы заработать себе на хлеб. В процессе — активно жалуются на нелегкую жизнь в бедном квартале и мечтают о лучшем будущем. В один прекрасный день их молитвы будто бы услышаны — старшему сыну предлагают должность репетитора для девочки из обеспеченной по южнокорейским меркам семьи Пак. С помощью поддельного диплома и модного западного имени «Кевин» мальчик втирается в доверие к богачам, постепенно внедряя в их роскошный дизайнерский особняк всю свою семью: мать он пристроил кухаркой, отца — шофером, а сестру — учителем рисования для младшего ребенка. По ходу дела выясняется, что у Паков тоже есть старый сырой подвал, который хранит свои мрачные секреты.

После неудачного каннского эксперимента с «Окчей», окончательный крест на котором поставило сотрудничество со стриминговой платформой Netflix, Пон Чжун-хо вернулся в родную Корею и снял неожиданно сильное остросоциальное кино с привычным сатирическим подтекстом, но уже без фантастического антуража. При этом режиссер не стал отказываться от своих излюбленных тем классовой борьбы и социального неравенства, а лишь подвел их под реалии современной Южной Кореи.

Как ни странно, у нового фильма Пона Чжун-Хо гораздо больше общего со скромным каннским шедевром Хирокадзу Корээда, чем с фильмами корейских соотечественников. «Паразиты» по структуре — это те же «Магазинные воришки», снятые в более циничном фильтре. Чжун-хо не тратит время на межличностные отношения персонажей, все больше углубляясь в откровенный фарс.

Возможно именно по этому «Паразиты» в общем контексте фестивальной программы выглядят предельно приземленным и простым кино (не чета многослойному корейскому «Пылающему», отхватившему в прошлом году утешительный приз ФИПРЕССИ), бьющим в лоб незатейливыми метафорами, которые просто не оставляют зрителю возможности для иных интерпретаций кроме той, что была заложена автором.

И все же «Паразиты» не лишены скромного очарования, львиная доля которого приходится на юмор — бескомпромиссный, обескураживающий, держащий в тонусе до самого финала. На протяжении всего фильма Пон Чжун-хо уверенно жонглирует жанрами, попеременно выдавая на экран то черную комедию, то семейную драму, то неожиданно разрывающий триллер, исполненный в лучших традициях жанра. При этом кинематографист даже не пытается удариться в мораль или, не дай бог, преподать какой-то жизненный урок своим героям — он искренне наслаждается происходящим на экране и предлагает зрителю разделить с ним это удовольствие.

В Москве премьера фильма состоялась в рамках фестиваля «Бесценные города в кино».

Оля Смолина
https://www.timeout.ru/msk/artwork/365843/review
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 02.10.2019, 08:36 | Сообщение # 3
Группа: Администраторы
Сообщений: 4076
Статус: Offline
«Паразиты» Пона Чжун Хо: блестящий фарс про классовую борьбу

Под конец Каннского кинофестиваля в конкурсе образовался новый фаворит — чумовой корейский фильм «Паразиты» от режиссера «Воспоминаний об убийстве» и «Окчи», которому устроили самые продолжительные каннские овации в этом году (15 минут).

Мужчина по имени Ки-таек (Сон Кан Хо), его жена, сын лет двадцати и дочка чуть постарше живут в полуподвальной квартире: у них тараканы, телефон и вайфай отключены за неуплату, а за окном постоянно кто‑нибудь мочится. Все четверо сидят без работы и, чтобы не умереть с голоду, склеивают коробки для доставки пиццы.

Но однажды приятель сына, уезжая за границу, завещает тому халтуру репетитора — занятия английским со школьницей из богатой семьи. Эта семья во главе с бизнесменом Паком — тоже из четырех человек, кроме дочки есть маленький сын — владеет роскошным дизайнерским особняком. Куда постепенно перебирается, выжив хитростью предыдущую обслугу и скрывая собственное родство, все семейство Ки-таека: сам он водит «мерседес» господина Пака, его жена становится домработницей, сын, соответственно, преподает английский, а дочь, навешав какой‑то лапши на уши миссис Пак, занимается с младшим ребенком «арт-терапией».

Один из ведущих корейских авторов Пон Чжун Хо («Воспоминания об убийстве», «Вторжение динозавра», «Мать») после пары не слишком удачных попыток поработать на международным рынке — триллера «Сквозь снег» про постапокалиптический поезд и нетфликсовской сатиры «Окчи» про гигантских свиней — вернулся домой, откуда его голос, кажется, слышнее, в том числе и за границей. Пон сам, как всегда, написал сценарий, нанял своего любимца суперзвезду Сона Кан Хо и со скромными ресурсами — никаких динозавров, поездов, хряков, почти все действие происходит в одном доме — снял абсолютно хитовую (рискнем забежать вперед проката) черную комедию.

Разговор, как сразу понятно, пойдет на излюбленные темы Пона: социальное неравенство, изъяны капитализма, классовая борьба. Но если в «Сквозь снег», скажем, главная метафора была горизонтальной (а в «Окче» хрюкала), то здесь она как бы вертикальная: бедная семья живет буквально внизу, в полуподвале, и, направляясь к богатой, все время поднимается по каким‑то лестницам — ну и наоборот, соответственно; на этом в фильме построено очень многое.

И на уровне идей все сделано — как, опять же, обычно у Пона — в лоб, грубовато и не без повторов, зато чрезвычайно доходчиво, а на уровне исполнения — бесконечно элегантно. Выстраивая в этом изысканном доме безупречные композиции, лавируя между двумя семьями, которые находятся словно по разные стороны зеркала, как в недавнем хорроре «Мы» (о котором тут трудно не вспомнить, как и, например, о корейском «Пылающем» с менее очевидными параллелями, но на ту же тему), режиссер легко манипулирует и сменами настроения в результате лихих сюжетных поворотов, и нашими симпатиями.

Бедняки — милые, но вроде как жулики и, так сказать, паразиты, выползшие в чужом доме, как тараканы в их собственном жилище. Богачи же ничем особенно не провинились — да, немножко снобы, смешно восхищаются всем американским: подумаешь. Но когда мистер Пак начинает тихо жаловаться жене на запах, исходящий от нового водителя, — он даже не может его описать, потому что это запах бедности, ему незнакомый, — становится понятно, что противоречия между ними (нами?) пролегают куда глубже, чем кажется на первый взгляд, и однажды потребуют радикальных решений.

«Паразиты», тем не менее, пытаются говорить по-разному: сперва это плутовская комедия, потом сатира, потом — почти весь второй акт — вообще фарс, пусть и с элементами триллера или даже хоррора. Но в конечном счете Пон смертельно серьезен, и именно серьезность, уверенность в собственной правоте — точнее, в несправедливости самого устройства вещей в капиталистическом обществе — сообщает этому балагану необходимую энергию. Волки от испуга скушали друг друга, бедный крокодил жабу проглотил, а слониха, вся дрожа, так и села на ежа.

Станислав Зельвенский 23 мая 2019
https://daily.afisha.ru/cinema....u-borbu
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 02.10.2019, 08:37 | Сообщение # 4
Группа: Администраторы
Сообщений: 4076
Статус: Offline
«ПАРАЗИТЫ» – ЯДОВИТАЯ САТИРА ИЗ КОРЕИ – СТАЛА ГЛАВНЫМ ХИТОМ КАННСКОГО КОНКУРСА

Остро-социальное кино вовсе не должно быть скучным.

Пон Джун-Хо, режиссер «Окчи», «Сквозь снег» и «Воспоминаний об убийстве», снял идеальный, интеллектуальный фильм-аттракцион, доказавший, что остро-социальное кино – это совсем необязательно не оскорбляющее ничьих чувств занудство, а иногда, например, фейерверк из сюжетных поворотов, смысловых перевертышей и возмутительных гэгов. На пресс-показе в Каннах (а публика тут традиционно строже, чем на официальных премьерах, где создателей даже не очень хороших фильмов всегда ждет овация) зал аплодировал не только в финале картины, но и по ходу действия. На фестивале это не часто бывает и говорит только об одном: «Паразиты» – абсолютный хит Канн этого года. Скорее всего грядущее решение жюри должно этот статус закрепить, но как именно (Золотая Пальмовая ветвь или гран-при или приз за режиссуру) – гадать абсолютно бессмысленно.

Как и Тарантино, Пон Джун-Хо очень просил журналистов не рассказывать лишнего о фильме и даже уточнил, где именно стоит остановиться. От сюжета таким образом остается только экспозиция: полунищая семья (мама, папа, сын, дочка) живет в полуподвале, из которого хорошо видно, когда прохожие останавливаются пописать на стену. Отсутствие денег семья компенсирует изобретательностью и отсутствием каких бы то ни было сдержек морально-этического характера (по фильму, чтобы позволить себе принципы, нужно иметь деньги). Так что когда товарищ-студент предлагает мальчику занять его место в качестве репетитора английского в богатой семье, он соглашается, подделывает с помощью сестры университетский диплом и устраивается на работу. Вслед за этим под разными предлогами в дом к зажиточным работодателям внедряется и вся семья «паразитов». То, что случается дальше, категорически нельзя рассказывать, но стоит увидеть: «Паразиты» мутируют в оригинальный жанровый гибрид, переходя от комедии к социальной драме, а от социальной драмы к образцовому триллеру. Все это, ни на секунду не выпуская зрителя из своих мохнатых лапок.

В связи с «Паразитами» трудно не вспомнить победивших год назад в Каннах «Магазинных воришек», тоже демонстрировавших относительность существования одной системы координат для всех, богатых и бедных. Но если в «Магазинных воришках» был гуманизм, то его место в «Паразитах» занимает язвительность. Две семьи в фильме паразитируют друг на друге, постоянно меняясь ролями – агрессор/жертва, донор/вампир. Это клубок созависимости, в котором только благополучный, как говорит одна из героинь, может позволить себе быть «милым», но зато другой знает, как быть цепким и способным к выживанию. Этот клубок невозможно распутать, а конфликт рассудить: неравенство по Пон Джун-Хо – фундамент, на котором стоит человечество. Единственное, что тут можно сделать – это поднять человечество на смех.

23 мая 2019 Елена Смолина
https://www.gq.ru/entertainment/gisaeng-chung-review
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 02.10.2019, 08:37 | Сообщение # 5
Группа: Администраторы
Сообщений: 4076
Статус: Offline
«Паразиты» Пон Чжун Хо: сюрреалистическая сатира о классовой борьбе Как семья бедняков выходит на работу в дом богачей

В Каннах показали новый фильм знакового корейского режиссера Пон Чжун Хо — «Паразиты». Фильм рассказывает о бедной семье, которая в полном составе устраивается на работу к богачам. Подробнее о фильме — кинокритик «Медузы» Антон Долин.

Кореец Пон Чжун Хо — самый малоизвестный из культовых режиссеров. Впрочем, смотря где. На родине и, шире, в Азии его знает каждый, ведь его «Воспоминания об убийстве» и «Хозяин» становились лидерами южнокорейского бокс-офиса, а снятый по-английски и с международным актерским составом (включая Тильду Суинтон, Криса Эванса и Джона Херта) антиутопический кинокомикс «Сквозь снег» был локальной сенсацией. Тем не менее, в Штатах и Европе за пределами синефильских кругов Пон Чжун Хо знают немногие. В России в ограниченном прокате был, кажется, только его парадоксальный триллер «Мать», а «Хозяина» выпускали в чудовищном дубляже и под названием «Вторжение динозавра»: если его и посмотрели, то явно не те, кто мог бы оценить сложное и изысканное кино, спрятанное под оболочкой ужастика о монстре-мутанте. Не выходили на наши экраны ни «Воспоминания об убийстве», ни «Сквозь снег», ни спродюсированная Netflix «Окча», еще один причудливый гибрид — экологическая фантастическая трагикомедия о генетически модифицированной свинье. Поэтому «Паразиты» — вторая картина режиссера в конкурсе Канн, купленная для проката и в России, — наш шанс наконец-то узнать Пон Чжун Хо получше.

Название звучит обманчиво, и это намеренный обман. От автора «Хозяина» и «Окчи» ждешь как минимум хоррора о заражении человечества инопланетными организмами, и стремление режиссера и его команды не раскрывать интригу работает как дополнительное топливо для воспаленного зрительского воображения. На самом деле, «Паразиты» — социальная комедия, сюжет которой невероятен до сюрреалистичности, но при этом вполне правдоподобен.

Главные герои здесь — семейство неудачников, живущих в полуподвальном помещении и уже бросивших мечту разбогатеть. Им еще хватает на скудный ужин, но на интернет — нет (приходится ловить вайфай из соседнего кафе). Их заработок — складывать из картонных заготовок коробки для пиццы, причем делают они это не слишком хорошо. Папа сдался после неудачной попытки открыть кондитерскую, мама когда-то была спортсменкой, но забросила карьеру. Двое взрослых детей не смогли поступить в институт. Счастье улыбается им неожиданно. На пороге возникает студент, друг старшего сына, и предлагает подменить его в качестве репетитора по английскому для дочки магната-айтишника. Подделав при помощи сестры университетский диплом, робкий Ки-ву отправляется в шикарную дизайнерскую усадьбу, где обитает семья Пак — также состоящая из четырех человек, родителей и их разнополых отпрысков: они своеобразные антиподы семьи Ки-ву и их невольные благодетели. Парень получает работу и новое модное имя «Кевин». Обалдев от неожиданной удачи, он решает помочь близким — одарить их подходящими псевдонимами и под разными предлогами внедрить к Пакам в качестве обслуги. Папа становится шофером, мама — домоправительницей, сестра (отныне не Ки-юн, а Джессика) дает младшему из Паков, застенчивому ребенку, уроки рисования — как она это называет, «арт-терапии». Собственно, в этой точке и происходит драматургический поворот, о котором режиссер просил умолчать.

Прибегая к удобным аналогиям, можно сравнить «Паразитов» с прошлогодними «Магазинными воришками», из которых специальным насосом выкачали доброту и гуманность. Или с «Еленой» Звягинцева, на сиквел которой «Паразиты» с определенного момента начинают смахивать. Правда, с юмором у Пон Чжун Хо дела обстоят несравнимо лучше, так что на ум приходят поздние антибуржуазные сатиры Бунюэля. По совести же надо признать, что стиль корейского режиссера не похож ни на что, а его отважные комбинации несовместимых жанров — в данном случае, семейная драма, социальная сатира и кровавый триллер — уникальны.

Будничный реализм и нахальный гротеск в картинах Пон Чжун Хо неразделимы, и даже более того — подпитывают друг друга как взаимно паразитирующие экосистемы. Таким же образом устроены взаимоотношения двух семейств в фильме. Кто паразитирует на ком? Беззаботные и беспомощные богачи, живущие в своем прозрачном, но непроницаемом доме-коконе за авторством знаменитого архитектора, питаются усилиями и соками обслуживающего персонала? Или те присасываются к власть имущим, чтобы вытягивать их ресурсы, деньги и возможности, понемногу выбираясь из привычной нищеты и переходя из низшего класса в средний? Однозначного ответа «Паразиты» не дают. Они одинаково безжалостны и глумливы по отношению ко всем восьмерым персонажам, и актеры, играющие двойные роли — самих себя и самих себя в коммуникации с другими, — великолепно чувствуют сложную сценарную задачу. Режиссер собрал лучших из лучших, но даже на этом фоне выделяется фактурный Сон Кан Хо (играет отца), одна из главных звезд современного корейского кино, переигравший центральные роли у всех ведущих авторов.

Ограничения сатиры-притчи о классовых противоречиях и борьбе Пон Чжун Хо прекрасно осознает и вволю забавляется с прямолинейными метафорами. В фильме неоднократно упоминаются тараканы — и мы понимаем, что такими же докучливыми насекомыми, которых не вытравишь, чувствуют себя его герои. Против этого унизительного положения они и бунтуют, больше не в силах выносить того, как их наниматели — потихоньку, чтобы никого не обидеть, но при этом вполне заметно, — морщатся при их приближении и затыкают нос, чтобы не чувствовать запаха бедности. Самый безобидный и прекраснодушный из персонажей, симпатяга Ки-ву, постоянно восторгается происходящим: «Это так метафорично!» В качестве тяжеловесной метафоры он таскает с собой булыжник, якобы приносящий удачу (разумеется, его драматургическая роль будет иной).

Как этот камень, Пон Чжун Хо сбрасывает ношу социальных обязательств, к которым вынуждает подобный материал, — не занимает ничью сторону, не проповедует, не защищает права человека. Он только предлагает отступить в сторону, оценить общую картину и вместе посмеяться над тем, как глупо выглядит человек, пытающийся украсть у ближнего частичку его счастья.

23 мая 2019 Антон Долин
https://meduza.io/feature....y-borbe
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 02.10.2019, 08:37 | Сообщение # 6
Группа: Администраторы
Сообщений: 4076
Статус: Offline
Канны-2019: «Паразиты» Пон Чжун Хо

Фестиваль в Каннах близится к финалу. И «Сеанс» рассказывает об одном из главных хитов конкурса — корейских «Паразитах». Есть некоторое сомнение в том, что жюри под председательством Алехандро Гонсалеса Иньярриту одарит картину призами, несмотря на высокий рейтинг фильма во всех критических опросах, но почему бы и нет. О фильме — Василий Степанов.

Один из главных корейских режиссеров нашего времени, автор «Воспоминаний об убийстве» и «Сквозь снег», возвращается на родную землю после вылазки в глобальное кино и на Netflix. «Паразиты» кажутся сугубо корейским произведением, но сделаны они так, что, безусловно, будут понятны всем без исключения. По крайней мере, я легко могу представить себе и российский ремейк.

Семья Ки живет в подвале и собирает коробки для пиццы. Хуже всех это делает безработный папа — господин Ки Тэк, который недостаточно внимательно следит за руководством по сборке, размещенным в YouTube. В интернет семья Кимов заходит, поймав wi-fi недавно открывшегося поблизости кафе — там еще не знают, что сеть стоит запаролить, потому что по соседству прописаны невольные «паразиты». Вот такая цифровая экономика.

Из классового подвала семья выходит благодаря случаю: подделав несколько документов (в том числе и диплом), сыну-школьнику удается устроиться репетитором в состоятельный дом господина Пака. Скоро в том же хай-тек жилище на правах арт-терапевта для младшего сына, которому мерещится что-то плохое, оказывается хитроумная сестра Ки. Она выживает шофера и экономку, чтобы впустить в семью Пак своих папу и маму. Так рождается мечта о будущей сытой жизни: преодолеть свою нищету и стать нормальными. Ки даже и не обманывают — по крайней мере, работу свою делают — просто немного юлят, недоговаривают, манипулируют. Первое время кажется, что перед нами расширенная версия «Слуги» Джозефа Лоузи. Но нет, Пон Чжун Хо только разгоняется.

«Паразиты» придуманы с архитектурной основательностью: две равно идеальные по своему составу семьи оказываются в изолированном от мира доме, где все определяется этажами и ловкостью художника-постановщика. Райская лужайка перед окнами, как и горечь авторской иронии, напоминает почему-то о Йоргосе Лантимосе и его «Клыке». Но Пон Чжун Хо далек от лантимосовской отвлеченной метафоричности и идеи медленного накопления отрицательной энергии для одного взрывного момента. Кореец брутальнее и прямолинейнее: его фильм одна сплошная прямая эскалация смеха и насилия. В своей восточной жестокости «Паразиты», пожалуй, не особенно специфичны — мало ли корейских фильмов мы видели. Смешного мало — когда один озверевший человек бросается на другого с детским томагавком — это вам не слэпстик, но залы по всему миру будут надрываться от хохота. Пон Чжун Хо, разогнавшись, обращается настоящим ангелом-истребителем по социальным вопросам. Проговаривает то, что у людей на уме. И от этого немного страшно. Интересно, что в прошлом году «Золотую пальмовую ветвь» получили «Магазинные воришки» Хирокадзу Корээда. Там, где японец, рассказывая историю социального кошмара, обливается слезами от безнадежности положения своих героев, кореец хищно ощеривается — он знает, что социальный лифт, которого ждут герои, не просто не придет, но даже и не пущен в эксплуатацию. Лифтовая шахта пуста, и он готов подставить Ки подножку по пути к этой шахте.

Другой ближайший родственник «Паразитов» обнаруживается уже в нынешнем Каннском конкурсе: это «Извините, вас не было дома» Кена Лоуча. Почтенный англичанин прожил жизнь, опираясь на идею о том, что мир не без добрых людей, но в его новом фильме по сценарию Пола Лаверти эти добрые люди все сильнее и сильнее оказываются порабощены компьютерными алгоритмами, эффективно бюрократизирующими пространство, — экономикой тотальной цифры. Сколько бы ни старалось честнейшее семейство Тернеров приподнять голову над пучиной социальных невзгод, это вряд ли ей удастся. И Лоуч спасается только многоточием.

Корейские визави научились эту цифру обманывать и использовать — и поэтому реальность расправляется с ними жестче. Другое дело, что в жестокости, с которой Пон Чжун Хо рассказывает о падении семьи Ки, слышится чуть ли не большее, чем у Лоуча, отчаянье. Есть, конечно, что-то мучительное в холодности Пон Чжун Хо к своим героям и в той постановочной мастеровитости, с которой он расставляет участников драмы на эшафоте. Да, иногда «Паразиты» отдают садизмом, но в этой обреченности на садизм, кажется, стоит увидеть прежде всего жуткую правду времени.

Василий Степанов, 23 мая 2019
https://seance.ru/blog/kanny-2019-parazity-pon-chzhun-xo/
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 02.10.2019, 08:37 | Сообщение # 7
Группа: Администраторы
Сообщений: 4076
Статус: Offline
ПОЧЕМУ «ПАРАЗИТЫ» ПОБЕДИЛИ НА КАННСКОМ ФЕСТИВАЛЕ

В Каннах подвели итоги, все, как обычно, недовольны, но при этом же все согласны, что фильм «Паразиты» корейского режиссера со сложным именем Пон Джун-хо («Воспоминания об убийстве», «Сквозь снег») был однозначно достоин главного приза. Редактор сайта «Искусство кино» Егор Беликов — о первой для Кореи «Золотой пальмовой ветви».

Семья — корпулентный папа, покладистая мама, двое взрослых детей, все с юмором, живут в подвале. Вот просто так, без предысторий и предпосылок. Как симсы, которых злой игрок-хозяин поместил в такие обстоятельства, чтобы ему самому было веселее их оттуда вытаскивать. Виной тому, как можно предположить, южнокорейская повальная безработица (а иначе почему еще вполне здоровая и счастливая семья зарабатывает на жизнь склеиванием на дому коробок для доставки пиццы). Повод подзаработать им подворачивается такой. Сына случайно нанимают репетитором английского для чьей-то богатой дочки, а он, не будь дураком, пристраивает в тот же дом родню: маму — кухаркой, выставив ее профи-шефом; папу — водителем (из элитного агентства, само собой); сестру — арт-психотерапевтом (что бы это ни значило) для младшенького наследника.

Герои словно заперты в социальном классе ниже среднего, как в бетонном полуподвале, а нищие в «Паразитах» вовсе загнаны на маргинальное дно, как в бункер. Ту же лобовую, но действенную метафору режиссер Пон Чжун Хо уже использовал в куда более жанровом антиутопическом американо-корейском фильме «Сквозь снег», где в недалеком будущем длинный поезд, в котором проживало все оставшееся население, без остановок крутился вокруг Земли. Необеспеченные на момент посадки смогли позволить себе только билет в задние вагоны-фавелы, а богатые жировали за их счет в грандиозных купе и СВ ближе к локомотиву. Экономическое ограничение на горизонтальную мобильность (из вагона в вагон) эволюционировало в творчестве Пон Чжун Хо в запрет на мобильность вертикальную: бедные ютятся в полуподвалах, которые в дождь заливает водой через крохотные окошки под самым потолком, богатые же вольготно расположились в собственных домах. Кроме того, важна и близость к природе, и дальность от каменных джунглей: чем ты обеспеченнее, тем больше расстояние до города ты можешь себе позволить. Олигархия в «Паразитах» проживает в дизайнерском доме из стекла и бетона за высоким забором с личным лесочком во дворе.

Корейские актеры, особенно Сон Кан Хо («Воспоминания об убийстве»), упоенно переигрывают, даже корчат рожи, но это же и коррелирует с тем, что им и в обществе придурков, разбогатевших непонятными путями, приходится отыгрывать роли вышколенной обслуги. Центральным в трагикомедийных «Паразитах» является мотив подмены, занятия чужого места: кажется, что все посажены судьбой туда, где им и должно находиться, и негоже мечтать о большем. Однажды приживалы-прилипалы попытаются провести день, как их наниматели, на всем готовом, пока хозяева уедут на пикник: вытащат дорогое бухло, будут корчить из себя аристократов, но в итоге посиделка выродится в очередную свару.

С другой стороны, кто же тогда, собственно, паразиты? Есть наши герои, прокаженные, их клеймо-стигма — запах прокисшего подземного воздуха, пропитавший одежду и тела. Они пытаются высосать из хозяев (так носителей паразитов называют биологи), которым деньги некуда девать, как можно больше. Но и богатые тоже плачут (и платят). Их гложет бесцельность существования, подкрепленная также неопределенностью источника огромных доходов (а в таком случае всегда кажется со стороны, что они тоже ленточные черви, сосущие кровь из человечества), поэтому они и нанимают столько неумех-бездельников, чтобы доказать хотя бы себе, что дети их просвещаются и учатся всякому, а дом у них — полная чаша.

Пон Джун-хо, корейский режиссер, отныне — неоклассик (с «Золотой пальмовой ветвью» — так уж однозначно наработал на этот статус), однозначно не указывает, к кому конкретно относится слово с негативной коннотацией в названии фильма. Он вообще ничего не говорит определенно, весь его фильм, созвучный по проблематике какой-нибудь «Елене» Звягинцева, подчеркнуто несерьезен, хоть и исполнен во вполне реалистических декорациях. В его картине все симпатичны, и голь, хитрая на выдумки, и буржуи, которым дарована, например, самая эротичная сцена фильма, где двое, муж и жена с красивыми лицами, застрявшие на ночь на диване в гостиной, не могут не заняться сексом, но так, чтобы не заметил сын во дворе.

За что же фильм наградили в Каннах? Что ж, Пон Джун-хо — единственный из очень звездного конкурса этого года (Альмодовар, Малик, Джармуш, Лоуч и далее по списку), кто может сам претендовать на звание киногероя нового времени. Он близок и к Netflix, и к Каннам, режиссер, региональный по духу и глобальный по смыслу, зрительский и притом неглупый, авторски образный и беспощадно, публицистически точный. Любознательному корейцу нравится жанровый китч, но он не корпит над материалом, как Тарантино, не нудит, как Дарденны, а развлекается, играется с киноматерией, не стесняясь поставить надрывно трагичный финал встык с кровавым гиньолем. Вобрав в себя все темы, которые Канны разрабатывали десятилетиями, — социальщину, (якобы) низкий жанр и азиатскую экспрессию, — триумфатор-постмодернист калейдоскопично меняет обличья, хохоча, хлопая в ладоши и заваливаясь на спину, болтает ногами в воздухе. Мир устроен несправедливо, но идти по нему стоит, смеясь, — гласит главный фильм Каннского фестиваля 2019 года.

27.05.19 Егор Беликов
https://kinoart.ru/reviews/parazity-pobeditel-kannskogo-festivalya
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 02.10.2019, 08:38 | Сообщение # 8
Группа: Администраторы
Сообщений: 4076
Статус: Offline
«Паразиты» — не мы

Рассказываем про обладателя «Золотой пальмовой ветви» этого года — уморительную сатиру от автора «Воспоминаний об убийстве», «Сквозь снег» и «Окчи».

Бедная семья Ги-тхэка — сборище бездельников и неудачников: неглупый сын Ки-ву не может накопить денег на учёбу, дочь Ки-джон по той же причине бросила школу, сам отец и его жена Чонг-сук перебиваются случайными заработками и мечтают о лучшей жизни (как минимум о переезде из полуподвальной квартиры, откуда видно только ноги прохожих и норовящих помочиться у стены пьянчуг). Из всех них везёт в итоге Ки-ву — его друг-студент уезжает в другую страну и предлагает приятелю взяться за свою подопечную из богатой семьи, которой он на дому преподавал английский язык.

Ки-ву, конечно, хватается за возможность, придумывает себе прошлое посолиднее и втирается в доверие к богачам — вскоре он посоветует им нанять для младшего сына учителя по рисованию (учителем, конечно же, окажется его сестра), и вместе они начнут осуществлять захватнический план по переезду всей семьи к новым работодателям.

Корейский режиссёр Пон Джун-хо, вероятно, не так известен широкому зрителю, как его коллега Пак Чхан-ук, и не столь популярен у фестивальной публики, как Ли Чхан-дон или Хон Сан-су. И это обидно, ведь Пон — один из самых ровных азиатских авторов, ещё в 2003 году застолбивший себе место в киноистории «Воспоминаниями об убийстве». Без всяких оговорок гениальным фильмом — не то триллером, не то трагикомедией о полицейских, что пытались поймать первого в истории Южной Кореи серийного маньяка, да так и не поймали. Это такой корейский «Зодиак», но, пожалуй, даже лучше, и вышел он на четыре года раньше финчеровского арт-блокбастера.

Вслед за «Воспоминаниями» Пон Джун-хо снял в Корее два хороших фильма, затем безболезненно внедрился в Голливуд, где снял ещё два — околокультовую постапокалиптику «Сквозь снег» и сатиричную эко-фантастику «Окча», пару лет назад освистанную в Каннах за то, что её прокатом посмел заниматься Netflix. Теперь режиссёр-космополит вернулся на родину, сделал «Паразитов» и вновь приехал на Лазурный Берег — там вместо свистов и недовольного гула Пон вдруг получил в свой адрес десятиминутные овации, горькие слёзы, заливистый смех и, наконец, «Золотую пальмовую ветвь», первую в истории его страны.

Его «Паразиты» в Каннах, кажется, понравились примерно всем — они, как и прошлогодний «Пылающий» (симптоматично, тоже корейский), помирили старых и молодых, серьёзных и шутливых, скупых на эмоции циников-эстетов и тех, кто открыт ко всему новому, странному и весёлому. Объединили всех в едином порыве искренней, чистой кинематографической радости, низвергающей любые барьеры: нет больше ни грустного, ни смешного, ни авторского, ни жанрового, ни «зрительского», ни артхаусного. Или есть всё одновременно.

Пон и в прошлых работах терял всякую грань между юмором и трагикой, находил источник естественной комичности даже в неподъёмной истории зверских убийств серийного маньяка (собственно «Воспоминания об убийстве») или судьбе бедной матери, чей сын попал в тюрьму («Мать»). В «Паразитах» он сохраняет эту эклектичную интонацию, но поворачивает свой метод на сто восемьдесят градусов. Примерно половину фильма он показывает забавную фарсовую историю о хитрой бедности и глупых богачах, чтобы в середине вдруг свернуть в феерический трип, смешивающий жанры, тональности и темы. Странный, энигматичный, даже абсурдный и при этом очень конкретный в том, что он хочет сказать.

Как и во всех последних работах, Пон Джун-хо не стесняется лобовой метафоричности и не боится однозначных трактовок. Более того, он открыто иронизирует над собой, голосом одного из героев заявляет: мол, да, вы правы, «это всё метафора». Режиссёра не интересуют скрытые смыслы и сложные аллегории — его код лежит на поверхности, и куда любопытнее не то, о чём его кино (чтобы это понять, достаточно прочитать синопсис), а насколько далеко заведёт Пон Джун-хо свою чехарду со стилем и образами. Если в начале нам очевидно, кто скрывается под теми самыми «паразитами», то к финалу название фильма приобретает значения глобальные и всеобъемлющие: паразиты-бедняки, паразиты-богатые, паразиты на кухне, чердаке и в подвале, внутри и снаружи, по ту и обратную сторону от экрана. Это всё метафора, да, но никто не предупредил, насколько она широкая.

Пон Джун-хо аккуратно прощупывает ткань реального и абсурдного, уводит историю в область эдакого современного мифа (или сказки, что, впрочем, здесь почти одно и то же) — по-хорошему нелепого, иносказательного, одновременно очень национального и абсолютно универсального. Он относится к истории слишком легко и ненавязчиво, чтобы его можно было обвинить в претенциозности, и достаточно тонко, чтобы его голос не тонул в абсурдных сценках и водевильных курьёзах. Пока другие боятся крайностей, Пон, кажется, только с ними и работает — его «Паразиты» сверхвыразительны в одних сценах и спартански скромны в других, его актёры (под предводительством великого Сон Кан-хо) экспрессивны и при этом удивительно точны в мельчайших деталях эмоций. Историю о барьерах и разделах — социальных, эмоциональных и лингвистических (герои часто неловко вставляют в речь англицизмы) — он рассказывает киноязыком, который полностью отрицает любые границы. Респект.

28.05.2019 Текст: Ефим Гугнин
https://www.film.ru/articles/parazity-ne-my
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 02.10.2019, 08:40 | Сообщение # 9
Группа: Администраторы
Сообщений: 4076
Статус: Offline
Рецензия на фильм «Паразиты» Пона Джун-хо: Фееричная трагикомедия о тесноте социального пространства

Фильм «Паразиты» южнокорейского режиссера Пона Джун-хо показали в рамках основного конкурса 72-го Каннского кинофестиваля. 25 мая 2019 года на церемонии закрытия картина получила «Золотую Пальмовую ветвь». В ролях: Сон Кан-хо, Чан Хе-джин, Чхве У-щик, Пак Со-дам.

Корейский кинематограф обладает крайней самобытностью, причём настолько, что иногда грань эстетического он переходит вовсе. Как правило, этот укромный уголок киноиндустриальной империи либо безусловно любят, либо так же безропотно ненавидят, а третьего как будто и не дано. Однако, «Паразитам» Пона Джун-хо удалось кардинальным образом переломить ситуацию. Фильм стал абсолютным фаворитом 72-го Каннского фестиваля, спровоцировав сначала 15-минутные овации, затем - первую «Золотую пальмовую ветвь» в истории южнокорейского кино.

Казалось бы, в фильме нет ничего нового: Пон Джун-хо словно глину в руках мнет уже изрядно потрепанный марксистский дискурс, грезит о прекращении классовой борьбы. Примерно о том же, о чем говорил фильм-победитель Канн 2018 года - «Магазинные воришки» японского автора Хирокадзу Корээда.

Впрочем, все не совсем так. Или даже совсем не так.

Хотя в предварительном обращении режиссёра к публике действительно была обозначена межклассовая рознь в качестве проблематики («Людям из разных слоёв общества нелегко даётся жизнь в одном пространстве», - заявил он), смысловая составляющая картины далеко не заканчивается бунюэлевским концептом «вскрытия» капиталистических пороков через тесноту пространства. Можно даже заподозрить автора в том, что своей речью он хотел сбить зрителя с толку, обмануть его всегда немного ограниченные ожидания.

Само название фильма - «Паразиты» - отсылает к жанру «хоррор» (в крайнем случае, к триллеру). На поверку же зрелище оборачивается чем-то совершенно иным. Правда, чем конкретно, сказать сложно: этот патетичный постмодернистский синкретизм всего и вся, ещё и облеченный в небанальный нарратив, нужно видеть.

«Злая и остроумная изнанка “Магазинных воришек”» - сравнение, которое прочно закрепилось в критике по отношению к нынешнему победителю Каннского конкурса.

Бедная и, как водится, довольно сплочённая корейская семейка в лице родителей Ки-тхэк и Чхун-сук, а также их отпрысков - сентиментального Ки-у и циничной Ки-джон, - обитает в жалком полуподвале, ежедневно силясь «словить» соседский вайфай и коллективно благодаря Господа в случае успеха операции. Из способов заработка у них - сборка коробок для местной пиццерии и многочисленные «планы» по выживанию (то есть аферы).

Звезды складываются так, что герои находят золотую жилу в виде богатой и доверчивой семьи корейских буржуа, на удивление не смыслящих практически ни в чем - ровно так же, как и их нищие подопечные. Это, правда, не мешает последним постепенно и все более уверенно укреплять позиции в богатом доме: репетитор по английскому, арт-терапевт, домработница и водитель. Обеспеченные люди во вселенной Джун-хо до неприличия наивны, любят тратить деньги и непроизвольно (и точно уж не со зла) воротят нос от удушливого и неприятного запаха бедности.

Их жизнь и жилое пространство беспощадно оккупируют эксплуатируемые. Что ж, так тому и быть (может, это и есть справедливость?), но все-таки быть не долго. В конце концов, по точному выражению режиссера, все закончится «жесткой путаницей и стремительным падением».

Картина состоит из потока авантюр, напоминая об эйзенштейновской неизменно востребованной идее фильма как аттракциона. Быстрая смена сцен не даёт устать глазу и мысли, а юмор во всем его многообразии (контаминация трагического и комического, ирония и сарказм на грани, комедия положений) и крайне богатая жанровая составляющая (от кровавого слэшера через абсурдистский треш к социальной драме) удерживает высокую планку спрессованной новизны.

В кадре высмеивается все, что можно (и даже нельзя, но очень хочется): от современного искусства и псевдонаук до Северной Кореи. Вышеупомянутый комизм на материале трагедии удаётся режиссёру блестящим образом. Трагическое выступает тут компонентом общего ироничного спектра - вовсе не из жестокосердия, а из жажды игры с тяжеловесными темами. Игры как новой, единственной и безапелляционной правды алчет и искушенная публика. Так что вопрос о правых и виноватых испаряется за своей вторичностью.

На всякий случай, пусть не будет прав никто. Ведь и правда, вокруг одни сволочи и кретины. Богатые - потому что бесконтрольно потребляют, эксплуатируя других; бедные - потому что не хотят в классическом понимании работать, а хотят быть эксплуатируемыми. Все мы время от времени забываем думать, двигаясь по инерции.

В общем, каждому по потребностям не хочется, а по способностям как-то не получается. Но жить и выживать все-таки нужно. Поэтому приходится паразитировать.

Анна Стрельчук, 07.06.19
https://www.intermedia.ru/news/336293
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 02.10.2019, 08:40 | Сообщение # 10
Группа: Администраторы
Сообщений: 4076
Статус: Offline
Быть или не быть? Как «Паразиты» отвечают на главный вопрос человечества
Рецензия «Газеты.Ru» на фильм-победитель Каннского фестиваля «Паразиты»


В своем новом фильме «Паразиты» южнокорейский режиссер Пон Джун Хо объединил сатиру, комедию положений, острый социальный комментарий и трагедию — «Газета.Ru» рассказывает, почему «Паразиты» победили на последнем Каннском фестивале.

Знаете, когда план невозможно сорвать? Когда его нет. Можно выразиться по-другому — известной поговоркой. «Если хочешь рассмешить бога, расскажи ему о своих планах». Примерно с такой житейской мудростью (или глупостью?) живая легенда Южной Кореи Пон Джун Хо подошел к созданию своего седьмого полнометражного фильма. Правда, как и всегда у него, это лишь то, что лежит на поверхности — считывается почти сразу. Но даже в этой простой формулировке автор не дает однозначного ответа, как же быть, оставляя привкус горечи после финальных титров.

Подобная обреченность вообще свойственна творчеству Пона Джун Хо. Еще в гениальных «Воспоминаниях об убийстве» он ловко затянул своих героев в трясину полицейских будней в провинции и не предложил ни одного более-менее действенного рецепта, как из нее выбраться. В блестящей «Матери» он и вовсе в финале сводит на нет все усилия главной героини.

В Каннах «Паразиты» удостоились 20-минутных оваций и заслуженно получили Золотую пальмовую ветвь. Хотя сам режиссер опасался, что его фильм может оказаться не слишком понятным западному зрителю, есть ощущение, что он лукавил. Пон Джун Хо уже давно освоил самый что ни на есть универсальный язык кино, и совершенно неважно, в каких декорациях происходит действие его фильмов. В конце концов, он снимает не истории, а рассказывает о людях.

Фабула «Паразитов» достаточно проста. Бедная семья из четырех человек зарабатывает сущие крохи складыванием коробок для пиццы. Они вынуждены пиратским образом ловить Wi-Fi соседей и не закрывают окна, когда по улице проходит дезинсектор, чтобы на халяву обработать часть своего жилья. Однажды одному из героев подворачивается возможность подработать в зажиточной семье, и главные герои цепляются за нее, стараясь при этом выжать максимум из предоставленного шанса.

Пон Джун Хо искусно работает на контрастах, показывая неприлично богатых и максимально бедных. Причем, он избегает искушения удариться даже в минимальные нынче модные на Западе марксистские настроения. В картине нет положительных и отрицательных персонажей. Здесь все сфокусировано на пропасти, которая разделяет представителей противоположных слоев. Бедняки — не угнетенные, а вполне предприимчивые люди, обладающие весьма острым умом, способные на очень многое, чтобы хоть как-то подняться в иерархии. Богачи же никого не эксплуатируют, а живут своей размеренной жизнью, в которой все есть. При этом, они вполне естественно не обращают внимания на тех, кто ниже их по рангу.

Самой большой заслугой картины стало то, что Пон Джун Хо ни на мгновение не стал ударяться в морализаторство. Он описывает проблему со стороны, смотрит на нее, разглядывает под микроскопом, но никого не осуждает и никого не превозносит. Режиссер подчеркивает разделение тем, что две семьи не понимают друг друга ни на одном уровне общения. Они живут, словно в разных галактиках. И важнее всего в киновысказывании Пона то, что он не видит точек соприкосновения. Более того — он не видит выхода. Американская мечта уже давно показала свою несостоятельность, а в условиях «корейского экономического чуда» этой самой мечтой до сих пор кормят людей, с чем Пон категорически не согласен.

Однако называть фильм совсем уж беспросветным не стоит. В самом конце, буквально в последнем кадре, режиссер дает маленькую надежду и спорит сам с собой. В конечном итоге, может быть лучше всю жизнь смешить бога, чем плыть по течению? По крайней мере, так думает как минимум один персонаж «Паразитов», и, наверное, это уже немало. И великий кореец в каждом своем фильме задает главный вопрос: «Тварь ли я дрожащая, или право имею?» А если совсем лаконично, то: «Быть или не быть?»

Похоже, сам Пон Джун Хо до сих пор не знает на него ответа, но искренне считает счастливыми тех, кто уже определился.

Дмитрий Кузьмин 19.06.2019
https://www.gazeta.ru/culture/2019/06/19/a_12425845.shtml
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 02.10.2019, 08:40 | Сообщение # 11
Группа: Администраторы
Сообщений: 4076
Статус: Offline
Никто не виноват, ничего не делать

На экраны выходит фильм «Паразиты», за который режиссер Пон Чжун Хо получил в Каннах Золотую пальмовую ветвь, — история про дом с привидениями, выдающая себя за социальный памфлет

Еще до того, как «Паразитов» показали на Каннском фестивале, режиссер Пон Чжун Хо рассказывал в интервью, будто в его фильме — несмотря на название, которое прекрасно подошло бы фантастическому хоррору, — на этот раз нет ни монстров, ни инопланетных симбионтов, ни апокалипсиса. Будто это вполне реалистичная картина про то, как две южнокорейские семьи в силу ряда обстоятельств оказались в одном доме, и про то, что из этого вышло. Очень убедительно рассказывал. И, конечно, обманул.

То есть формально придраться вроде бы не к чему: это действительно история про семью Ким и семью Пак, где, на первый взгляд, нет ничего фантастического. Бедняки Кимы живут в подвале, складывают из картона коробки для пиццерии, сомнамбулически бродят по квартире с воздетыми к потолку руками, пытаясь уловить соседский вай-фай, и ругают пьяниц, которые справляют нужду чуть ли не им в окно. У богачей Паков — дом на холме, построенный словно бы из стекла и воздуха, слуги, деньги и «мерседес». У этих двух семей нет ни малейшего шанса пересечься — разве что Пакам придет в голову заказать пиццу в криво сложенной Кимами коробке, да и то вряд ли: у них есть экономка, которая прекрасно готовит.

Но однажды к Ки Тхэку, сыну Кимов, приходит приятель, преподающий английский язык дочери Паков, и просит подменить его на некоторое время, пока он будет в Америке. Ки Тхэк, подделав с помощью сестры диплом (возникает, конечно, вопрос, отчего Кимы с такими талантами и с такой неразборчивостью в средствах прозябают в нищете, но не будем занудствовать), возносится на холм к богачам и вскоре перетаскивает туда всю свою семью: сестра занимается с нервным сыном Паков арт-терапией, отец становится шофером, а мать устраивается экономкой.

«Паразиты» скроены ловко и изящно, как хрестоматийная французская комедия с самозванцами и интригами. Если бы не брутальная концовка, можно было бы вообще подумать, что это экранизация какого-то старого анекдота. Структура фильма безупречна даже в том, что касается главных героев: обе семьи состоят из четырех человек, одни живут под землей, другие — где-то в поднебесье. То ли Паки — зеркальное отражение Кимов, то ли наоборот: все зависит от того, какую из этих реальностей считать объективной. С одной стороны, богачи, конечно, кажутся людьми не совсем от мира сего, с другой — именно в бедняках, ползущих из своего подвала на свет, которым сияет стеклянный дом на холме, и прячущихся в его углах и закоулках, есть что-то хтоническое и потустороннее.

Поэтому, что бы там ни рассказывал режиссер, «Паразиты» больше всего похожи на недавний фильм «Мы» Джордана Пила или на «Других» Алехандро Аменабара. Здесь тоже пересекаются две семьи из параллельных вселенных, причем в каждой из них есть по медиуму, в роли которых выступают сыновья: у Кимов это Ки Тхэк, который, став репетитором, первым проникает в другую реальность, а у Паков — Да Сон, видящий призраков (на самом деле — прячущихся в доме бедняков) и чувствующий их странный запах.

Фильм Пона Чжун Хо уже успели объявить социальной сатирой, но это, в общем, вполне распространенная ошибка, когда речь идет о творчестве этого режиссера. Примерно то же самое происходило с картиной «Сквозь снег», которую называли чуть ли не марксистской, хотя абсолютно ни из чего не следовало, что Пон одобряет эту перманентную революцию в движущемся по кругу поезде. Вообще довольно сложно придерживаться левых взглядов, когда у тебя по соседству находится КНДР: понятно, что было бы неплохо ликвидировать социальное неравенство, но наглядный пример торжества идей чучхе оптимизма не внушает. Российским коммунистам в этом отношении проще: прошлое уже успело подернуться ностальгической дымкой и рай кажется вполне достижимым — нужно лишь не повторять допущенных предшественниками ошибок. У Южной же Кореи вместо этого — вполне реальное зазеркалье, где по ту сторону 38-й параллели одновременно с тобой живут твои двойники, одним своим примером делающие бессмысленной любую революцию.

Поэтому и Пон Чжун Хо не вскрывает никаких язв южнокорейского общества и не бичует никаких недостатков. Он не знает, кто виноват, и не имеет ни малейшего представления, что делать. Паки у него — милейшие люди, которые никого не угнетают и не эксплуатируют, да и Кимы, в общем, до поры до времени выглядят симпатичными и талантливыми авантюристами, никому не желающими зла. Из-за них, конечно, уволили старых слуг, но это не кажется чем-то ужасным: и шофер, и экономка — хорошие профессионалы, которые быстро найдут работу в другом месте. Бедняки в этой истории сами не хотят никаких революций: их мечты не простираются дальше того, чтобы продолжать вытягивать деньги из богачей или, если получится, занять их место, поселившись в этом доме уже в качестве хозяев.

Кажется, и сам режиссер не видит отсюда никакого выхода. Понятно, что рано или поздно случится локальный апокалипсис и хлынувший с неба дождь размоет границы между верхним и нижним мирами, из-за чего кто-нибудь обязательно умрет. Но в конце концов вода уйдет, и все останется по-старому: дом снимут другие жильцы, в подвале поселятся новые призраки, однако их вселенные, существующие параллельно, смогут пересечься только в выдуманной бесконечности.

Саша Щипин, 28 июня 2019
https://snob.ru/entry/179209/
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 02.10.2019, 08:41 | Сообщение # 12
Группа: Администраторы
Сообщений: 4076
Статус: Offline
Что за странный запах?

Маргинальная семейка - четверо неглупых предприимчивых взрослых людей - ютится в подвале среди трущоб. Однажды старшему сыну через знакомого подворачивается возможность устроиться репетитором английского в семью богачей, подтянуть там по предмету их дочку-старшеклассницу. Богачей тоже четверо: помимо старшеклассницы - мелкий пацан со странностями, недалекая хозяйка и ее муж, успешный бизнесмен. Плюс в шикарном доме прислуживает деловитая мадам. И личный шофер имеется.

Нанятый репетитором юноша оценивает обстановку и тут же придумывает, как выхлопотать такое же непыльное и прибыльное местечко для сестры. А там - жучка за внучкой - и все остальные хитро устраиваются, ступая по головам. Однако не подозревают они пока, что… знаете, есть такая верная примета: если вы увидели, как по стенке ползет один таракан, то за стенкой точно есть еще, и не один. На этом и остановимся, пожалуй.

Фильм "Паразиты" широко известного корейского автора Пон Чжун Хо - победитель минувшего Каннского фестиваля. Причем среди других победителей довольно нетипичный. В том смысле, что, как правило, словосочетания "Каннский фестиваль" или - возьмем шире - "фестивальное кино" у нормального зрителя вызывают реакцию вроде "опять какая-то заумная нудятина". Но "Паразиты" - нечто совсем другое. Ладно, не совсем. Но другое.

В принципе, если сравнить с последними азиатскими хитами Канна, то это "Магазинные воришки", которых как следует потыкали палкой. Альтернативный вариант - "Пылающий", которому, перед тем как потыкать его палкой, дали пинка. Та же социальщина, только здесь не боятся называть вещи своими именами и не мастурбируют глубокомысленно в комнате с несуществующим котом, глядя из окошка на отраженный лучик солнца. А предлагают вместо этого по-азиатски безумную, но вполне универсальную историю, изобилующую непредсказуемыми крутыми виражами.

Первая часть фильма - изящная плутовская комедия, затем внезапно из темного угла выпрыгивает сатирический триллер, потом вообще черт знает что, украшенное симпатичным бантиком сбоку, а заканчивается все кровавой резней. Которая подводит к наивной морали: грамотное использование социальных лифтов цивилизованно решает все проблемы. С чем, конечно, не поспоришь. Хотя то же справедливо и по отношению к бумажным сидениям на унитазы.

Есть у творчества Пон Чжун Хо такая характерная черта - прямолинейность метафор. В постапокалиптическом антиутопическом кинокомиксе "Сквозь снег" вся социальная иерархия умещалась, строго упорядоченная по горизонтали, в поезде. В веганской агитке "Окча", с которой режиссер год назад в Канн приезжал, метафору с добрыми умными глазами насиловали и разделывали на бойне. Про "Паразитов" все уже из названия ясно. К тому же здесь, чтобы подняться из низов, нужно буквально подняться. По лестнице. А главный герой никак не может избавиться от тяжелого камня, тянущего его ко дну.

Однако вместе с тем у Пон Чжун Хо как-то получается с помощью одного простого и доступного образа, такого же прямолинейного, передать всю суть межклассовых отношений и одновременно четко расставить акценты. Маргиналы, они же паразиты - особенно к себе не располагают, трудно к ним симпатией проникнуться. Обыкновенные прохиндеи. Богачи - напротив, вполне безобидные. По крайней мере, ненавидеть их не за что. Вот только запах чуют. Не резкий, не дурной, запах, который нельзя даже конкретно определить. Запах бедности. И брезгливо так морщатся.

Этот запах - и есть то, что отличает одних от других. Пока он витает в воздухе, классовой вражде нет конца. Пон Чжун Хо встает - и тянет зрителя за собой - на сторону запах источающих. По крайней мере, кое-кто из них, получив за свои прегрешения по шапке, извлекает из полученного опыта определенные мудрые выводы. Небезнадежны, короче, эти паразиты. Есть потенциал для развития. Как-то так видится здесь путь в лучший мир: беднота должна стать сознательной, положиться на себя, упорно самосовершенствоваться - и тогда заживем. Звучит как утопия, и все прекрасно понимают, что это утопия. Следовательно, все мы навеки обречены либо сидеть в подвалах, либо морщиться от запаха и ждать, когда из подвалов хлынет волна праведного гнева и смоет тех, кто сверху.

03.07.2019, Алексей Литовченко
https://rg.ru/2019....ia.html
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 02.10.2019, 08:41 | Сообщение # 13
Группа: Администраторы
Сообщений: 4076
Статус: Offline
Пон Чжун Хо — о фильме «Паразиты», классовом неравенстве и о том, почему кино лучше смотреть в кинотеатрах

В прокат вышли «Паразиты» — первый южнокорейский фильм, удостоившийся «Золотой пальмовой ветви» Каннского фестиваля. Кинообозреватель Esquire Егор Москвитин встретился с режиссером картины Пон Чжун Хо за день до того, как тот узнал о своей победе. В интервью Esquire Чжун Хо рассказал, почему взялся за остросоциальную тему, возможно ли победить классовое неравенство и как сейчас живут жители его родной страны.

У вас получился злободневный фильм. Но ведь запланировали вы его очень давно?

Да, я начал работу над «Паразитами» в 2013 году, но обстановка — по крайней мере, у нас в стране — тогда была примерно такой же, как и сейчас. Огромная пропасть между бедными и богатыми, социальная поляризация. Думаю, эти проблемы свойственны не только нам. Я тогда как раз заканчивал постпродакшен фильма «Сквозь снег», который тоже описывал классовое неравенство, — так что можно сказать, что эта тема не отпускает меня уже давно. Но «Сквозь снег» — международный фантастический проект. А в этот раз мне захотелось рассказать историю о своем окружении, о современной Корее.

Единственный из органов чувств, с которым до сих пор не умеет работать кино, — это нос. Но у вас получилось: богатые герои постоянно жалуются на запах бедняков, и зритель в какой-то момент начинает его себе представлять.

Разговоры о запахе для нас важный инструмент: с его помощью мы показываем, как меняется герой, когда переходит из публичного пространства в личное. Ведь запах, если речь не о духах и не о цветах, — это очень интимная вещь, которую мы обычно обсуждаем только с самыми близкими людьми. И чтобы почувствовать запах другого человека, тоже нужно оказаться к нему очень близко. Поэтому сцена, в которой герой обсуждает запах своей прислуги с женой, сигнализирует нам о том, что все личные границы в отношениях этих семей уже нарушены. Ну а потом, запах — это наш способ подчеркнуть, насколько разными путями идут по жизни бедные и богатые. И не только в кино: в самолетах ведь тоже есть бизнес- и экономклассы, совсем как в поезде из фильма «Сквозь снег». В реальности богатые люди в Корее надежно отделены от бедных — поэтому мы решили пофантазировать, что они почувствуют, когда окажутся рядом, как в «Паразитах».

В фильме на самом деле три семьи. Какая из них в большей степени те самые «паразиты» из названия, на ваш взгляд?

На первый взгляд, мы сделали сатиру на бедняков, которые загрязняют прекрасный чистый дом, наподобие паразитов. Но если вы задумаетесь, то поймете, что семья бедняков оказалась в этой ситуации не по своей воле. Они способны, они талантливы, и они человечны — но безработица ожесточает их и вынуждает идти на преступление. С другой стороны, вам может показаться, что паразиты — это семья богачей. Ведь они платят беднякам за то, чтобы те мыли их полы и возили их на работу. И бедняки соглашаются — ведь им нужны деньги. Так что решайте сами, кто тут паразит. Не хочу никому помогать. (Смеется.)

С какими новыми для себя задачами вы столкнулись, делая этот фильм — десятый по счету в вашей карьере?

С двумя. Во‑первых, 90% всего действия происходит внутри двух помещений: каморки бедняков и дворца богачей. Раньше я никогда не снимал так много в замкнутых пространствах. Во‑вторых, еще до съемок мой оператор Хон Гён Пхё сказал мне: «А ты заметил, что это наша первая история про богатых людей?» И тут я понял, что мало что знаю об этих людях. И чтобы сохранить для зрителя этот эффект знакомства с новым миром, я сознательно позвал на роли богатых героев актеров, с которыми никогда прежде не работал. Ведь все, кого я знаю, привыкли играть бедняков.

Кстати, сценарий фильма был написан до того, как мы возвели декорации, и в нем уже был некий архитектурный план: я представлял, как герои используют пространство, где в каждой сцене будет стоять камера и так далее. Когда мы показали сценарий настоящему архитектору, он покрутил пальцем у виска: мол, таких домов на самом деле не бывает. Пришлось искать компромиссы.

Бомбоубежище под домом — это некая метафора или отражение реального страха южнокорейцев перед ядерной войной с северянами?

Нет, никаких метафор — люди и правда боятся войны. И в некоторых домах действительно есть бункеры, в которых вполне можно жить. Но, конечно, это привилегия самых богатых корейцев. У нас есть сцена, в которой муж признается жене в любви после того, как она пародирует диктора с северокорейского телевидения. Это шутка — но она напоминает о том, что люди действительно следят за тем, что творится за демилитаризованной зоной.

Как вам и вашим актерам удается совмещать сатиру с сочувствием героям?

Когда мы с актерами разбираем сцену, я никогда не говорю им: «Ну, вы же поняли, что у нас тут политический комментарий?» Я спрашиваю: «Вы сопереживаете своим героям? А сами бы хотели купить себе такой дом? А можете его себе позволить?» То есть мне важно свести все к простым чувствам, к эмоциям. И такие инструктажи с актерами очень этому помогают. В случае с бедной семьей мне было очень важно убедиться, что актеры не осуждают их. Да, эти люди подделывают документы, постоянно врут, совершают мелкие преступления — но у них самих нет ни малейших угрызений совести на этот счет. Если актеры чувствуют такие нюансы, то сатира и сострадание вполне уживаются в одном кадре.

А классовая борьба — это, по‑вашему, неизбежная часть человеческой жизни? Или однажды о ней можно будет забыть?

Эмоция, которой я жду от зрителя на выходе с этого фильма, — это страх по поводу того, что ситуацию с огромной пропастью между бедными и богатыми не изменить. Ее не изменить при нашей жизни и при жизни наших детей — вот в чем ужас. Поэтому так трагично звучит то обещание, которое один из героев дает в конце фильма. Ведь мы понимаем, что ему не осуществиться. И помните, у нас есть сцена, в которой отец семейства говорит: «Знаете, что на каждую вакансию охранника откликается 500 выпускников университетов?» Так вот, это не преувеличение. Это цифра, которую я несколько лет назад увидел в каких-то новостях. Конечно, сейчас ситуация в Корее становится лучше, но быстрых перемен не бывает. Поэтому нам было важно показать семью бедняков такими талантливыми и трудолюбивыми людьми — чтобы напомнить, что жизнь бывает несправедлива.

Судя по вашей биографии, вы побывали в ситуации каждой из семей из «Паразитов», да?

Ну, если честно, то дом, в котором я живу сейчас, и близко не стоял рядом с этим особняком — хотя я и не беден. А вот условия, в которых мы с женой жили, когда я только начинал работать помощником режиссера, были даже хуже, чем у бедной семьи из фильма. Сейчас мы, наверное, находимся где-то на полпути между роскошью и нищетой. И да, бункера у меня дома нет. (Смеется.)

Когда вы начинаете чувствовать жанр своих фильмов: на стадии сценария, съемок, монтажа?

Когда я снимаю или монтирую, я никогда не думаю о жанре фильма и никогда не переживаю о том, каким жанровым конвенциям следовать. Дискуссия о том, чем жанровое кино отличается от авторского, — это тоже не про меня. Поэтому люди сейчас и ломают голову: так это черная комедия или сатирический экшен? В какой-то рецензии недавно написали, что «Паразиты» — это фильм в жанре «пончжунхо». Когда твое имя становится жанром, это лучший комплимент для режиссера.

«Паразиты» для вас — это возвращение домой, к корейскому киноязыку?

В принципе, «Окча» — это тоже корейский фильм: в нем много корейских героев и локаций. Но «Паразиты» — действительно возвращение к истокам в том смысле, что мне вновь выпала возможность работать с комфортными для меня бюджетом и масштабом съемок. Это история вроде «Воспоминания об убийстве» — камерная, неторопливая, позволяющая мне спокойно сосредоточиться на деталях. На фильмах «Сквозь снег» и «Окча» у меня был совсем другой уровень адреналина в крови.

В ваших фильмах много упоминаний Америки, причем довольно сатирических. Почему?

Большинство упоминаний Америки в «Паразитах» — это всего лишь шутки. В моей картине «Вторжение динозавра» политической сатиры было куда больше: с американцами там было связано происхождение монстра, а сама история напоминала о существовании оружия массового поражения и опыте его применения в XX веке. А в новом фильме Америка — лишь способ характеризовать образ мышления богатой семьи. В какой-то момент героиня срывается и переходит на английский, но это нужно лишь для того, чтобы подчеркнуть ее претенциозность. А отношения между Кореей и Америкой сейчас, наоборот, улучшаются, особенно в сфере безопасности на полуострове. Хотя, должен сказать, Ким Чен Ын и Дональд Трамп те еще персонажи. И поскольку сам я живу недалеко от демилитаризованной зоны, то пристально слежу за всеми новостями, связанными с этими людьми.

В вашем предыдущем фильме, «Окче», зрителя с первых секунд захватывает очень быстрое повествование. А у «Паразитов», наоборот, довольно медленная экспозиция. Вы считаете, что для Netflix и для кинотеатров нужно снимать в разной стилистике?

В целом платформа не имеет для меня значения. Но когда мы снимали «Окчу», я специально обсуждал с оператором Дариусом Хонджи кое-какие уловки, с помощью которых мы заставим зрителей, которые включили фильм на своих смартфонах, немедленно бросить это занятие — и поискать большой экран. Для этого мы выстроили некоторые кадры так, что понять происходящее на них невозможно на смартфонах. Например, там есть очень длинный план, на котором героиню просто невозможно заметить, если у вас маленький дисплей.

То есть вы сторонник кинотеатрального проката фильмов от Netflix? Что вы думаете о конфликте между этой компанией и Каннским фестивалем?

Если честно, то поскольку «Паразиты» не имеют ничего общего с Netflix, я не вникал в новости об этом конфликте. Надеюсь, разногласия разрешатся. Стриминг — хороший способ смотреть фильмы, но лучший способ — это, конечно же, кинотеатры. Поэтому я считаю, что Netflix стоит быть щедрее и выпускать какую-то часть своих фильмов заранее в традиционном прокате. Нужно быть чуточку более гибкими и готовыми к компромиссам. Ведь фильмы вроде «Ромы» так тепло встречают в Венеции и на других фестивалях.

https://esquire.ru/movies-....0
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 02.10.2019, 08:41 | Сообщение # 14
Группа: Администраторы
Сообщений: 4076
Статус: Offline
«ПАРАЗИТЫ» ПОН ЧЖУН ХО: ПОБЕДИТЕЛЬ КАННСКОГО КИНОФЕСТИВАЛЯ В ПРОКАТЕ

В российском прокате «Паразиты» Пон Чжун Хо — победитель 72-го Каннского кинофестиваля, очевидно один из главных фильмов этого года. Зинаида Пронченко с подробностями.

Все люди — твари. Некоторые из них — насекомые, что летать не могут. Другие — и того хуже, просто паразиты. Отвратительные существа, питающиеся чужими жизнями. Высасывающие энергию из ближних. Не спасётся никто, нужен новый потоп, чтобы помойка, в которую превратился этот мир, обернулась снова Эдемом. Примерно так считает Пон Чжун Хо и, конечно, сразу хочется с ним согласиться. Не одним умильным барахлом жив каннский конкурс. Прививка старой доброй мизантропией ему не помешает. В новой картине «Паразит» Пон, как Флобер в «Мадам Бовари», ненавидит всех своих героев одинаково. Внешне это кино румяно, как сочный персик. Но внутри притаился жирный червь. С нескрываемой гадливостью режиссёр его извлекает на свет божий и препарирует скальпелем, не правды или социальной гигиены ради, а чисто из вивисекторского удовольствия — посмотреть, как брызнет слизь. И она брызнет красиво.

Сюжет «Паразита» прост и, что бы там ни говорили про сценарные ходы и твисты восторженные критики, довольно предсказуем. Это не минус. Напротив — плюс. Как и у Лантимоса или Ханеке, побратимов-абсурдистов, у Пон Чжун Хо каждая жалкая ничтожная личность получит по заслугам. В жизни-то, увы, многим из них удаётся уйти безнаказанными. Так пусть хоть в кино царит справедливость.

Семейка люмпенов — папаша Ки-тхэк, мамаша Чхун-сук, дочь Ки-джон и сын Ки-у — прозябает в подземелье, подворовывая у соседей Wi-Fi, перебивается подёнщиной, мечтает о барышах, всячески паразитирует. Судьба приводит к их порогу друга Ки-у, студентика-пижона, который ищет себе на замену репетитора английского языка для туповатой дочки нуворишей. Ки-у после краткого собеседования легко получит работу, и вскоре все его родственники окажутся employed на позициях дворни: отец — шофёром, мать заступит на место мажордома, сестра будет терапевтировать младшего отпрыска абстрактным искусством. Их хозяева выведены наивными и эксцентричными кретинами, так обычно показывают в российских сериалах рублёвских жен, а в британских комедиях — допустим, жителей Тоттериджа или Мэйфэйра: из грязи в князи, дальше своего носа не видят, упоённо расстаются с деньгами, потому что ничего другого не умеют и не знают, всё меряют купюрами — чем дороже, тем лучше. Вот и паразитов не раскусили, даже не догадались, что прислуга не просто заодно, а связана кровными узами.

«Паразит» смотрится злым и остроумным зеркальным отражением прошлогодних «Магазинных воришек» Хирокадзу Корээды. У победителя Канн-2018 чужие люди притворяются семьёй, у Пон Чжун Хо родственники — посторонними. И там, и там — с целью наживы. Вот что делает с людьми капитализм. Правда, если ему сто лет в обед, как в Японии, хорошим тоном будет попричитать об атомизации и впрыснуть в полумёртвое тело гуманизма немного витамина D — свобода, равенство и братство в качестве паллиативной медицины. Зато капитализм молодой и компрадорский ничего кроме злости у любого уважающего себя художника вызывать не может. Пон Чжун Хо — не любой, а великий, рассказывать сказочки в пользу бедных, как человеколюбивые болтуны со стажем (тоже в конкурсе, не будем показывать пальцем), не намерен. Расслоение общества — дело рук самого общества. Так пусть же сгинет ко всем чертям этот Содом, пусть горят синим пламенем и рабы, и их владельцы, и пресмыкающиеся, и хозяева жизни. Все одним миром мазаны. Никого не жалко, никого. И даже намёка на сентиментальность от Пон Чжун Хо зритель не дождётся, дым отечества ему, в отличие от Ли Чхан Дона, смахивавшего слезу украдкой в «Пылающем», не сладок и не приятен. Такая профессиональная дезинфекция. Уничтожение паразитов с гарантией.

Зинаида Пронченко, 03.07.2019
http://kinochannel.ru/digest....tivalya
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 02.10.2019, 08:42 | Сообщение # 15
Группа: Администраторы
Сообщений: 4076
Статус: Offline
Черная комедия «Паразиты»: о чем главный фильм этого года

В прокате «Паразиты» Пона Чжун Хо – южнокорейская черная комедия, которая войдет в историю как главный фильм 2019-го года. По крайней мере, так было решено в Каннах, где картине досталась Золотая пальмовая ветвь. Кинокритик Егор Москвитин рассказывает, почему с решением жюри под руководством Алехандро Гонсалеса Иньярриту тяжело спорить.

Во-первых, «Паразиты» – идеальная метафора для всего, что происходило в Каннах в мае этого года. Основной конкурс фестиваля напоминал парад язв и шествие тараканов: в одних фильмах пугала социальная несправедливость, в других – человеческая черствость, в третьих – государственная глухота, религиозная слепота, денежная кабала, историческая немота. Кино – пускай и не самое эффективное, но все-таки средство от всех этих паразитов. И «Паразиты» – сатирический фильм, в котором все переворачивается вверх дном, – стали своеобразной кульминацией фестиваля, обличавшего ужасы современной жизни и разводившего руками, не зная, как от них спастись. Южнокорейская лента тоже не знает – и в какой-то момент намекает на то, что помочь может лишь всеочищающий новый великий потоп.

Но до того, как уровень воды в фильме повышается, зрителя «загоняют» под землю, заставляют почувствовать безвыходность ситуации, в которой живут герои. Где-то в Южной Корее есть две семьи – похожие и непохожие друг на друга – совсем как те демонические двойники в недавнем американском ужастике «Мы». Одна семья – белозубые и улыбчивые богачи: папа, который управляет крупной корпорацией; мама, которая хлопочет по дому; дочь, которая собирается в американский университет; и маленький сын, которому уже нужен домашний психолог. Он немного не такой, как остальные, поэтому предпочитает жить в купленной в Америке индейской палатке на лужайке перед роскошным родительским особняком. Под этим футуристическим дворцом, кстати, есть бункер: взобравшись на самый верх пирамиды Маслоу, герои решили, что для счастья им не хватает разве что уверенности, что ядерная война с Северной Кореей обойдет их дом стороной.

Вторая семья – четверо бедняков, уже оказавшихся почти под землей. И не от хорошей жизни. Их каморка – это подвал многоэтажного муравейника. Чтобы сходить в туалет, им приходится карабкаться на прикрученный под потолком унитаз, как на трон. А из окна кухни (она же спальня), больше похожего на бойницу в бункере, они могут видеть лишь грязную улицу и пьяниц, решивших справить нужду перед их носом. При этом и мама, и папа, и дочь, и сын в этой семье талантливы и трудолюбивы. Просто им не повезло: в современной Корее, если верить режиссеру Пону Джун Хо, на одну вакансию сторожа приходится пятьсот резюме от выпускников университетов. Поэтому в фильме бедняки, чтобы поправить свое финансовое положение, не раздумывая идут на преступление. Сначала парень, вообразив себя великим Гэтсби, внедряется в дом богачей под видом тьютора по английскому языку для старшей дочери. А потом его сестра притворяется психологом (арт-терапевтом) для младшего сына. И так далее – пока в одном теремке в борьбе за жизненное пространство не столкнутся два семейства. Кстати, фильм до поры до времени следует сказочной логике: судьбы героев меняются, как по щучьему велению; зритель легко угадывает, что произойдет дальше, а неотвратимость морали в конце стимулирует предсказывать, как же она прозвучит. Что сытый богатого не разумеет? Что на чужой вершок лучше не разевать роток? Или что скорее верблюд пройдет сквозь игольное ушко, чем богатый попадет в ад?

Но затем фильм резко меняет жанровые регистры – и ни один из прогнозов не сбывается. Социальная трагикомедия превращается в настоящий триллер, на место смеха приходит страх, а ближе к финалу – слезы. Пон Джун Хо гордится тем, что снимает кино без оглядки на те самые жанровые конвенции и иногда цитирует рецензию, в которой его фильмы отнесли к вымышленному жанру «понджунхо». Но на самом деле «Паразиты» – это упрощенная модель современного корейского кино в целом. Кино, непризнающего границ между разными эмоциональными состояниями: мужчины в нем не стесняются плакать, а за вспышками насилия следуют разрядки смехом. Кино, родившегося при японской оккупации, а развитие получившего после раздела страны по 38-й параллели – поэтому вынужденного бесконечно рефлексировать по поводу национальных травм и бессилия маленького человека перед большой историей. Кстати, спасение от внешнего хаоса этот маленький человек привык искать именно в семье. Например, герои «Вторжения динозавра» (культового фильма от автора «Паразитов»), даже узнав о своем соседстве с кровожадным монстром, продолжают цепляться за милые бытовые привычки, за механические ритуалы. Их вот-вот съедят, а они собираются за маленьким столом, чтобы аппетитно булькать лапшой и шутить о прошедшем дне.

Именно это – фокус на семейной жизни – и делает «Паразитов» такими симпатичными и в то же время жуткими. Потому что фильм напоминает, что все семьи – а значит, и дети – не могут одновременно быть сытыми и счастливыми. Что нет человека, который был бы обособлен, как остров, а значит, собственное благополучие невозможно без готовности закрыть глаза на чужое бедствие. И что всегда жить с широко закрытыми глазами все равно не выйдет: карма может постучаться в дверь под видом интеллигентного репетитора, пунктуального водителя или излучающей надежность домработницы.

«Паразиты» – фильм со звонко поставленной проблемой, но без ответа на вопрос, как ее решить. Впрочем, кино и не должно указывать на выходы. Только на выход – и то лишь тем зрителям, которым все равно. Задачей «Паразитов» на Лазурном берегу было заразить публику в смокингах и вечерних платьях, заставить чесаться и помнить, что этот зуд может вернуться в любой момент. Но важнее то, что фильм получился не только социально ответственным (с этим в Каннах проблем нет ни у кого), но и по-настоящему зрительским. Ему удается держать зал в напряжении каждую секунду. А вот это на фестивалях, увы, большая редкость.

Егор Москвитин, 4 июля 2019
https://thecity.m24.ru/articles/835
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 02.10.2019, 08:42 | Сообщение # 16
Группа: Администраторы
Сообщений: 4076
Статус: Offline
Но паразиты — никогда!

На экранах — семейная трагикомедия «Паразиты» Пон Чжун Хо, удостоенная каннской «Золотой пальмовой ветви». Первой за почти столетнюю историю корейского кинематографа.

В сеульском полуподвале нищенствует семейка Ки. Однажды на огонек к бедолагам заглядывает подрабатывающий репетиторством студент. Выясняется, что парень собирается на стажировку в США и хочет передать ученицу приятелю. Выдав себя за выпускника университета, юный Ки Ву втирается в доверие к девице и ее состоятельным родителям Пакам. Оказывается, те планируют заняться образованием и своего младшего отпрыска. Так в дом проникает сестра проходимца — «модный арт-терапевт» Ки Чжон. Затем аферисты подсиживают хозяйского шофера и кухарку, их места занимают папаша Ки Тхэк и мамаша Чхун Сук. Богатые простофили не нарадуются на образцовых слуг. Но однажды идиллии приходит конец. В отсутствие хозяев «паразиты» решают воспользоваться прелестями нелегального положения, затевают семейный пир и узнают, что в просторном хайтековском особняке скрываются еще и другие приживалки...

Не желая раскрывать детали замысла, Чжун Хо предложил зрителям авторский меморандум: «Людям из разных слоев общества нелегко дается жизнь в одном пространстве. Все больше случаев в этом грустном мире, когда человеческие отношения, построенные на сосуществовании и симбиозе, не клеятся, и одна группа людей переходит в паразитическую зависимость от другой. Живя в подобном мире, кто может показать пальцем на нуждающуюся семью, занятую борьбой за выживание, и назвать ее паразитами? Нельзя сказать, что они были паразитами с самого начала. Они — наши соседи, друзья и коллеги, которые оказались на краю пропасти. Как иллюстрация жизни обычных людей, которые неизбежно оказываются в такой ситуации, этот фильм — комедия без клоунов и трагедия без злодеев. Все это приводит к жестокой путанице и стремительному падению...» Эпитеты последней фразы следует поменять местами: на самом деле Чжун Хо пленил фестивальную публику стремительной путаницей и жестоким падением.

Чтобы разделить восторг фестивальных зрителей, искупавших «Паразитов» в пятнадцатиминутной овации, нужно сформулировать ответ на вопрос: почему проходимцам удается легко и вдохновенно помыкать господами? Все очень просто: между первыми и вторыми возникают чисто рабочие отношения.

Обитатели элитного особняка Паки мнят себя персонажами приватного земного рая; слуги нужны им в качестве публики, которой демонстрируются стандарты красивой жизни. Семейка Ки, в свою очередь, платит за эту честь сдержанными восторгами: «Если бы я была богатой, тоже была бы милой. Деньги, как утюг, — разглаживают все морщинки...» — грезит кухарка. В обществе потребления иных критериев личных заслуг не предусматривается, но, как выясняется, лучшей валютой становятся ритуальные игры взаимного восхищения. На каждом новом повороте сюжета жертвы обмана и лукавые слуги «духовно обогащаются», приумножая свой символический капитал: нувориши упиваются аристократизмом, нуворишки — буржуазным комфортом. Кажется, идиллия паразитизма может длиться вечно. У обоих семейств буквально «сносит крышу», и в этот миг картина обретает символический масштаб. Но кто является главным зрителем инсценировки?

Корейский режиссер утверждает: это сам дьявол. Вернее, их здесь обнаруживается минимум трое. Пресытившимся слугам предстоит незабываемая встреча с нищими конкурентами за место под солнцем, а их зазнавшихся господ ждет встреча с «высшим разумом».

Помещенный в центр композиции семейный пир лгунишек Ки имеет точный референс — оргию «нищих духом» в бунюэлевской «Виридиане», злую карикатуру на «Тайную вечерю» Да Винчи.

Семейству Паков достается масонский «гостинец». Уверившие в превосходство над простыми смертными, простофили решают исполнить каприз отпрыска и устанавливают на заднем дворе скаутский вигвам. Сын Паков скрывается в убежище, исчезает из виду, и тут лента обретает сюрреалистический контекст. Родители не решаются оставить ребенка без присмотра, однако предаются любовным утехам ввиду светящегося в ночи сооружения, смахивающего на «всевидящее око», из глубины которого раздается вещий глас: «еще не время, еще не пора!».

Поручив обитателей особняка заботам их собственных демонов, Чжун Хо докручивает метафорический ряд до предела брутальной наглядности: «нищим духом» придется хлебнуть сточных вод и опуститься на самое дно, а высокомерным покровителям — навсегда распрощаться с семейным гнездом и рассудком.

Алексей Коленский, 05.07.2019
http://portal-kultura.ru/articles/cinema/264670-no-parazity-nikogda/
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 02.10.2019, 08:43 | Сообщение # 17
Группа: Администраторы
Сообщений: 4076
Статус: Offline
Сытый голодного не разумеет. О фильме «Паразиты».

Фильм-призёр Каннского кинофестиваля «Паразиты» наглядно демонстрирует, что всё гениальное просто. Без всяких недоговорённостей и полутонов режиссёр Пон Джун-хо показал непримиримый конфликт двух миров – бедности и богатства, - ни один из которых никогда не станет частью другого. Богатство не захочет, бедность не сможет.

Конфликт бедности и богатства не всегда выражается в действии, он является не событием, а процессом, обычным состоянием капиталистического общества. Пон Джун-хо отчётливо показывает не осознанную борьбу угнетённых с угнетателями и даже не эксцессы классовой ненависти, а лишь обстоятельства непреодолимой силы, не позволяющие людям из мира отверженных вписаться в мир господ. И выбирает для этого самые разнообразные средства – создаёт авантюрную интригу, в которой молодой человек, обманом устроившийся в дом богатых, пристраивает там же всю свою семью; приправляет действие «метафоричностью» в виде камня, дарующего достаток; насыщает происходящее мистикой, на поверку оказавшейся лишь отражением невероятной реальности, чёрным юмором, потоками дождя, который для богатых – лишь помеха запланированному отдыху, а для бедных – катастрофа, и пролившейся крови, которая ничего не меняет в отношениях двух классов.

Удача улыбается героям лишь на время. А после жизнь напоминает, что четверо бедняков из вонючего подвала - не гости, а чужие на празднике богатства и роскоши, в которых купаются четверо господ. Дело вовсе не в том, что план не сработал и что-то пошло не так. Просто между этими двумя мирами – стена с надписью «частная собственность», и за незаконное проникновение на чужую территорию грозит неотвратимое наказание.

Расслабленное и умиротворённое богатство, отгородившееся от иного мира, - это не монстр с карикатуры из левой газеты. Оно может позволить себе быть добрым и чутким, наивным и доверчивым. И при этом брезгливо воротить нос от запаха другого мира, едва проникающего в их зону комфорта. Мир бедности и нужды хоть и существует, но находится он где-то бесконечно от них далеко. Богатые не жестокосердны, они лишь живут в другой реальности, и всё, не имеющее к ней отношения, может волновать их не более, чем песчаные бури на Марсе.

Бедность немилосердна, коварна, лжива и жестока. Она не может позволить себе сантименты сытого мира, потому что голодна. Бедность, перерастающая в нищету, направляется прямиком к преступлению. Братья и сёстры по классу, встающие на пути, - это уже конкуренты в борьбе за кусок с господского стола. Потому что вопрос выживания здесь основной. И по той же причине бедность изобретательна и хитра. Гораздо хитрее богатства, в мире которого любое желание претворяется в жизнь по звонку телефона. И в этом парадокс сосуществования этих двух миров в одном пространстве, где пользование привилегиями - результат не личных достоинств, а череды сложившихся обстоятельств, начиная с места твоего рождения. А мечты молодого героя о том, что упорным трудом и настойчивостью можно будет открыть дверь в желанный мир, а не проникнуть туда вором, выглядят лишь иллюзией, в которую хочется верить, но не верится.

Проблемный вопрос, заложенный в самом названии фильма, - кто же в большей степени паразиты – попытавшиеся (!) присосаться к миру богатых бедняки или паразитирующие на теле общества богатеи, живущие за счёт тех, от кого воротят нос - тех, кто водит им машины, учит детей или ведёт хозяйство? Ответ на вопрос будет чётким и однозначным, но зависит от точки, с которой смотреть на одни и те же события, от принадлежности задающего его человека к одному из двух миров.

И всё же у Пон Джун-хо пропитанная вонью подвалов и канализационных нечистот, ведущая ежедневную борьбу за существование, едва сводящая концы с концами бедность возвышается над равнодушием и отстранённостью богатства. Едва насытившись, она оказывается способной проявить не только человечность, но и совершить иррациональный акт возмездия по мотивам классовой солидарности.

В этой прямоте заложенной мысли заключается совершенство фильма.

Александр Токарев, 6 июля 2019
http://zavtra.ru/blogs/sitij_golodnogo_ne_razumeet
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 02.10.2019, 08:43 | Сообщение # 18
Группа: Администраторы
Сообщений: 4076
Статус: Offline
И страх и смех
Победившие на Каннском фестивале «Паразиты» вышли в российский прокат


Рекордно скоро после победы на Каннском фестивале в российский прокат выходят корейские «Паразиты» режиссера Пон Чун Хо. Социальную подоплеку фильма анализирует Андрей Плахов.

«Паразиты» — сатирическая фантасмагория или черная комедия, разыгранная на территории одного богатого дома в стиле хайтек, который отгородился не только от бедных и нищих, но и от потенциальной угрозы Северной Кореи. Однако обитателям этого укрепленного бункера лишь кажется, что они в полной безопасности: голодный кровожадный мир ворвется с самой неожиданной стороны, и хозяевам мало не покажется.

Фильм начинается с колоритного живописания упадка, в котором оказалась некогда приличная и достаточно образованная семья Ки во главе с отцом семейства, которого играет знаменитый корейский актер Сон Кан Хо. Он, жена, взрослые сын и дочь весь день напролет складывают картонные коробки для пиццы, проклиная свою жизнь и беспардонно халтуря. А неподалеку красуется дизайнерский дом, который выстроил для такой же по составу семьи его хозяин Пак, менеджер крупной корпорации.

Богатые не так часто, но неизбежно сталкиваются с бедными — горничной, шофером или няней. Только в этих ситуациях они могут, так сказать, понюхать друг друга, и режиссер делает тему социального запаха одной из центральных в своем фильме: как и его героям, зрителю иногда кажется, что он физически его ощущает.

Выходец из скромной семьи, Пон Чун Хо воспользовался для разработки сюжета своим юношеским опытом — когда, будучи студентом, подрабатывал частными уроками и однажды попал репетитором в роскошный дом с сауной, какого не мог до того представить даже во сне. «Паразиты» — это кино про беспощадную классовую войну, которую живущая на помойке семья Ки развязывает с семьей Пак. А начинается все с появления юного обаятельного репетитора, который должен научить дочь Паков хорошему английскому языку.

Кстати, мотив англизации, точнее, американизации Кореи — один из ключевых в сатирической палитре режиссера: Паки чаще, чем нужно, вводят в свою речь английские слова и поэтому выглядят провинциальными нуворишами. Но, пожалуй, самая остроумная сцена фильма — когда одна героиня шантажирует другую, грозясь нажать на кнопку мобильника и послать разоблачительный месседж, как Северная Корея пугает Южную ядерной кнопкой. При этом героиня имитирует пропагандистский стиль теледикторов КНДР.

Так кто же такие вынесенные в название фильма «паразиты»? Бедные, которые присасываются к богатым и наживаются на них? Или богатые, присвоившие основную часть благ? Режиссер намеренно оставляет эту двойственность и даже умножает ее, вводя тему борьбы между двумя кланами обездоленных «паразитов» за место в богатом доме. Фильм полностью оставляет за скобками мораль, показывая, что в социальной войне ей нет места. И в этом смысле он жестче, чем каннский победитель прошлого года — японские «Магазинные воришки» Хирокадзу Корээды, в финале которых все же звучат гуманистические и даже сентиментальные нотки. По драматургической конструкции «Паразиты» — перевертыш «Воришек»: там посторонние люди сбивались в фиктивную семью; здесь, наоборот, члены семьи утаивают родство, притворяются отдаленными знакомыми. Но и то и другое, что в Японии, что в Корее, ради выгоды, от невыносимости экономического и социального климата. При всех гротескных преувеличениях оба фильма опираются на реальность. Пон Чун Хо говорит, что задумывал кино с точки зрения привилегированного класса, но экономическая ситуация стала стремительно, катастрофически меняться. «Паразиты» не родились такими, их сделали такими обстоятельства и система, при которой конкурс на должность охранника может составлять 500 человек.

При всей болезненности проблем, стоящих за этим фильмом, сам он нисколько не напоминает дидактические эссе или навязшие в зубах стандартные социальные драмы. Пон Чун Хо — режиссер, наделенный мощным визуальным талантом, обладающий острым чувством жанра, причем не одного, а нескольких, взбитых в искрометный коктейль. Смотреть такое кино можно, совершенно ничего не зная об экономике и политике, полностью отдавшись инстинктам, среди которых доминируют страх и смех.

Андрей Плахов, 6 июля 2019
https://www.kommersant.ru/doc/4024432
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 02.10.2019, 08:43 | Сообщение # 19
Группа: Администраторы
Сообщений: 4076
Статус: Offline
Пон Чжун-хо и его «Паразиты»: и последние не станут первыми

Сегодня, 14 сентября 50 лет исполняется Пону Чжун-хо, одному из главных азиатских режиссеров нашего времени, который в этом году стал обладателем каннской «Золотой пальмовой ветви» за «Паразитов». Хороший повод поговорить, почему «Паразиты» – один из лучших фильмов года.

География фестивального кинематографа расширяется. Пон Чжун-хо — третий азиатский режиссер, выигравший в этом миллениуме «Золотую пальмовую ветвь». Первым стал тайский авангардист Апичатпонг Вирасетакун, забравший каннскую награду за «Дядюшку Бунми, который помнит свои прошлые жизни». В прошлом году — японец Хироказу Корееда за «Магазинных воришек». Теперь вот Пон Чжун-хо — за «Паразитов».

Новая картина корейца — жанровый эксперимент. Это и хичкоковский триллер, и черная комедия, и семейная драма. Однако триумфатор Каннского кинофестиваля Пон Чжун-хо, для многих — новое имя и лицо кинематографа, получил «ветвь» даже не столько за эстетику и постановку (новым словом в кино «Паразитов» не назвать), сколько за мудрость и умение вплести в сюжет идеологическое заявление. Режиссер ушел от большого кино, как «Сквозь снег» (или «Пронзающий снег»), «Вторжение динозавра» и «Окча», вернувшись к скромному авторскому кино, зато такому же зрительскому и с такими же большими смыслами.

«Паразиты» — трагикомическая история о семье безработных, которые живут в трущобах в полуподвальной квартире, то есть в прямом смысле на дне. Единственное, что видно из окна, — как на грязной улице пьяницы мочатся и как травят паразитов. Герои (муж, жена, взрослые сын и дочь) специально не закрывают окна, чтобы химикаты попали в их каморку: клопов убьют бесплатно. Но бедность героев не является отражением их ума. Это не «Елена» Звягинцева, где мы имеем дело с мерзким быдлом. Однажды сыну перепадает работа в шикарном доме богатой семьи, после чего он тянет туда сестру, а потом и отца с матерью, и все тайно — хозяева не должны знать о родстве героев. Каждый играет свою роль — кто-то нанимается водителем, кто-то учителем, а кто-то домработницей. Всяко лучше, чем за копейки складывать картонные коробки для пиццы. В дизайнерский дом, поражающий простором, чистотой и порядком, что радикально отличает дом богачей от каморки нищих, семья проникает хитростью, и хозяева даже не подозревают, что их разыгрывают.

Главный сюжетный поворот фильма, напоминающего «Мы», «Квадрат» и ту же «Елену», скрыт в подвале, как в «Психо». Нищие живут в подвалах, работают на богатых и дерутся за работу насмерть, а власть имущие наслаждаются жизнью, не думая о том, что происходит вокруг, особенно внизу, потому что неинтересно. Богачи только демонстративно морщатся от запаха тех, кто под ногами, буквально, потому что «люди, которые ездят в метро, пахнут по-особенному».

В фильме нет простых ответов, непонятно, кто виноват и что делать, но кажется, будто «Паразиты» — сатира на нищих. Богатые отгораживаются от бедных, которые показаны сперва бездельниками, а потом преступниками, отсюда, собственно, и название — проникновение в дом, навешав лапши на уши, похоже на заражение. Бедняки злоупотребляют доверчивостью хозяев, слишком наивных, милых и легкомысленных. Ну, неприятен им запах подвала, «вареной тряпки» (начинаете представлять?), но они щедры и приветливы и не издеваются над пролетариями, как диктатура капитала в блокбастере «Сквозь снег», хоть и видят в бедняках не столько людей, сколько слуг, поглядывая на них брезгливо. Обвинять в злодействе отверженную семью жуликов было бы странно — они работают, чтобы выжить. Зрителю неслучайно объясняют, что «в эпоху, подобную нашей, когда вакансия охранника привлекает 500 выпускников университета, у всей нашей семьи есть работа» — это победа. А может, дело не в авторе и персонажах, а в нас, зрителях? Мы — паразиты?

На самом деле в «Паразитах» нет очевидных злодеев. Каждый в этой истории по-своему человечен. Бесчеловечен сам конфликт — классовое неравенство. Этот двухчасовой драматический триллер не про добро и зло, а про живых людей, которые являются участниками этого социального раскола. И кто-то это неравенство принимает, приветствуя тех, кто наверху, а кто-то готов рискнуть, подделав документы и плеснув красный соус на белую салфетку, чтобы выбраться из подвала. «Мы идем наверх» — в элегантных и напряженных «Паразитах» не просто направление, как и дом — не просто дом, где люди бегают, прячутся, дерутся, играют, внутри, снаружи, наверху и внизу, а полноценный образ, или, как сказал бы один из героев: «Это так метафорично».

В одном безупречно поставленном эпизоде, похожем, как вся история, на хичкоковскую «Веревку», режиссер нам наглядно показывает, как устроено общество: на диване лежат богачи, под столом скрываются пролетарии, а в подвале связаны бедняки. Слоеное, как пирог, общество потребления разделяют склоны и лестницы. Вышедшие из низов бегут из дома на холме в свой тесный, «рабский», который затапливает дождь.

Не является образом только камень, подаренный мечтающим о сытой жизни. Камень, говорят, приносит богатства, но в конце концов он становится самым обычным орудием убийства, как в шедевре корейца «Мать». Капитализм и человеческая природа заставляют людей творить ужасные вещи, чтобы заполучить и удержать власть.

«Паразитов» неспроста называют opus magnum Пона Чжун-хо. Режиссеру удалось сделать картину гораздо тоньше, чем его последние остросоциальные «Окча» и «Сквозь снег», убедительно соединив вместе утопию и антиутопию. «Паразиты» — и меланхоличные, и абсурдные, и дикие, и трагические, и неожиданно смешные и трогательные. Постоянно нечто неизвестное раскрывается, и наше представление о происходящем меняется. А жестокий конец этого лишенного агитационной пропаганды, гуманизма и сюрреализма рассказа о преступлении и наказании выглядит диагнозом нашего времени. Театр масок заканчивается, по сути, ничем. Страдают только утопающие в нищете, а ни о чем не подозревающие богачи отделываются легким испугом. Границы нарушены, а люди не изменились. Круг замкнут — он безнадежно порочен, потому что уже давно паразитирован. Каждый остается на своем месте, как в поезде, мчащимся сквозь снег.

Артур Завгородний, 14 сентября 2019
https://regnum.ru/news/cultura/2707934.html
 
Форум » Тестовый раздел » ПОН ЧЖУН ХО » "ПАРАЗИТЫ" 2019
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:

Copyright MyCorp © 2020
Бесплатный хостинг uCoz