Вторник
25.09.2018
06:35
 
Липецкий клуб любителей авторского кино «НОСТАЛЬГИЯ»
 
Приветствую Вас Гость | RSSГлавная | "А ЕСЛИ ЭТО ЛЮБОВЬ?" 1961 - Форум | Регистрация | Вход
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Форум » Тестовый раздел » ЮЛИЙ РАЙЗМАН » "А ЕСЛИ ЭТО ЛЮБОВЬ?" 1961
"А ЕСЛИ ЭТО ЛЮБОВЬ?" 1961
Александр_ЛюлюшинДата: Воскресенье, 02.09.2018, 16:56 | Сообщение # 1
Группа: Администраторы
Сообщений: 2887
Статус: Offline
«А ЕСЛИ ЭТО ЛЮБОВЬ?» 1961, СССР, 96 минут
— социально-психологическая драма Юлия Райзмана


Десятиклассники Ксеня и Борис однажды осознают, что их связывает нечто большее, чем просто дружба. Но первое, робкое чувство, не оставшееся тайной для окружающих, сталкивается с насмешками одноклассников, ханжеством и грубым вмешательством взрослых — в первую очередь педагогов. Сумеют ли юные герои сохранить свою любовь?

Съёмочная группа

Режиссёр: Райзман, Юлий Яковлевич
Сценаристы:
Ольшанский, Иосиф Григорьевич,
Руднева, Нина Исаевна
Райзман, Юлий Яковлевич
Оператор: Александр Харитонов
Монтажёр: К. Москвина
Композитор: Щедрин, Родион Константинович
Художники:
Новодерёжкин, Ипполит Николаевич
Воронков, Сергей Петрович
Костюмы: Лидия Нови
Звук: Минервин, Сергей Петрович
Грим: В. Рудина

В ролях

Жанна Прохоренко — Ксения Завьялова
Игорь Пушкарёв — Борис Рамзин
Александра Назарова — Надя Брагина
Нина Шорина — Рита Кабалкина
Юлия Цоглин — Наташа Смирнова
Наталья Батырева — Лариса
Андрей Миронов — Пётр
Евгений Жариков — Сергей
Анатолий Голик — Игорь
Геннадий Юденич — Женька
Надежда Федосова — Татьяна Максимовна, мать Ксени
Ольга Шахова — Прасковья Ивановна, бабушка Ксени
Лена Шкаликова — Таня, сестрёнка Ксени
Анна Павлова — Софья Ивановна, мать Бориса
Виктор Хохряков — Павел Афанасьевич, отец Бориса
Мария Андрианова — баба с тазом
Мария Дурасова — Анастасия Григорьевна, директор школы
Анастасия Георгиевская — Марья Павловна
Нина Белобородова — Людмила Николаевна, классный руководитель
Евгений Быкадоров — Торопов
Владимир Колчин — Сергей Сергеевич

Интересные факты

Первые роли в кино Андрея Миронова и Евгения Жарикова.

Смотрите фильм

https://vk.com/video16654766_163883721
 
ИНТЕРНЕТДата: Воскресенье, 02.09.2018, 16:57 | Сообщение # 2
Группа: Администраторы
Сообщений: 3738
Статус: Offline
А ЕСЛИ ЭТО ЛЮБОВЬ? 1961

Сегодня конфликт картины Юлия Райзмана "А если это любовь?" кажется пустяковым: подумаешь, десятиклассники назначали друг другу свидания, да пару раз поцеловались... Из-за чего сыр-бор городить? Но в 1961 году все было иначе. Проблема первой юношеской любви, не выдержавшей испытания пересудами "общественности", дискутировалась "всерьез и надолго" чуть ли не во всей тогдашней прессе. Работа Юлия Райзмана казалась всем необычайно смелой. Ее авторов наперебой хвалили за то, что они отстаивали право на любовь 16-17 летних... Словом, фильм "А если это любовь?" в начале 60-х вызвал примерно тот же резонанс, что и "Маленькая Вера" в конце 80-х. А по сути фильм Райзмана - скромная мелодрама с достаточно тщательно выписанным фоном и обаятельной дебютанткой Жанной Прохоренко в главной роли. Типичное "оттепельное" кино, стремящееся как можно дальше оттолкнуться от "школьных стандартов" застегнутой на все пуговицы предшествующей киноэпохи.

Александр Федоров
https://www.kino-teatr.ru/kino/movie/sov/87/annot/
 
ИНТЕРНЕТДата: Воскресенье, 02.09.2018, 16:57 | Сообщение # 3
Группа: Администраторы
Сообщений: 3738
Статус: Offline
А если это любовь?
Социально-психологическая драма


Юлий Райзман снимал этот фильм почти на излете «оттепели». Острый, наблюдательный взгляд режиссера уловил характерные особенности хрущевской эпохи: от растущих, как грибы, новых городских районов, где странно смешивались городской и деревенский жизненные уклады, до резких столкновений людей и поколений. Режиссер с авторами сценария Иосифом Ольшанским и Ниной Рудневой поломали многолетние советские традиции, воспевавшие великую труженицу мать, простую, все понимающую, чуткую, умеющую воспитать своих детей преданными и самоотверженными тружениками. Одним из главных смысловых центров картины стал образ матери героини фильма, школьницы Ксении (Жанна Прохоренко). Роль матери сыграла театральная актриса Надежда Федосова, практически не снимавшаяся в кино. Ее жесткое, будто иссушенное горечью прожитого лицо, ее костлявая, нескладная фигура, ее интонации — то скандально-визгливые, то льстиво-заискивающие — создавали драматический образ человека, эмоционально и духовно недоразвитого, что отчасти передалось и дочери. Полуграмотная женщина, видимо, фабричная или заводская работница, положила все силы на то, чтобы ее две дочки были одеты, сыты, ухожены, чтобы в доме у них, малогабаритной хрущовке, все было не хуже, чем у других.

Унификация во всем — от убранства дома до способа мышления — ломает судьбу и душу Ксении. Школьный роман Ксении с одноклассником Борисом, обрастая лавиной грязных слухов и сплетен, злым шепотом старших и младших, рушится, и это крушение разрывает девичью душу. Замечательный мастер в работе с актерами, Юлий Райзман собрал ансамбль, в котором каждый исполнитель, независимо от времени пребывания на экране, создавал точный и объемный характер, органично вплетавшийся в контекст фильма. После выхода на экран картина «А если это любовь?» подверглась разносу критики. Но с годами определилась ценность фильма, его значимость, как замечательного портрета советского общества 1950-1960-х годов.

Эльга Лындина
http://megabook.ru/article....2%D1%8C
 
ИНТЕРНЕТДата: Воскресенье, 02.09.2018, 16:58 | Сообщение # 4
Группа: Администраторы
Сообщений: 3738
Статус: Offline
А если это любовь?

В основе фильма Юлия Райзмана "А если это любовь?" (1962), поставленного этим замечательным мастером старшего поколения по сценарию И. Ольшанского, лежит острая моральная проблема. По жанру это фильм-очерк, но особенности режиссерской манеры Райзмана, склонного к глубокому психологическому анализу, делают его и фильмом-исследованием. Юноша и девушка, почти дети, школьники старших классов, связаны друг с другом светлой и нежной дружбой. Любовь ли это — еще неизвестно, скорее лишь росточек, которому, быть может, и удалось бы вырасти в огромное и радостное чувство, если бы… Если бы против Ксени и Бориса не ополчились любители вмешиваться в чужие дела, моралисты-ханжи, воспитатели, умеющие лишь поучать, а также темнота, невежество, ханжество — словом, букет душевного бескультурья, олицетворенного — увы! — в образе матери героини. Мать девочки Ксени, честная, трудовая женщина, не виновата в том, что она такая — добрая и ожесточенная, самоотверженная и агрессивная. Очень рано, одним из первых Райзман, социальный психолог, сумел набросать портрет женщины — "гомо советикус", мигрантки в городе, неомещанки. Фильм дал первый, но, к сожалению, слабо услышанный, сигнал о серости, ограниченности, озлобленности "простых людей". Еще робко, чаще с помощью эзопова языка, косвенно, но упорно кинематограф начинает атаку тех явлений советской жизни, которые потом получат наименование "негативных". Итак, распространяется слух: "Ксеня с мальчиком в лес ушла", — многолюдный двор уже уверен в своем праве судить-рядить, высказывать пошлые подозрения, давать советы матери, как поступать с провинившейся дочерью. Все эти кумушки, старушки, горластая баба с тазом лишь недавно перекочевали во двор современного городского дома с окраин, с деревенской завалинки. Ввозится не только привычный бытовой уклад — фикусы, глиняные кошки и вязаные салфетки на буфете, но и уклад психологический, веками существующие предрассудки заскорузлой мещанской морали. Бдительный надзор двора и позиция учительницы школы — нравственного урода (роль была блистательно сыграна А. Георгиевской) губят любовь, ломают судьбы подростков.

Нея Зоркая
http://www.inoekino.ru/prod.php?id=1066
 
ИНТЕРНЕТДата: Воскресенье, 02.09.2018, 16:58 | Сообщение # 5
Группа: Администраторы
Сообщений: 3738
Статус: Offline
Это была любовь

Старый фильм Юлия Райзмана "А если это любовь?" остался в памяти зрителей прежде всего благодаря прелестной наивности постановки проблемы, вынесенной в название. Люди старшего поколения помнят при этом, какой невероятный успех выпал на долю этой ленты, сколько она породила в свое время газетных дискуссий и публичных диспутов. Можно было бы предположить, что лента эта за три десятилетия безнадежно устарела, но, будучи показана по каналу "2х2", она удивила необыкновенной актуальностью. Своими соображениями по этому поводу делится НИКОЛАЙ Ъ-КЛИМОНТОВИЧ.

Юлий Райзман — один из столпов советского кинематографа. Начинал как ассистент знаменитого русского режиссера немого кино Якова Протазанова. В режиссуре дебютировал немым фильмом "Круг" (1927). В 35-м году снял фильм "Летчики" с Борисом Щукиным в главной роли, введя таким образом в кинематограф будущего бессменного исполнителя роли Ленина. В 58-м снял знаменитую ленту "Коммунист" с Евгением Урбанским. В 62-м вышла на экраны картина "А если это любовь?". Более поздние работы Райзмана не смогли снискать того успеха, что выпал на долю этой работы мастера. Последний свой фильм он поставил в 84-м — "Время желаний".

На первый взгляд этот фильм Райзмана — обычная драма мезальянса. Юноша из интеллигентной семьи увлекся своей одноклассницей простого происхождения. Правда, в развитие сюжета введено некое новшество: влюбленных стараются разлучить не столько его родители, как принято в традиционной драме этого рода, сколько именно мать девушки, подавальщица в рабочей столовой. Впрочем, для тех, кто помнит "Бедную Лизу" Карамзина, в этом акценте тоже новизны немного. Чуть позже, вслед за райзмановским фильмом, сцены всей страны обошла другая драма мезальянса — "Валентин и Валентина" Михаила Рощина, где роли были переменены: "низкого" происхождения оказался именно юноша. Был и фильм Валерия Тодоровского "Городской романс", еще откровеннее трактующий эту тему. Впрочем, социальная разница в положении героев в "А если это любовь?", разумеется, всячески затушевана: сами влюбленные как бы не осознают своего положения. Они наивно верят, что в советском обществе все социальные перегородки повержены, а их родителями руководят мещанские предрассудки. Разумеется, это была уступка цензуре, а сама постановка проблемы скорее маскировала суть дела: фильм должен был бы называться "умеют ли кухарки любить?".

Весьма ново даже для "оттепели" звучала эта лента по другой причине: Райзман показал взаимное влечение простых советских школьников. До него в пуританском советском кино комсомольцам полагалось начинать половую жизнь не раньше восемнадцати и после комсомольской свадьбы. Так что Райзман казался едва ли не сексуальным революционером, и вся страна Советов в 62-м году была поглощена поиском ответа на жгучий вопрос, вынесенный в название. Можно было подумать, что от ответа на него и правда зависят судьбы страны. Похоже, речь шла о том, легитимна ли на советских просторах сексуальность как таковая.

Но если фильм ставил проблему только о сексуальном оздоровлении нации, надо полагать, никому не пришло бы сегодня в голову вспоминать эту ленту, разве что из чисто исторического интереса. В том-то и суть, что фильм Райзмана — прежде всего социальный диагноз, и чтобы убедиться, сколь он актуален сегодня, достаточно вспомнить, что нынешние тридцатилетние были некогда зачаты именно такими мальчиками и девочками.

Фильм "А если это любовь?" прежде всего о столкновении деревенского и городского укладов. Еще за три десятилетия до райзмановской ленты Сталину пришлось прикрепить крестьян к земле, введя паспортный режим и прописку. Это было абсолютно необходимо — в результате коллективизации толпы голодных крестьян ринулись в города. Хрущев возвратил паспорта крестьянам, и все большие города страны оказались затоплены новой волной выходцев из деревень. Райзмановский фильм разворачивается в декорациях тогдашней Москвы, окраины которой превратились в пустыри, уставленные пятиэтажными бараками. Именно в этих хрущевских трущобах, еще не облагороженных выросшей зеленью, и живут райзмановские Ромео и Джультетта, дети двух разных социальных слоев, плавящихся в одном тигле московского предместья. Столь искусственная и скоропалительная переплавка не принесла добра ни бывшим крестьянам, ни интеллигентам. Деревенский уклад предполагал нулевую анонимность, интеллигентский — высокую степень индивидуализма и приватности жизни. И крестьяне, и интеллигенты оказались в одном большом хрущевском дворе, фактически в одной зоне. И хотя деревенская мораль была обречена, традиционные интеллигентские добродетели тоже подвергались немалым испытанием. Дети этой окраинной любви, дети Черемушек, конечно же, не могли наследовать ни одному из укладов. Фильм Райзмана оказался пророческим: в результате родилось поколение, зачатое как бы на бегу, лишенное корней и традиций. Конечно, Юлию Райзману не могло прийти в голову, что именно на долю этого поколения выпадет крушение большевизма, гибель империи и "перестройка". И что в далеком будущем детям его героев суждено будет заново ответить на вопрос, вынесенный в название фильма.

Газета "Коммерсантъ" №163 от 31.08.1994
https://www.kommersant.ru/doc/88270
 
ИНТЕРНЕТДата: Воскресенье, 02.09.2018, 16:58 | Сообщение # 6
Группа: Администраторы
Сообщений: 3738
Статус: Offline
А если это любовь? 1961
ТУРОВСКАЯ М. По ту сторону жалости // Да и нет. М., 1966


Фильм Ю. Райзмана «А если это любовь?» вышел на экран в 1962 году и с тех пор претерпел минимум кинематографической усушки и утруски. Он был сделан с завидной инженерной прочностью, подобной прочности хорошо спроектированного и на совесть построенного моста, и сегодня не потерял впечатляющей силы.

<...>

Проза Райзмана не столько остановила мгновенье в его трепете, как иные, более поэтичные (не путать с «поэтическими») фильмы, она его проанализировала.

В основе сценария Иосифа Ольшанского, Нины Рудневой и Юлия Райзмана подлинная история двух молодых людей, которых окриками и грязными подозрениями довели до самоубийства. Однако стиль документальности не довлеет в фильме, как и эротика «пробуждения весны».

Историю любви Ксении и Бориса, едва начавшейся, застигнутой врасплох и сразу взятой на подозрение, нетрудно было бы представить на фоне старых московских дворов и доживающих свой век окраин. Но авторы картины не соблазнились столь заманчивой и кинематографичной метафорой.

Фильм начинается с характерного пейзажа хрущевских времен: серая лента шоссе, протянувшаяся вдоль рамки кадра, бесконечно следующие друг за другом машины, груженные строительными блоками, и ровный строй блочных домов по ту сторону шоссе с глубокими просветами неба между ними. Школьники, кончив уроки, шмыгают между машинами. Действие происходит в районе, где новое все: шоссе, квартиры, школы, магазины, синтетические материалы в витринах и даже мусор на пустырях, потому что это мусор новостроек.

Простота, ясность, строгость операторской работы Александра Харитонова, уравновешенная симметрия мизансцен, трезвый дневной свет почти во всей картине (за одним исключением и это тоже имеет свой смысл) все это выражает ясную логику событий, давая как будто бы камерному сюжету иной, не камерный масштаб.

История Бориса и Ксении начинается с пустяка, случайности, с нечаянно оброненного в классе листка из письма.

…Правда, когда учительница немецкого языка, к которой, на беду, попал этот листок, вызывает девочку в белом передничке, подобравшую его, и предлагает потихоньку выяснить, кто написал письмо, и доложить ей, это уже не случайность.

Но драка из-за того же письма на заводе, где у ребят практика, снова случайность, злосчастное стечение обстоятельств.

...Правда, то, что Ксения на следующий день боится и не хочет идти на уроки, тоже не случайность.

Но то, что проходящая мимо первоклассница видит, как Ксения с Борисом поворачивают от дверей школы в лес, опять случайность, стечение обстоятельств.

...Правда, то, что мать встречает прогулявшую уроки Ксению оскорбительной пощечиной во дворе, при всех, снова не случайность.

Но... так можно было бы рассказать весь фильм. И тогда мы увидели бы, что сюжет в картине складывается, как это часто бывает и в действительности, из непредвиденных случайностей, которые приводят в действие какие-то закономерности, происходит как бы цепная реакция, пока классную доску не перечеркивает испуганная надпись: «Ксения отравилась...» Это позволяет режиссеру сквозь частный житейский случай показать его социальный смысл.
В самом деле, Райзману важнее понять механику того, что происходит с Борисом и Ксенией, чем пожалеть «бедных влюбленных». Фильм сделан по ту сторону жалости.

И если фабулу картины составляет «пробуждение весны», то сюжет фильма надобно обозначить социологическим термином «урбанизация». Первые спазмы начинавшейся после разорения деревни сталинской урбанизации («пятилетки») были изображены в пьесах-репортажах Н. Погодина. Хрущевское время надо по справедливости назвать новым витком урбанизации революцией быта.

<...>

Две семьи, два пласта жизни, два уклада Ксении и Бориса. Режиссер мимоходом вводит нас в одинаковые и такие разные квартиры.

Глиняная кошка на тумбочке, базарный коврик на стене, резной буфет, старая ручная швейная машинка деревенский, кузьмихинский быт, втащенный в квартиру, комнату, где живет Ксения. Новые корпуса встали на пустыре, где недавно были хибарки деревни Кузьмихино. Но внешний облик жизни меняется куда быстрее, чем внутренняя ее суть.

А рядом другая квартира и другой уклад, так знакомый по пьесам В. Розова, полированная мебель, интеллигентный и недавний быт. Отец крупный инженер, мать домохозяйка. Но и они мало чем могут помочь сыну: отец сразу готов предположить худшее и только потом спохватывается ведь парень-то порядочный...

Так обусловлены характеры Бориса и Ксении в этом стремительно меняющемся потоке, где на разных этажах разные эпохи и жилищное строительство обгоняет строительство человеческих душ.

Но дело в том, что характеры Бориса и Ксении тоже важны режиссеру не сами по себе. Райзман выделяет их из окружения лишь постепенно и только силой обстоятельств. Ромео и Джульетта так же бегают, дерутся, дразнятся и говорят ерунду, как и все остальные. Джульетта больше, Ромео меньше. Но это как раз потому, что они вовсе не Ромео и Джульетта и даже еще не влюбленные. Они еще только осознают в себе возможность любви Борис больше, Ксения меньше.

<...>

Две силы, две «коллективности» вмешиваются в зарождающееся чувство Бориса и Ксении школа и двор. Школа тоже обычная не хуже и не лучше других. Умудренная годами и опытом директриса достаточно интеллигентна. Молодая учительница понимает, что нельзя лезть с грязными подозрениями в человеческую душу. Руководитель заводской практики разумный человек недоволен ролью следователя, которую ему пытаются навязать.
Неужели всего этого, вместе взятого, мало, чтобы одолеть одну учительницу немецкого языка, устроившую из обрывка письма дело о нарушении нравственности с привлечением родителей и школьной общественности?
Оказывается, мало. <...>

Это коллективность, так сказать, бюрократическая, которая большей частью ориентирована даже не на циркуляры, а на волю, более всего способную создать атмосферу страха и круговой ответственности перед некой вышестоящей силой.

Двор, в противоположность школе, представляет как бы сферу частной жизни. И двор, как и всё в этом фильме, тоже не какой-нибудь особенный, злой или, напротив, сусально-добрый. Обычный двор, живущий своей повседневной жизнью, принаряжающийся к празднику и выходящий на демонстрацию в новых костюмах, с детьми и воздушными шариками.

Но надо же было, чтобы бойкая первоклассница-сестра прибежала домой с криком, что Ксении не было в школе. Чтобы дикая деревенская бабка бросилась вниз с причитаниями, а соседи домохозяйки и пенсионеры из участия и чуть-чуть из любопытства вмешались в эту семейную сцену. Чтобы бойкая сестрица провозгласила на весь двор, что Ксения отправилась в лес, и не одна, а с мальчиком. Чтобы прибежавшая с работы мать громко возмутилась этим предположением, а наглая баба с тазом отпустила по этому поводу похабное замечание. Чтобы интеллигентная соседка принялась, крича на второй этаж, выяснять обстоятельства со своей дочерью, Ксениной одноклассницей. И чтобы все это столпилось под окнами, взволнованно обсуждая происшествие, когда в широком проеме домов, на фоне высокого осеннего неба, показались, держась за руки, две маленькие фигурки с портфелями.

И вот тогда-то, с ходу, ничего не спросив, мать закатила дочери пощечину, кто-то ее оттащил, но уже повисло в воздухе скверное слово…

«Вольница» двора оказывается, таким образом, в каком-то смысле не менее авторитарной, чем бюрократическая коллективность, и в свою очередь ориентируется на волю, апеллирующую к подозрительности и недоверию. Анонимная баба с тазом оказывается лидером того общественного мнения, которое было принято в 60-е называть «мещанством», не в меньшей степени, чем учительница немецкого лидером бюрократической коллективности.
«Мещанство» было одним из жупелов 60-х. Однако Райзман не останавливается на этом общем и внешнем понятии: характер матери просмотрен до самой глубины. Только на минуту, когда она во дворе встречает дочь пощечиной, можно подумать об этой немолодой и усталой женщине, что она грубая хамка. Но уже в следующую минуту, когда ее оттащат, зритель невольно увидит ее по-другому.

Вот она сидит в светлом директорском кабинете, рабочие руки на коленях. Она успела набегаться и намотаться за день в столовой, где она работает посудомойкой, надо же содержать старуху мать и двух дочерей. Она смотрит на учителей угрюмо и недоброжелательно это они со своими «методами» не уберегли ее Ксенечку, а им за работу деньги платят.

Она несправедлива, но это жизнь сделала ее такой. Она просто не успела стать ни добрее, ни культурнее, ни доверчивее к людям эта женщина с рано постаревшим и незлым, в сущности, лицом. Таков трезвый райзмановский анализ, без обертонов прекраснодушия и романтики, не чуждых 60-м.

Только один раз режиссер сознательно нарушает «прозаизм» повествования и прибегает к поэтическому приему, к метафоре. Это случается, когда Ксения, измученная страхами, отчаянно бросается к Борису. И тогда происходит то самое, от чего их так назойливо предостерегали и к чему тем самым толкали.

В другом фильме финал, вероятно, был бы драматичен в самом прямом смысле слова: больница, испуганная плачущая мать, пристыженная учительница, сосредоточенный врач, бледная Ксения. Ничего этого здесь нет.
Эпилог отнесен к той минуте, когда опасность миновала, слезы выплаканы, Ксения выздоровела, а Борис вернулся с Курской магнитной аномалии, куда его отослали: первая встреча после всего, что было.

Жанна Прохоренко играет Ксению в финале ни трагически, ни даже драматически. Она не замкнулась в себе, не изверилась в жизни, ничего такого не произошло.

И Борис по-прежнему предлагает Ксении свою любовь и свою мужскую защиту. Но она не хочет. Она уедет к тетке в Новосибирск, будет учиться и работать. Но без любви. Вот и все. На пустом пространстве, еще не застроенном новыми домами, две маленькие фигурки медленно и непоправимо расходятся в разные стороны...

https://www.culture.ru/movies/701/a-esli-eto-lyubov
 
Андрей_ШемякинДата: Воскресенье, 02.09.2018, 17:00 | Сообщение # 7
Группа: Проверенные
Сообщений: 150
Статус: Offline
Определение "психологическое" в данном случае значит "социально-психологическое". Картина - эксперимент. Полнота жизни вынесена за скобки, остаётся только центральная коллизия - и реакция на неё. Коллизия вот какая: ОТСУТСТВИЕ любви. Дети ещё ничего про себя не поняли, а их потенциальные отношения треплют на всех углах, семья объединяется со школой, толпа - с производственным коллективом, где Ксеня и Борис проходят практику, - чтобы вразумить несмышлёнышей. Деваться им некуда. Те, кто готов защитить новорожденное чувство, обнаруживают полнейшую глухоту, и лезут в душу, - разумеется, из лучших побуждений. Насилие в каждой клеточке общества. Вот эта режиссёрская проницательность по касательной - и есть собственно психология. Общество "проглочено" государством, но личность ещё не знает, что уже можно сопротивляться.
 
Форум » Тестовый раздел » ЮЛИЙ РАЙЗМАН » "А ЕСЛИ ЭТО ЛЮБОВЬ?" 1961
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:

Copyright MyCorp © 2018
Бесплатный хостинг uCoz