Среда
22.11.2017
23:05
 
Липецкий клуб любителей авторского кино «НОСТАЛЬГИЯ»
 
Приветствую Вас Гость | RSSГлавная | "НЕЛЮБОВЬ" 2017 - Форум | Регистрация | Вход
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Тестовый раздел » АНДРЕЙ ЗВЯГИНЦЕВ » "НЕЛЮБОВЬ" 2017
"НЕЛЮБОВЬ" 2017
Александр_ЛюлюшинДата: Понедельник, 15.05.2017, 17:59 | Сообщение # 1
Группа: Администраторы
Сообщений: 2800
Статус: Offline
Андрей Звягинцев – Умница! Говорил об этом раньше, повторю и сейчас. Непроходящая зима его мира, скорбное бесчувствие узнаваемых героев, незаметно случившийся апокалипсис и на этот раз взяли за душу так, что я долго не мог опомниться. Вечная нелюбовь каждого к каждому, передаваемая новым поколениям с молоком матери, живёт в этом бездуховном обществе, не взирая ни на какие оградительные красно-белые ленты и участие волонтёрских служб. Агрессия, жестокосердие и лицемерие стали такими же приметами времени как селфи, повсеместные иконки и телерепортажи с полей сражений. Ну а последним гвоздём в гроб человечества станет затянувшийся бег на месте, не позволяющий услышать взрослым горький плач их несчастных детей.

«НЕЛЮБОВЬ» 2017, Россия, 128 минут
— драма Андрея Звягинцева – обладатель Приза жюри 70-го Каннского МКФ




В центре сюжета Женя и Борис, чей брак уже давно трещит по швам. Оба завели отношения на стороне и жаждут поскорее начать жизнь с чистого листа. Погрязнув в бесконечных ссорах, они забывают о своём 12-летнем сыне Алёше. И однажды, не выдержав очередной перепалки родителей, он уходит из дома.

Съёмочная группа

Режиссёр: Андрей Звягинцев
Сценарий: Олег Негин
Продюсеры: Александр Роднянский, Сергей Мелькумов, Глеб Фетисов
Оператор: Михаил Кричман
Композитор: Евгений Гальперин
Художник: Андрей Понкратов
Монтаж: Анна Масс

В ролях

Алексей Розин - Борис, муж Жени
Марьяна Спивак – Женя, жена Бориса
Матвей Новиков - Алёша, сын Бориса и Жени
Марина Васильева - Маша
Андрис Кейшс - Антон
Алексей Фатеев - координатор поисково-спасательного отряда
Евгения Дмитриева - стилист

Создание

Замысел «Нелюбви» возник из давней привязанности Андрея Звягинцева к фильму Ингмара Бергмана «Сцены из супружеской жизни». В связи с этим он со своим постоянным сценаристом Олегом Негиным рассматривал возможность заглянуть в кризис семейной жизни, когда позади 10-12 лет брака и жить вместе дальше невозможно. Процесс поиска и обсуждения с режиссёром материала для нового фильма продолжался несколько лет.

Подбор актёров

12 ноября 2015 года Андрей Звягинцев объявил о начале работы над новым фильмом: «Это история мужа и жены, которые расстаются. История очень печальная, пронзительная», добавив, что зрителям «придётся пролить слёзы».

Интересные факты

Фильм снимался в Москве и Подмосковье. Съёмки должны были завершиться осенью 2016-го, но в планы вмешался ранний снег. Чтобы доснять необходимые сцены, съёмочной группе пришлось ждать весны 2017 года. За это время Звягинцев впервые в своей карьере начал монтаж еще недоснятого фильма.

«Андрей Звягинцев очень не любит трейлеры своих фильмов. Он понимает, что они необходимы, но не может побороть антипатию к броскому и поверхностному способу привлечения внимания аудитории. Ведь максимум того, о чем трейлер может рассказать зрителю, — это фабула, место и время действия. А этого для фильмов Звягинцева явно недостаточно. Вот и «Нелюбовь» – это глубокое исследование человеческой природы, человеческого удела и, конечно, нравственного состояния общества. И все это скрывается за частной историей одной московской семьи, переживающей мучительный развод» (Александр Роднянский, продюсер).

Смотрите трейлер

https://vk.com/video16654766_456239127
 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 20.05.2017, 07:28 | Сообщение # 2
Группа: Администраторы
Сообщений: 3574
Статус: Offline
Не Бергман, не Вайда — а Звягинцев
Открылся 70-й Каннский кинофестиваль


Открытие 70-го Каннского фестиваля оказалось отмечено яркой звездной дорожкой и премьерой посредственного фильма. «Призраки Исмаэля» Арно Деплешена хоть и собрали на съемочной площадке Матье Амальрика, Марион Котийяр, Шарлотту Генсбур и Луи Гарреля, напоминали несмешную пародию на Феллини, Трюффо, Рене и Достоевского одновременно. Эту картину населяют дипломаты, шпионы, кинорежиссеры и женщины странного поведения, но показать ее на юбилейном открытии организаторов фестиваля могла заставить только концентрация популярных фигур французского кино, которое, впрочем, вряд ли тем самым укрепило свой международный имидж.

Первой конкурсной картиной, представленной журналистам, стала «Нелюбовь» Андрея Звягинцева — сегодня вечером ее официальная премьера. Заурядная, если не типовая, российская городская семья препарирована аналитическим скальпелем в момент развода. И муж Борис, и жена Женя уже нашли новых партнеров и новые варианты жизнеустройства — столь же тупиковые, как их прежний безлюбовный союз. Тупик оказывается совсем непроходимым, когда пропадает 12-летний сын супружеской пары Алеша. Его вяло ищет милиция и куда более профессионально — группа спасателей-волонтеров. При пассивном участии родителей они прочесывают подъезды спального микрорайона, морги и больницы, окрестный лес…

В комментариях к «Нелюбви» мелькало имя Ингмара Бергмана, и действительно, картину Звягинцева многое сближает с миром шведского режиссера, где взрослые герои расплачиваются за свою бесчувственность, но больше всего от этой атрофии чувств страдают дети. Однако, к большому счастью, Звягинцев не пошел по пути подражания. Мало того, наш режиссер сумел решить дилемму, о которой говорил в свое время польский режиссер Анджей Вайда: он признавался, что завидует Бергману, который может себе позволить снимать экзистенциальное кино о мужчине и женщине, то есть о вечной человеческой природе. В то время как в Восточной Европе все сюжеты социальны, связаны с войнами и революциями — условно говоря, это кино о солдате и девушке.

Звягинцев идет как бы от противного. Он снимает не «Любовь», а «Нелюбовь», он не Бергман и не Вайда, не Тарковский и не Сокуров, а режиссер своего пути. В его фильме разыгрывается интимная драма обескровленных человеческих отношений, но она тесным образом связана с общим климатом современной российской жизни, с непроходящей зимой, непреходящим ожесточением и разлитой в воздухе агрессией. И тут значимым оказывается не только обсценный лексикон героев, стрелами ненависти пронзающий самых близких людей, но и как будто бы бесстрастный тон радиокомментариев, и якобы объективный, а на самом деле грубо пропагандистский характер телерепортажей из Донбасса. Это еще и фильм о лицемерии обуявшей бездуховное общество религиозности, которая не смягчает нравы и не лечит раны.

Я аплодирую мощи, силе и актуальности этого проекта, без господдержки поднятого Александром Роднянским и его сопродюсерами, отменной работе сценариста Олега Негина, оператора Михаила Кричмана, композитора Евгения Гальперина, художника Андрея Понкратова, точному подбору актерского ансамбля во главе с Марьяной Спивак и Алексеем Розиным. Не знаю, можно ли считать «Нелюбовь» лучшим фильмом Звягинцева и будет ли он лучшим в конкурсе Каннского фестиваля. Но то, что это большое кино европейского уровня, очевидно.

Андрей Плахов, 18.05.2017
https://www.kommersant.ru/doc/3299595
 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 20.05.2017, 07:29 | Сообщение # 3
Группа: Администраторы
Сообщений: 3574
Статус: Offline
Канны-2017
Че такой квелый: рецензия на «Нелюбовь» Андрея Звягинцева


В первый конкурсный день на Каннском кинофестивале состоялась премьера нового фильма Андрея Звягинцева «Нелюбовь». С этого фильма «Афиша Daily» вместе с Mastercard, официальным партнером кинофестиваля, начинает публиковать каннские рецензии Станислава Зельвенского.

Кажется, можно перестать переживать за Россию. Зачем, в конце концов, тратить время, когда рядом есть полный энергии, обладающий возможностями, в расцвете сил человек, который, посмотрим правде в глаза, сделает это лучше. Когда у нас прихватит сердце от очередной несправедливости, когда взгрустнется об онтологическом тупике, в котором оказалась великая страна, разве у нас будет под рукой камера Михаила Кричмана? Андрей Звягинцев, когда-то поставивший абстрактное «Возвращение» и почти комически космполитичное «Изгнание», теперь уверенно держится курса, взятого в «Елене» и развитого в «Левиафане»: он — режиссер фильмов о судьбах родины.

Ходили слухи, что «Нелюбовь» чуть ли не ремейк «Сцен из супружеской жизни» Бергмана; это не так, но автор ссылается на него как на источник вдохновения. И почти первым делом — после, разумеется, обязательных долгих планов с текущей речкой, плывущими уточками, лежащим снегом — бросает нас в эпицентр уродливого семейного скандала. Женя (Марьяна Спивак), около тридцати, менеджер салона красоты, и Борис (Алексей Розин), около сорока, сотрудник отдела продаж, собираются покончить со своим проклятым браком, забравшим у них больше десяти лет жизни. Они уже давно живут порознь, более того, счастливы с другими людьми: от Бориса беременна молодая глупенькая блондинка (Марина Васильева), Женя встречается с богатым и внимательным мужчиной постарше (Андрис Кейшс). Они продают общую квартиру и, в общем, видеть друг друга не могут.

Проблема в том, что у них растет 12-летний сын Алеша, нервный и затюканный мальчик, который никому из родителей особенно не сдался. Бергман в «Сценах» нашел простое и гениальное решение детского вопроса: на протяжении трех (или пяти в полной версии) часов, пока длится фильм, дочери героев вовсе не появляются в кадре, хотя о них регулярно вспоминают; они где-то есть, но родители так поглощены собой, что их как бы и не существует. У Звягинцева в этом месте — тяжеловесная и жестокая метафора. Мальчик сперва есть, а потом его нет: он исчезает, пропадает без вести. Никудышная мать даже не сразу это замечает, поскольку ночами шляется бог знает где.

Фильм о несчастливом браке быстро заканчивается, и начинается — как и было обещано — фильм о родине. Конечно, это не про менеджеров, которые не любят своего ребенка, так же как «Левиафан» не про имущественный конфликт. Это про Россию, которой наплевать на своих детей, о стране без любви — даже в самой простой, инстинктивной ее форме. Звягинцев, при всей своей культурной образности, никогда не чурался грубых ходов, и тут их навалом. Начинается все с невинных обрывков радиопередач в машине, а заканчивается новостями про Донбасс и Дмитрием Киселевым во весь экран. Еще лучше момент, тоже в конце, с героиней на тренажере: только успеваешь подивиться ненавязчивой элегантности и силе общего плана, как Звягинцев переставляет камеру и добрую минуту тычет зрителю в лицо надписью «Russia» на спортивной форме Bosco (удачно получилось, что сразу по-английски!).

В «Нелюбви» представлены все фирменные темы режиссера — православие, блудные родители, мотив многозначительного исчезновения (не новый, конечно, в европейском кинематографе), интимные стрижки, квартирный вопрос. Есть — словно на спор — минутка Тарковского: экскурсия по живописным развалинам турбазы. Как всегда, преувеличенное внимание отдано интерьерам, от брезгливо воссозданной мещанской квартирки до элегантных апартаментов, проникнутых холодом бесчувствия: у обеспеченного любовника Жени в комнате стоит, кажется, береза.

При этом Звягинцев-сатирик по-прежнему может произвести впечатление разве что на интеллигентных иностранцев (хотя в то, что среди них окажется каннское жюри, верится с трудом). Чего стоит искусственная и несмешная — скорее, впрочем, забытая — линия про православную корпорацию (с репродукции иконы камера наплывает на надпись «Отдел продаж», тонко!), где запрещено разводиться. Или чудовищный эпизод в дорогом ресторане, где, о ужас, блондинки делают селфи, раздают свои телефоны незнакомцам, а то и залезают в инстаграм; бедная, бедная Россия.

Что касается Звягинцева-лирика, у него есть, конечно, свои моменты. Но чувства, которые и он, и сценарист Олег Негин, неплохо слышащий устную речь (хотя порой выдающий конструкции вроде «Ты обещал мне счастье, а принес только боль и разочарование»), испытывают к своим героям, находятся в диапазоне от презрения до приветливого равнодушия. Последнее касается волонтеров-спасателей, которые занимаются поисками ребенка при бездействии полиции и как бы призваны символизировать эмпатию. В конечном счете ни один из портретов в «Нелюбви» не идет дальше более или менее искусного шаржа. В том, с какой иронической тщательностью фильм воспроизводит речевые характеристики российского миддл-класса, его манеру одеваться, есть, заниматься сексом, уже в самом выборе профессий главных героев сквозит не участие и не любопытство, а неприятное, нечестное высокомерие. И жесты сочувствия — когда Звягинцев вдруг похлопывает Бориса или Женю по спине — выглядят фальшивыми. Бергман снимал свой безжалостный фильм про себя; Звягинцев снимает про других. В притче про отсутствие любви было бы здорово увидеть хотя бы отблеск этого чувства.

https://daily.afisha.ru/cinema....ginceva
 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 20.05.2017, 07:29 | Сообщение # 4
Группа: Администраторы
Сообщений: 3574
Статус: Offline
"Нелюбовь". О надежде в кромешной тьме

Сегодня на Международном Каннском кинофестивале состоится мировая премьера российского участника конкурса и претендента на "Золотую пальмовую ветвь" - драмы Андрея Звягинцева "Нелюбовь". Пресса уже посмотрела фильм, дело - за зрителями. Кинообозреватель "Вестей ФМ" Антон Долин одним из первых увидел самый ожидаемый отечественный фильм года.

Сейчас, в первый день конкурсных показов, невозможно предсказать, сколь высоки шансы Андрея Звягинцева на высшие призы самого престижного фестиваля мира. Но с уверенностью можно утверждать уже сейчас: "Нелюбовь" оставит глубокий след в памяти всех тех, кто уже увидел или посмотрит фильм. Это, вероятно, самая собранная, цельная и эмоционально мощная, при всей кажущейся нейтральности авторского подхода, картина Звягинцева: она сделана с хичкоковской точностью в психологических и бытовых деталях, но при этом берет за душу так, что долго не можешь опомниться.

При этом сюжет о разводящейся паре и их пропавшем ребенке Звягинцев решает так, что в этом нет и следа спекулятивности или манипулятивности. Напротив, к финалу понимаешь, что фильм вовсе не только о судьбе конкретных Бориса и Жени, когда-то любивших, а теперь истово ненавидящих друг друга, но обо всех, кто живет в сегодняшней России, даже неженатых и бездетных.

Впрочем, повторять фамилию Звягинцева так часто несправедливо, не обозначив очевидное: не только самый мощный и важный русский режиссер наших дней сделал эту картину, но его постоянная и неизмеримо талантливая команда. Оператор Михаил Кричман, чьи тихие кадры-приближения леденят кровь, художник-постановщик Андрей Понкратов, чей предметный мир не позволяет ни на секунду усомниться в реальности происходящего на экране, ловящий каждый нюанс художник по звуку Андрей Дергачев. А теперь к ним надо прибавить еще и композитора Евгения Гальперина, чьи мощные и лаконичные музыкальные темы открывают и закрывают фильм. Из актеров - здесь, в отличие от "Левиафана", совсем нет звезд, - вы узнаете лишь Алексея Розина, сына героини из "Елены" и полицейского из следующей картины. Здесь он Борис, боязливый и замкнутый клерк из православной корпорации, место в которой он ужасно боится потерять - особенно теперь, в процессе развода и в ожидании нового брака, женитьбы на своей беременной любовнице.

Марьяна Спивак - безусловное открытие фильма - Женя, сильная, эгоистичная, хищная красавица, администратор из косметического салона, наконец-то нашедшая мужчину по своему вкусу: ее любовник обеспечен, подтянут, щедр. Занимаясь своими делами, Женя и Борис не замечают, как их 12-летний сын Алеша сбегает из дома. А дальше начинается узнаваемый ужас нашей действительности: безразличие властей, бессердечие близких, тщетные попытки поправить непоправимое.

"Нелюбовь" - жестокая к зрителю трагедия, но в ней, говорит режиссер, впервые в его творчестве есть безусловно положительные герои - волонтеры, пускающиеся на поиски мальчика. И в кромешной тьме возникает надежда - впрочем, гораздо более призрачная, чем надежда болельщиков этого блестящего фильма на каннские награды.

Антон Долин, кинообозреватель, 18 мая 2017
http://radiovesti.ru/brand/61178/episode/1502536/
 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 20.05.2017, 07:30 | Сообщение # 5
Группа: Администраторы
Сообщений: 3574
Статус: Offline
Все началось со Звягинцева
Начал работу 70-й Каннский кинофестиваль


На юбилейном, 70-м Каннском кинофестивале усилили безопасность и в первый же день показали «Нелюбовь» Андрея Звягинцева.

В Каннах усилены меры безопасности: например, аккуратные клумбы не только украшают город, но и ограничивают движение грузовиков. Но те, кто приехал раствориться в кино, этого не замечают: на улицах играет мелодия из «Шербурских зонтиков», а критики забавляются, что теперь их досматривают на входе в театры. 17 мая им показывали лишь один фильм из представленных в основном конкурсе — «Нелюбовь» Андрея Звягинцева.

Просмотр пришелся на вечер, так что реакция пока непонятна: зал не поредел, овации были достойными, но и ажиотажа не произошло.

Влиятельнейшая из критиков Энн Томпсон написала в «Твиттере», что фильм разбил ей сердце и достоин аплодисментов. Но еще красноречивее была оценка Sony, купившей фильм для показа в Северной и Латинской Америке до премьеры, и компании Attitude, которая покажет «Нелюбовь» британцам и ирландцам.

Первое впечатление: это авторское кино не только с медийным, но и с прокатным потенциалом на западном рынке. Фильм начинается со слов школьника «Пацаны, подождите меня», и на ум сразу приходит несколько востребованных жанров, за которыми «Нелюбовь» может поспеть. Это скандинавские нуары — мрачные, морозные, умеющие хладнокровно созерцать самые страшные человеческие драмы.

И это лучшие детективы лучших кабельных каналов — вроде антологии «Пропавшие без вести» канала Starz.

В семье, переживающей уродливый развод, пропадает 12 летний мальчик. До того как это произойдет, родители и не замечают его существования. У каждого уже есть другая любовь, а точнее, новый цикл все той же вечной нелюбви, но с новым человеком — потому что фильм пронизан ощущением бесчувствия всех по отношению ко всем.

Заторможенного отца больше беспокоит, как отнесется к разводу его начальник — православный фундаменталист. Мать не перестает сводить счеты с бывшим мужем даже тогда, когда ребенка начинают искать по моргам. Семья — это социальная ткань, ее разложение в фильме не выглядит зловонным лишь из-за свирепых морозов, которыми оператор Михаил Кричман, как и всегда, любуется через стекла. Сцен, в которых герои стоят у окон и отражаются во всевозможных поверхностях, здесь даже чересчур много.

Звягинцев в очередной раз препарирует больное общество, но теперь ему не хочется тратить время на наркоз. Поэтому многие образы кажутся кричащими. В столовой офиса православного фундаменталиста собирается столько бородатых мужчин, будто это Боярская дума.
В дорогом ресторане девушка тайком дает незнакомцу свой номер, затем садится к своему молодому человеку, а затем делает селфи. На экране оживает картина Питера Брейгеля — ровно настолько, чтобы это заметили все. По радио то и дело рассказывают про координационный совет оппозиции и грядущий конец света, который по календарю майя должен произойти на утро после профессионального праздника — Дня чекиста. Петербург по тому же радио называют городом Пушкина и Путина. А в зарисовках о всеобщем разложении участвуют все, кроме детей, — сходящая с ума от злости старуха, провалившиеся в экраны телефонов девушки из салона красоты, милиционеры, офисные клерки.

В той части финала, которую можно раскрыть, не выдав сюжет, по телевизору минуты три показывают эфиры федеральных каналов о войне на Украине.

Это, конечно же, жест: продукт, предназначенный для внутреннего потребления, вдруг показывают всему миру на кинофестивале в Каннах. С Дмитрием Киселевым и всем-всем-всем, от чего героине захочется убежать в спортивной форме Bosco с триколором. Но мчится она по беговой дорожке, так что спасения не будет.

Кстати, и настроением, и композиционно «Нелюбовь» напоминает «Меланхолию» Ларса фон Триера. Там тоже было ожидание конца света, ложная разрядка и настоящая катастрофа. В итоге из-за своего виртуозного исполнения фильм, как и предполагало его название, кажется слишком рациональным. Бесчувствие его героев в какой-то момент сообщается и ему. Единственные, кто не испытывает нелюбви в этой истории, — это волонтеры, готовые перевернуть вверх дном весь мир, чтобы найти чужого ребенка.

На кого больше похож фильм — на этих подвижников или на уставших главных героев — зритель сможет решить уже 1 июня, когда картина выйдет в прокат.

Егор Москвитин (Канны) 18.05.2017
https://www.gazeta.ru/culture/2017/05/17/a_10678247.shtml#page3
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 24.05.2017, 16:45 | Сообщение # 6
Группа: Администраторы
Сообщений: 3574
Статус: Offline
Про уродов и детей

70-й Каннский фестиваль Пьер Лескюр и Тьерри Фремо решили по-домашнему открыть фильмом Арно Деплешена «Призраки Исмаэля». Западноевропейский кинематограф, в первую очередь родина кино — Франция, давно уже уступил пальму первенства азиатам и прочим «варварам». Режиссеры бывшей метрополии за вычетом нескольких безумцев вроде Ларса фон Триера погружены в меланхолию и пассеизм, перебирая образы прошлого, как четки. Вот и «Призраки Исмаэля» — пример типичной галльской ностальгии последних лет по Франции де Голля и Годара, полумистическая притча о бесплодных муках творчества, перенасыщенная разномастными культурологическими экивоками — от Джойса к Лакану через хасидизм. Главный герой, утративший вдохновение режиссер (Матье Амальрик), ночи напролет мечется в структуралистском бреду, мечтая увидеть призрак усопшей жены (Марион Котийяр), однако вместо нее ему является то Сартр, то многозначительный Луи Гаррель по имени и фамилии — о боги! — Иван Дедалюс.

Но главной интригой первого дня, разумеется, был никакой не Деплешен, а Андрей Звягинцев, вернувшийся с «Нелюбовью» жечь сердца людей. Если «Левиафан» почвенники упрекали в очернительстве современной России, то «Нелюбовь» можно смело записать в кино человеконенавистническое вообще. Теперь уже точно ясно — Звягинцеву нет дела до России и лично Путина, он смотрит на вещи шире: грех не имеет национальной принадлежности, история не компрометирует географию.

Диалог с публикой, начатый Звягинцевым в «Елене», выглядит как беседа полотера-самозванца Воронова с сибирским писателем Ермаковым из «Я шагаю по Москве».«Что ж все люди сволочи?» — спрашивает зритель. «Люди… людьми движут любовь, голод и страх смерти, то есть эгоизм, — отвечает режиссер (с одной поправкой — теперь и любовь списали со счетов). — А остальное — лакировка действительности».

Коллизия «Нелюбви» лаконична, фильм условно может считаться сиквелом «Елены». Обуржуазившиеся за счет наследства люмпены с окраин счастья не нашли и вот снова делят жилплощадь. Женя и Борис, семейная пара тридцать плюс, разводятся и вынуждены продавать квартиру в Тушине, стилизованном камерой Кричмана под брейгелевских «Охотников на снегу». Нажитое добро волнует героев гораздо больше, чем потомство. Единственного ребенка, Алешу, родители планируют отдать в интернат. У Жени новый перспективный любовник, у Бориса уже глубоко беременная любовница. Подслушав их обмен матерными любезностями, сын сбегает из дому. Оставшиеся полтора часа экранного времени мы наблюдаем за поисковой операцией, протекающей на фоне позднесовестких руин и подмосковного лесопаркового Эдема. Полный набор привычной для Звягинцева атрибутики тут как тут: Древо жизни, на котором полощется, словно змей-искуситель, красно-белая оградительная лента, затопленные цеха — реверанс Андрею Арсеньевичу, а также лазоревая кухонная утварь, знакомая нам еще по «изгнаниям-возвращениям».

Как и другой корифей отечественного драматического искусства, Константин Богомолов, Звягинцев убежден: гетерогенную «россиянскую жизнь» экран стерпит. В меню «Нелюбви»: русско-европейская кухня, суши, пицца, кальян, караоке, детская комната. Зарубежная пресса сравнивает Звягинцева с Бергманом и Антониони, но потому, что они просто не слышали про группу «Ленинград» — только у Сергея Шнурова получается поженить лабутены с самодержавием и народностью. Звягинцев же чужд всякой иронии, для него треники Bosco Sport Russia и Дмитрий Киселев (или, шире, телевидение — очевидно, что ВГТРК тут можно легко заменить на Fox News) — это полноценные знамения апокалипсиса и Страшного суда.

Кстати, про суд: совершенно непонятно, зачем автор подвергает своих героев мучениям, если заранее решил, что очищение невозможно. «Нелюбовь» — кино про нелюдей. По сути, все действующие лица фильма — персонажи трэшовых новостей из интернета типа: в городе N бабушка убила внука, укравшего пенсию, и пожарила его на сковородке, или, наоборот, внук бабушку. Женя, Борис, офисные коллеги, полицейские, да даже волонтеры лишены напрочь каких бы то ни было человеческих чувств, они живут инстинктами — самосохранения и размножения. Мир Звягинцева населен млекопитающими. Любопытно, что многие критики отмечают удавшиеся в «Нелюбви» сцены секса — это и правда большая редкость для русского кино. Ведь только спаривающиеся животные всегда естественны, на камеру или так. Но стоит ли предъявлять животным их низменную сущность, парить морализатором над бездной? Неразумные существа не познали различия, какие к ним претензии?

Самое важное в «Нелюбви» (да и вообще во всем творчестве Звягинцева) — это, конечно, ставший уже фирменным прием: обобщения. Борис и Женя — идеальные незнакомцы. Вроде бы столько говорящих деталей — иконы, радиосводки, селфи, быт, но это все «о времени», а не о конкретных людях, чью историю нам как бы рассказывают. Мы не знаем, кто они и откуда, — как же мы поверим, что они идут именно туда, куда их тащит хотение режиссера? «Нелюбовь» — новая абстракция Звягинцева, который толкует об универсальном, вселенском, потому что частного, интимного про своих героев попросту не знает.

Ювенальным проблемам посвятил свой новый фильм и Тодд Хейнс. У его «Wonderstruck» в анамнезе разное — например, «Невероятное путешествие мистера Спивета» Жёне, — но главный референс Хейнса все же из литературы: вечный сюжет о сироте, воспетом и Диккенсом, и Гектором Мало. Его Хейнс предпочел трактовать на манер Донны Тартт. Потерявший маму в автомобильной аварии малыш Бен отправляется из снежной Миннесоты в Нью-Йорк на поиски отца. Действие разворачивается в 1970-х гг., лакомую эпоху для стилизатора-перфекциониста. Городские сцены — однозначно лучшее, что есть в «Wonderstruck», экзотичная фактура Квинса тех лет воссоздана Хейнсом с такой любовной скрупулезностью, что чуть ли не превосходит в аутентичности «Серпико» или любой опус blaxploitation. В остальном «Wonderstruck» — экспериментальный высокобюджетный ералаш и кино той самой «доброй улыбки», которая последнее время, увы, не сходит с лица многих мэтров.

Зинаида Пронченко
http://www.colta.ru/articles/cinema/14861
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 24.05.2017, 16:45 | Сообщение # 7
Группа: Администраторы
Сообщений: 3574
Статус: Offline
«Нелюбовь» Звягинцева: возможно, главный российский фильм года

В основной конкурсной программе Каннского фестиваля показали новый фильм Андрея Звягинцева, самого известного за рубежом российского режиссера. Кинообозреватель Time Out увидел в произведении исчерпывающее высказывание о России, семье и душе.

Мальчик Алеша остался в семье один. Родители его живы, но уже почти развелись и разъехались по новым квартирам, чтобы жить с новыми любовниками. Мать Евгения, как она утверждает, никогда мужа не любила, вышла замуж по залету и теперь ищет счастья с богатым 50-летним лысеющим мужчиной. Отец Борис ждет от своей девушки нового ребенка: ему без семьи нельзя, у него начальник православный. Щупленький Алеша слушает их яростные споры на кухне, кто же должен забрать сына к себе, или лучше отдать его в детдом. А затем тихо уходит в школу и больше не возвращается домой.

Звягинцев очень ярко и честно показывает свое отношение к российской повседневности. По телевидению герои смотрят программу Дмитрия Киселева, где он эмоционально рассказывает про донбасский конфликт, а по радио слушают об очередных идиотских законодательных инициативах, например, о запрете на пропаганду… апокалипсиса (действие происходит в 2012 году, запись радиоэфира реальная). А последняя сцена фильма — с главной героиней, которая в спортивном костюме Bosco с большой надписью Russia на груди бежит по дорожке, а затем без сил останавливается. Весь подтекст понятен без лишних слов.

Мир без любви по версии Звягинцева — это как мир «Игры престолов»: здесь всегда скоро зима.

Звягинцев после «Левиафана» прослыл в обществе русофобом, снимающий пасквили про «Рашку-говняшку» на потребу европейской толпы. Но понимать так режиссера — значит, принижать его до уровня исключительно политического автора, что, конечно, не так. Его творчество неотрывно от российского контекста. Но при этом темы его — общечеловеческие. Этого, кстати, не смогли понять в Минкультуры, поэтому потенциально главный российский фильм года снят вообще без финансового участия государства.

О чем же это кино на самом деле? Как выясняется, о всеобщей атрофии душ, как бы это пошло ни звучало. Фильм имеет много общего с великими Ингмаром Бергманом и Михаэлем Ханеке. С последним Звягинцев даже, кажется, ведет диалог: у Ханеке ведь был пронзительный, гениальный фильм «Любовь» о смерти и любви. А вот у российского режиссера — наоборот, о жизни, но без любви. В этом смысле английское название фильма, Loveless, даже точнее: здесь еще нет ненависти, но и любви уже не осталось.

Мир без любви по версии Звягинцева — это как мир «Игры престолов»: здесь всегда скоро зима. Фильм начинается с бессловесной пятиминутной панорамы ноябрьского леса с первым снегом, гениально снятой постоянным звягинцевским оператором Кричманом. В московском парке не осталось ничего живого: только корявые ветки без листьев и подмерзлый пруд. Здесь мы первый раз встречаем Алешу, понурого мальчика без интересов и особенностей, который все же старается оставить свой след в мире: закидывает на ветку палку, к которой привязана оградительная красно-белая лента. Она так и останется хлопать на ветру до самого конца.

«Нелюбовь» вовсе не манипулирует зрителем. Всем же и так понятно, что религия (в данном случае, конечно, православие) перестала вести человека к светлому, а превратилась в последнее прибежище лицемера. Без Звягинцева очевидно, что у людей вместо сердца осталась, по меткому выражению главной героини, «непроглядная, полная говна жопа». Наконец, в мире победившей нелюбви даже родителям ребенка вовсе не интересно, где же он находится.

Конечно, в людях еще осталось ничем не подкрепленное сострадание. Поисками Алеши по всей округе занимается местный аналог «ЛизаАлерта», общественной организации по поиску пропавших без вести. Активисты «ЛизаАлерт», кстати, консультировали авторов и даже упомянуты в титрах. Но этой бескорыстности противопоставляется шокирующая, беспросветная, полная боли развязка, во время которой становится окончательно ясно: все мы обречены. Не любящие друг друга люди все равно нарожают новых нелюбимых детей, и этот порочный круг уже не разорвать. Конечно, после такой бескомпромиссной концовки Звягинцева снова обвинят в «чернушности». Но в глубине души даже самые завзятые скептики будут знать: режиссер, как и в прошлые разы, кругом прав.

Егор Беликов 19 мая 2017
http://www.timeout.ru/msk/feature/468548
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 24.05.2017, 16:46 | Сообщение # 8
Группа: Администраторы
Сообщений: 3574
Статус: Offline
Зеркало

Кузница мирового кинопорядка празднует юбилей. Грубоватое число 70 с едким звоночком появляется в финале заставки Каннского фестиваля перед каждым фильмом официальной программы в двухтысячной Grand Auditorium Lumiere. Здесь показываются конкурсные картины. Система отбора на конкурс и система контроля того самого мирового кинопорядка не первый раз приводят к ситуации, когда в программе практически при штучных исключениях только знаменитости — боги и герои: Тодд Хейнс, Йоргос Лантимос, Михаэль Ханеке, Роман Полански, Фатих Акин, Наоми Кавасэ, Корнель Мундруцо, Кристиан Мунджиу, Сергей Лозница, Хон Сан Су, Франсуа Озон, Мишель Хазанавичус, Жак Дуайон, София Коппола, Рубен Эстлунд, Андрей Звягинцев... Битва между ними создает полное ощущение, что и зритель-наблюдатель обитает в мифологические времена.

Но времена в фильме Андрея Звягинцева приземляют любого в реалии российской повседневности. Статика снежных пейзажей и триколор на здании не радующей глаз школы в спальном районе мегаполиса маркируют присутствие здесь и сейчас. Третий фильм подряд конструирование режиссером актуальных социальных моделей вызывает горячую зрительскую сопричастность. Однако если в «Елене» послевкусием оставались явная фальшь и искусственность сценарной конструкции, а в «Левиафане» доминировала холодная отстраненность наблюдателя, не предлагающего выхода, в «Нелюбви» режиссер, выстраивая универсальную психологическую коллизию, предлагает выход из тупика — волонтерское движение, но слишком идеализирует альтернативные государству формы социальной организации. В этот раз жанровой основой укладывающегося в несколько суток сюжета служит драматичная детективная хроника поиска — в том числе и упомянутыми выше волонтерами — 12-летнего сына, пропавшего у родителей во время конфликтного развода. Российский зритель получит возможность посмотреть в зеркало «Нелюбви» сразу после окончания Канн, уже с 1 июня. Предстоит открытие новых актерских имен: в фильме удачный ансамбль и яркая солистка — Марьяна Спивак. Поэтому дальше углубляться в детальные описания сюжетных драматических перипетий нет необходимости.

«Нелюбовь» сконструирована по принципу универсального конструктора Lego. В режиссерской простоте и аккуратности ничего лишнего — маленький мир и схематичен, и узнаваем, и достаточно подробен: квартира, офис, ресторан, косметический салон, связанные труднопроходимыми автомобильными венами. Неотменимый поиск счастья бросает мужчину и женщину в объятия друг друга. Жар любви офисных работников создает новую ячейку общества. Но сама структура социума, его онтологическая организация не допускают любовной гармонии. Семейный микрокосм недолговечен. Больная социальная микроклетка лопается, а ее токсичное содежимое в мучительном конфликте выплескивается вовне. Невольной жертвой становится будущее — ребенок.

Звягинцев-режиссер явно оттачивает мастерство вдумчивой аккуратности, хотя работает с довольно архаичным и консервативным киноязыком, яркие авторские элементы в котором, кроме углубленного интереса к социальному моделированию, пока отсутствуют. Иногда режиссеру не хватает чувства меры и вкуса, как в финальной сцене с «бегущей на месте» героиней в олимпийском костюмчике Bosco c пугающей кровавой надписью RUSSIA. Но форма существования Канн как «точки силы» с особой аурой предоставляет Звягинцеву безграничные возможности режиссерской трансформации и творческого авторского самораскрытия, за которым можно с интересом наблюдать.

Рефреном фильма звучит обсуждение грядущего конца света по предсказаниям календаря майя. Наступление пугающего апокалипсиса с его неизбежным падением «звезды Полынь» активно обсуждается за кадром в радиоскороговорках. В финале апокалиптическая цифирь прокручивает «число зверя» вперед со скоростью автобуса с номером 777, прибывающего на остановку, заклеенную объявлениями «Пропал мальчик». Тут даже сонный зритель понимает, что на российском дворе в спальном районе при всей брейгелевской идилличности и безмятежности детских игровых площадок уже царит постапокалиптический морок.

Антон Мазуров
http://www.colta.ru/articles/cinema/14862
 
ИНТЕРНЕТДата: Среда, 24.05.2017, 16:46 | Сообщение # 9
Группа: Администраторы
Сообщений: 3574
Статус: Offline
В конкурсе Каннского кинофестиваля показали «Нелюбовь»

В новом фильме Андрея Звягинцева бытовая драма «Елены» помножена на публицистичность «Левиафана»

Первым конкурсным фильмом юбилейного Каннского кинофестиваля стала «Нелюбовь» Андрея Звягинцева. На предшествующей показу пресс-конференции один из зарубежных журналистов предложил считать эту работу заключительной частью трилогии после «Елены» и «Левиафана». Режиссер изящно вышел из положения, сказав, что каждый автор по существу развивает одну главную тему в течение всей своей творческой жизни.

Действительно, в последовательности Звягинцеву не откажешь. «Свинцовые мерзости» жизни на нашей планете в начале XXI века предстают в картинах режиссера ярко, выпукло и убедительно. История пропажи ребенка у распавшейся семьи служит основанием для глобального приговора современному обществу (далеко не только российскому), где подлинные чувства подменяются симулякрами. Марьяна Спивак и Алексей Розин играют ненавидящих друг друга супругов с полной мерой убежденности, в том числе в их отношениях с новыми партнерами.

Зрителя поражает достоверность быта вплоть до приземленных сексуальных эпизодов и повседневной бытовой матерщины (не очень понятно, как эта сильнейшая черта лексики фильма будет передана в нашем прокате, где всё это запрещено законом).

Исчезновение 12-летнего сына — нелюбимого свидетеля распада семьи — сближает рассказываемую историю с античной трагедией, поданной на фоне заснеженных российских пейзажей, которым постоянный оператор фильмов режиссера Михаил Кричман придает метафорический оттенок застывшей, лишенной эмоций мертвой природы. Единственным светлым пятном на этом фоне оказываются добровольцы, безуспешно разыскивающие мальчика.

Феномен глобального отчуждения уже составлял лейтмотив «Елены». Гротескную бабушку, отрекающуюся и от дочери, и от внука, режиссер на пресс-конференции назвал «взбесившейся Еленой». Вместе с тем бытовая драма «Елены» здесь помножена на публицистичность «Левиафана», что, на мой взгляд, лишает «Нелюбовь» психологической глубины и многозначности. Вынося приговор обществу в целом, автор смотрит на своих персонажей со стороны (или, точнее, свысока) и не стремится их понять. Ведь тогда окажется, что каждый по-своему прав и все глубоко несчастны.

В финальной части картины, где ведущую роль играют телевизионные репортажи о событиях на Украине и военных действиях в Донбассе, нелюбовь приумножает свое могущество: герой грубо забрасывает в детский манежик маленького ребенка, родившегося уже в его новой семье…

Обретенное в новом браке (или сожительстве) материальное благополучие не спасает и героиню, что подчеркивает метафорический эпизод ее бега на месте на спортивном снаряде в костюме от Боско ди Чильеджи с надписью «Россия» на груди. Так авторы беззастенчиво вколачивают последний гвоздь в гроб современного человечества.

Это педалирование и без того ясной главной мысли в фильме могло бы показаться чрезмерным, если бы не финальная величественная красота снежных пейзажей, возвращающая нас к началу фильма. Звягинцев остается верен себе и доводит до совершенства каждую деталь своих произведений.

В контексте фестиваля ему повезло. На фоне показанного на церемонии открытия претенциозного опуса культового французского режиссера Арно Деплешена «Призраки Исмаэля» и последовавшей затем изящной американской безделушки Тодда Хейнса «Мир, полный чудес» (кстати, тоже о детях, но со счастливым концом) «Нелюбовь» прозвучала могучим предупреждающим аккордом. Хотя, конечно, мнения журналистов и первых фестивальных зрителей оказались далеко не однозначными: пессимистическая картина мира в мейнстриме, где царствуют Нетфликс и Амазон (кстати говоря, продюсер фильма Хейнса), сегодня не в моде.

19 мая 2017, Кирилл Разлогов
http://izvestia.ru/news/711761
 
ИНТЕРНЕТДата: Вторник, 30.05.2017, 16:57 | Сообщение # 10
Группа: Администраторы
Сообщений: 3574
Статус: Offline
Андрей Звягинцев: «Фильм снят для того, чтобы вы пришли домой и крепко обняли своих детей»

Каннский лауреат о «Нелюбви» и любви к человеку


Вне зависимости оттого, поддержит или нет жюри Альмодовара картину «Нелюбовь» Андрея Звягинцева, она очевидно ярко и мощно прозвучала на Каннском фестивале. Ей аплодировали после официального показа. Ведущие СМИ отозвались одобрительными рецензиями. Фильм покупают десятки стран. Жаль, государство не приняло участие в судьбе действительно общественно значимой картины. О фильме и его судьбе говорим с режиссером.

— «Елену», «Левиафан» и «Нелюбовь» уже поименовали трилогией. Хотя Звягинцев скорее из разряда режиссеров, снимающих одно кино с разными главами.

— Это суждение со стороны. У меня не было идеи создавать трилогию или еще, чего доброго, тетралогию, приуготовляя аудиторию к следующему своему шагу. Ну да, есть в этих фильмах свои внутренние связи. Но едва ли их достаточно, чтобы рассуждать о таких вот творческих стратегиях.

— Кстати о связях: почему в центре каждой вашей картины — семья, причем семья, изживающая травму? Словно не можете от этой темы избавиться.

— Признаюсь, нет у меня ответа. Мог бы, конечно, отделаться от вопроса, сказав, что семья — это поле битвы. И это действительно уникальная площадка для наблюдения за человеком, за тем, что с ним происходит на самом деле. Дома он обнажается, выходит из укрытия его существо. Тут он снимает маски, являя себя в полном великолепии: в гармоничных или уродливых отношениях с любимыми (или нелюбимыми), с детьми, с родителями, близкими. Сам удивляюсь: что ни фильм, то непременно семейная драма. Одно могу сказать, тут нет никакого рационального ответа. Думаю, может, действительно взяться за какую-то «постороннюю» тему, никак не связанную с семьей. Но поверьте, никакого селекционного, умозрительного подхода тут нет. Эта тема сама являет собой мощный магнит.

— Может, в этом что-то автобиографическое?

— Не думаю. Да, отец ушел, когда мне было пять лет, но особых драматических воспоминаний на этот счет у меня нет. Может, и хорошо, что его не было рядом. Возможно, мне пришлось бы бороться за свое будущее. После двенадцати лет отсутствия отец заглянул как-то домой «навести порядок». Мне уже исполнилось восемнадцать. Узнав, что я поступил в театральное училище, он хлопнул по столу кулаком, заявив маме: «Что за херня? Какое театральное?» К счастью, я сам не видел эту сцену. И с чего бы я этому чужому дяде объяснял, чем хочу заниматься. Нет, мне кажется, что фрейдистской травмы здесь нет. Скорее — опыт личного наблюдения за самим собой, за окружающими меня, за друзьями или приятелями, за самой жизнью. Но вообще сложно разделить субъективные переживания.

— Экран в каком-то смысле — автопортрет режиссера.

— И зрячее око. Но только в каком-то смысле автопортрет. В каком-то, но значительном. Видишь друзей, знакомых и незнакомых людей. Они же не могут надеть маску настолько плотно, чтобы не было зазора. Какой бы прочной, убедительной эта социальная «аватарка» ни была, ты видишь по каким-то незначительным приметам тень самой сути и, сличая ее со своей, видишь полную картину. Ну или, по крайней мере, предполагаешь, что видишь достаточно верный портрет.

— В «Нелюбви» важен внутренний сюжет утраты человечности. Это касается и героев, их семей, и общества в целом. Недоверие, подозрительность, разрывы некогда прочных связей. Это тоже можно назвать «разводом» с неприятными последствиями. Почему было так важно точно обозначить время событий в фильме: с 2012-го по 2015-й?

— Как мне кажется, это тот самый период, когда мы полностью утратили надежду на обновление, изменение среды обитания, достойной человеческой жизни и даже самоуважение. Период, когда один за другим гасли маяки этой надежды. Действие фильма начинается в октябре 2012-го. «Закон подлецов» имени Димы Яковлева — это уже декабрь 2012-го. Но ясно, что закручивать гайки начали сразу после Болотной. День за днем, помаленечку. Со всеми этими депутатскими законотворческими инициативами, одна абсурднее другой… Пока не пришли мы к 2015-му — боям под Дебальцево. И дальше — со всеми «остановками». Так что, контекст, да, очень важен для нас. В такой духовной среде тяжело, если вообще возможно, чувствовать перспективу; глазу человеческому нужен горизонт, иначе, в этой тесноте и духоте человеку трудно проявлять свои лучшие качества. Впрочем, одно от другого в прямой зависимости: нельзя всю ответственность свалить на политический климат. Наше поведение и образ жизни в какой-то степени реакция на действительность, да, но и действительность ткётся из наших с вами реакций, действий, интенций. Не уверен, что каждый зритель увидит динамическую связь героев с этим замерзающим временем, но, мне кажется, это сработает и на бессознательном уровне.

— Зарубежной аудитории это вряд ли понятно.

— А вот наша аудитория, надеюсь, почувствует. Во всяком случае, размышляющий, переживающий за свою страну зритель это почувствует. Рискну произнести непопулярное ныне словосочетание «интеллектуальная элита». Хотя, к сожалению, эти сигналы морального SOS воспринимаются в основном ею. И это как публиковать важные, касающиеся всех размышления в «Новой газете» или на «Дожде». То есть, по сути, будто бы разговаривать с самим собой, с такими же, как ты. Однако разговаривать нужно, потому что, к сожалению, люди, избегающие задавать неудобные вопросы самим себе, снова будут возмущены: «Где вы таких людей видели? Что ж вы так ненавидите нашу страну?! Зачем вы человека таким монстром рисуете?» Они, еще не видавши фильм, выкрикивают свой «репертуар».

— Кстати, вспоминаю выступление на пресс-конференции украинского журналиста, заявившего: «Раз вы показываете в вашем кино, как работает российская пропаганда (провокации против Немцова, война на востоке Украины, Киселев), значит, участвуете в ней». Это вопрос и к аудитории: какими глазами мы смотрим кино. Признайтесь, кого хотели «опорочить своей чернухой»? Многие обижаются уже до просмотра.

— Есть точная мысль: «Об уважении не просят, его заслуживают». Заслуживают, как говорил Лермонтов, люди, которые «независимо от ситуации, времени и места остаются такими же, какие они есть на самом деле». Сегодня множится число оскорбленных, уязвленных, возмущенных. Чем? Не уровнем жизни, духовной нищетой, а выставкой, фильмом, спектаклем, в которых говорят о несправедливости игнорирования человека.

Конечно, никакой цели кого-то задеть, обидеть не было. Тем более делить людей на украинцев или русских. Вообще говоря, я не занимаюсь политическим кино. Ведь речь в фильме совсем о другом. Одна актриса пробовалась на главную роль мамы пропавшего ребенка. Она рассказывает: «Вчера в два часа ночи закончила читать сценарий… пошла в детскую… в слезах обняла дочь крепко-крепко… и просила прощения». Я изумился: «Сколько вашей дочери?» — «Два с половиной года». — «Ну не может же человек, — говорю ей, — накопить такую большую вину перед малышкой. Вся ваша любовь в нее вложена. Просто вы уже заранее предчувствуете будущие ошибки, обиды, недопонимание, недолюбовь». Вот что хочу сказать тем «чудакам», которые заранее уверены в том, что я снимаю чернуху, порочащую людей. Сказать им лично следующее: «Фильм снят только для того, чтобы вы пришли домой и крепко обняли своих детей». Все. Точка.

— Снова в твоем фильме противопоставление автоматизма госмашины человеку, в этом, кстати, признается честный милиционер. «Не теряйте, говорит, времени — сразу идите к волонтерам».

— Он действительно хороший человек, к тому же отлично знает, какие механизмы у нас реально работают. Он действительно хочет помочь.

— Волонтеры — самое светлое пятно в этой истории.

— В определенном смысле, конечно, существует это противопоставление. И если говорить о перспективах, речь может идти только о самоорганизации. Если государство не работает. Если человек в нем не предусмотрен. Государству нынешнего образца человек просто не нужен. Поэтому, как растут сквозь асфальт цветы, так и человек выбирается из-под колес Молоха. Прорастает человеческое в нас самих, в лучших из нас. В частности, в настоящих «героях нашего времени» — волонтерах. Иначе их не назовешь. Встреча с этим явлением в нашей жизни — событие в моей.

— В этом смысле «Нелюбовь» оптимистичней «Левиафана», в котором тоже была внутренняя тема оппозиции человека и госмашины. Ощущение, что все друг другу чужие. С темой волонтерства, приходит не только надежда, но и энергия солидарности.

— Я рад, что счастливым образом случилась наша встреча с людьми из добровольного поискового отряда «Лиза Алерт». Их работа бескорыстна. Незаменима. И необходима. Работа доброй воли. Без подобных людей действительно мрак был бы беспросветный.

— Ваши фильмы не радуют киночиновников. И когда министр настаивал на введении вето при распределении финансирования кино, в качестве аргумента приводил «Левиафана», порочащего страну. Кажется, ровно на следующий день «Нелюбовь» получила приглашение в каннский конкурс.

— У меня нет телевизора, и все эти дурные заявления, слава богу, пролетают мимо. Хотя все это страшно огорчает. Я узнал об этом уже здесь от ваших коллег.

— Фильм снят без государственного участия. Среди его продюсеров не только Александр Роднянский, но и братья Дарденны. Но как планируете дальше работать? Как-то не верится, что Звягинцев «одумается» и будет сочинять лояльное, милое душе чиновника кино.

— Честно скажу, не знаю. Чиновники приходят и уходят. Я же хочу не просто рассказывать какие-то занимательные истории. Хочется говорить о том, что по-настоящему волнует. О том, что я наблюдаю вокруг себя. И потом, послушайте, я снимаю не для министерств и ведомств, не для престижа страны и даже не для фестивалей. Для людей, которые и являются страной. Для отдельного человека, который не так прост, не так доверчив, как кажется людям, у которых простые решения в головах: запретить, например, показывать фильмы с распитием спиртных напитков. Тоже, кстати, инициатива — обхохочешься. Так вот, этот отдельный человек заслуживает, чтобы с ним говорили о его жизни на языке правды. Чтобы фильм являлся откликом на его жизнь, его беды, его надежды, его вопросы к жизнеустройству; чтобы фильм говорил с ним о его настоящем и будущем.

— Но государству как раз не нравится, когда искусство говорит с человеком откровенно, задавая самые сложные вопросы. Государству нужен простой, то есть упрощенный человек. И мне кажется, претензии к Гоголь-центру копились давно и вовсе не по «экономическим вопросам».

— Конечно. Все их претензии — к вопросам инакомыслия. А вот что мы можем на эти вопросы ответить, что мы должны в связи с этим делать, как наладить диалог, вот это совершенно неясно. Потому что без диалога невозможно никакое движение. Ни вперед, ни назад. Ни прогрессивная мысль, ни традиционалистская позиция не могут найти в нашем обществе равновесия. Это непросто сделать. Но кто-то же должен заниматься вопросами примирения сторон, иначе агрессия и неприятие сожрут нас с потрохами. Мне кажется, единственным разумным решением со стороны власти было бы искать возможность примирения сторон, разъяснения позиций одних и других, а не возгонка ненависти и вражды.

— Название твоего фильма звучит как диагноз. Так что же случилось: любовь умерла? Или ее не было? Скорбное бесчувствие?

— А это самый неразрешимый вопрос. Наша героиня заявляет, что у нее и не было к мужу никакого чувства: забеременела, так и покатилось. Но можно ли верить словам женщины? Тем более в состоянии нервного срыва. При всем очевидном эгоизме вижу в ней усилие быть человеком. Что же касается нашей истории в целом — не думаю, что любви не было. Она была. Она будет. Потому что мы не черно-белые, и наши чувства — такие головокружительные качели. Порой сами не знаем, на какую высоту способны взлететь. И что как не любовь живет в сердцах этих людей из «Лизы Алерт»? Прийти с работы, встать с дивана — вечером, ночью, ранним утром — в любую погоду и идти прочесывать лес, подъезды, больницы, заброшки. Искать чужого ребенка. Старика. Разве это не любовь?

26 мая 2017, Лариса Малюкова
https://www.novayagazeta.ru/article....h-detey
 
ИНТЕРНЕТДата: Вторник, 30.05.2017, 16:57 | Сообщение # 11
Группа: Администраторы
Сообщений: 3574
Статус: Offline
Андрей Звягинцев: Я давно выбросил свой телевизор!

Кинообозреватель «КП» Стас Тыркин беседует с режиссером фильма «Нелюбовь» после его премьеры на Каннском фестивале

В воскресенье будут подведены итоги 70-го Каннского фестиваля. Сейчас, после просмотра почти всей конкурсной программы, можно сказать, что сильнее картины Звягинцева, работы здесь не было. И она, безусловно, достойна одной из главных наград - «Золотой пальмовой ветви» включительно. Вердикт жюри еще неизвестен, но он не может повлиять на отношение к фильму, показанному на фестивале в самый первый день, но прочно поселившемуся в голове и сердце.

«Простая» история развода двух давно (а может, и никогда) не любивших друг друга людей помещена у Звягинцева в реальный контекст текущей российской жизни. И хотя в картине нет широкомасштабных политических заявлений «Левиафана», трудно не рассмотреть в ней диагноз охватившей всех нас болезни - ее название вынесено в заголовок картины, которая после участия в Каннском фестивале, безотлагательно, уже с 1 июня, выходит в российский прокат.

- Да, вполне. Впрочем, и «Елена» была в тех же берегах. Не буду говорить про «Изгнание», зная ваше отношение к этой картине. Но для меня нет сомнений, что «моральное беспокойство» было и в ней. Просто в других формах.

- Я считаю, что это прекрасно, когда режиссер развивается. Первые ваши картины носили более абстрактный, притчевый характер. А с «Елены» начался другой Звягинцев: притчевость никуда не делась, но произрастает она теперь из историй и примет сегодняшнего дня. С этой точки зрения, название «Нелюбовь» – это диагноз того, что происходит сегодня в нашем обществе?

- Думаю, да, можно так сказать. Именно диагноз. А уж какая там история болезни – это надо разбираться в причинах. Но в анамнезе человеческих отношений в современной России – нелюбовь, как мне представляется, присутствует как одна из общих черт духовного нездоровья.

- Если это диагноз состояния страны, то тогда он немного мягкий.

- Я не знаю, как отделаться от этого вопроса, очень уж на него трудно ответить. Вообще говоря, подобные обобщения грешат чрезмерностью. Страна – это слишком обширное понятие. Давайте говорить об отдельных персонажах: Женя и Борис. А уж зритель сам решит – обо всей стране идет речь или о какой-то ее части. Если фильм попадает в сердце, то ты уже не размышляешь над тем, касается ли это общества в целом или только тебя самого. Если попадает – то начинает делать какую-то свою работу в сознании зрителя. А с другой стороны, в капле воды отражается океан. Я думаю, рассказанная нами история касается очень многих. Вот это состояние разобщенности, оно свойственно нашему обществу. И оно еще и возгоняется – я уж не знаю какими силами, но точно не «мировой закулисой», а нами же самими. Разобщение. Недоверие. Агрессия. Отсутствие солидарности. Неприязнь друг к другу. Милитаризация мозгов. Все это, мне кажется, заставляет человека думать только о себе самом. И другого человека превращать в средство, вместо того, чтобы видеть в нем цель. Размышления обо всем этом и есть мое моральное беспокойство. Хотя, меньше всего я бы хотел, чтобы меня именовали морализатором.

- Люди, имеющие детей, реагируют на картину особенно остро. Вам, как отцу насколько тяжело далась эта тема?

- Я с ужасом думаю, что было бы со мной, коснись это меня. Как можно пережить такое, когда пропал твой сын, и ты не знаешь где он?! Это не тема, это страшный сон любого из родителей, уверен. И мы, по крайней мере расскажем, что делать в первые часы, когда у тебя уходит почва из под ног и спутанное сознание мешает думать и действовать.

- Фильм в том числе и о том, что происходящее в стране не может не отражаться на самых интимных человеческих отношениях. Хотя, казалось бы, где частная жизнь, дети, семьи и где общественно-политическая.

- Да, это сообщающиеся сосуды. Известно же, что огромная часть страны живет при включенном телевизоре. Нон-стоп.

- Я тоже так живу. Чтобы быть ближе к «реальности».

- А я выбросил свой телевизор. Не смотрю его уже лет восемь точно. Я не знаю никаких «медийных» лиц, мне называют какие-то фамилии, а я спрашиваю: «А кто это?». Я впервые увидел передачи Дмитрия Киселева, когда оказалось, что мне это нужно для фильма.

- Нелюбовь в вашем фильме все-таки не тотальна, ведь пропавшего сына главных героев ищет целый отряд волонтеров. Такие люди сейчас в России реально есть. Это некая альтернатива «нелюбви»?

- Более того, это положительный герой в самом прямом смысле слова. Эти люди совершают настоящий подвиг. Ходить по лесам ночью и днем в свободное от работы время, не получая за это никаких денег – это и есть самое прямое действие. Согласитесь, по нынешним временам трудно себе такое представить, однако, люди такие действительно есть. Они нас консультировали, были у нас на площадке. После съемок теплую одежду и специальную обувь, которую носили у нас 30 актеров, игравших поисковиков, мы передали им в дар.

- Вас упрекают в том, что к своим героям вы относитесь с такой же нелюбовью, как и они друг к другу. Я, например, в этом никакого криминала не вижу. Мне, наоборот, радостно, что есть кто-то, кто смотрит на жизнь так же мизантропически, как я. Но и волонтеры у вас демонстративно безликие.

- По пунктам. Пусть упрекают. Надоели. Пункт второй. Безликие волонтеры. Не соглашусь категорически. Это вы говорите, потому что ни одной судьбы мы не проследили до дверей их дома; не разглядели их в обстановке их внутренней жизни, что ли. Их портреты пунктирны? Да, потому что наш взгляд в основном прикован к двум главным героям. Не соглашусь, потому что помню эпизод в заброшенном здании, когда координатор Иван дает инструкции по ведению поисков. В этой сцене мы видим множество лиц. Все они достойны внимательного взгляда. Это просто вы, друг мой, циничны, как всякий мизантроп. Люди эти не болтают лишнего, не миндальничают и не кокетничают. Они – действуют. Они воплощение той позитивной энергии, которая действительно присутствует сегодня в России.

- Сколько времени уходит у вас на написание сценария? Главная проблема российского кино – это качество сценарного материала.

- Сценарий «Елены» был написан полностью всего за 12 дней. Это было довольно уникальное событие. После того, как мы обсудили все детали с моим постоянным соавтором Олегом Негиным, он заперся дома, и примерно через две недели я получил от него готовый текст. В этот раз было сложнее, потому что у нас не было на руках всех карт, чтобы играть эту партию. Мы долго ждали интервью с одним из лидеров волонтерского движения. Потом, отчаявшись, Олег нашел в интернете огромное количество материалов об их поисках и написал на их основе сценарий. И только потом, когда они узнали, что мы снимаем фильм, который обязательно их коснется, они сами пришли на съемочную площадку. И стали нас консультировать. Например, переговоры по рации: «Лиса-1, работаю на отклик!» – этого ведь не выдумаешь, это их практика.

- Когда вы работаете над фильмом, вы думаете о том универсальном языке, который делает вас одним из очень немногих российских режиссеров, «свободно конвертируемых» за рубежом? Ведь большинство русских фильмов просто непонятны зарубежному зрителю.

- Нет, об этом мы не думаем. Никогда. Мне кажется, все дело в том, что истории, за которые мы беремся, которые нас вдохновляют – это просто по-человечески очень понятный материал. Понятный и здесь, и там. А еще, честно и искренне сделанный. Думаю, только в этом дело.

Стас Тыркин, 26 мая 2017
https://www.lipetsk.kp.ru/daily/26684.7/3706839/
 
Форум » Тестовый раздел » АНДРЕЙ ЗВЯГИНЦЕВ » "НЕЛЮБОВЬ" 2017
Страница 1 из 11
Поиск:

Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный хостинг uCoz