Среда
22.11.2017
22:58
 
Липецкий клуб любителей авторского кино «НОСТАЛЬГИЯ»
 
Приветствую Вас Гость | RSSГлавная | "ДИКАЯ БАНДА" 1969 - Форум | Регистрация | Вход
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Тестовый раздел » СЭМ ПЕКИНПА » "ДИКАЯ БАНДА" 1969
"ДИКАЯ БАНДА" 1969
Александр_ЛюлюшинДата: Суббота, 21.02.2015, 14:01 | Сообщение # 1
Группа: Администраторы
Сообщений: 2800
Статус: Offline
Культовый вестерн, совершивший в конце 60-ых технологический прорыв и принесший его автору триумф и настоящую славу первопроходца. «Кровавая опера» с мощным эпическим строем повествования, филигранной монтажной работой и отточенными диалогами. Образчик жанра, по которому и по сей день снимаются боевики и экшн-драмы. Шедевр, включённый в национальный реестр культурного наследия США. История банды «режиссёра экзистенциальной жестокости», утверждавшего: «Когда получаешь пулю, не падаешь, словно в балете. Брызжет кровь, внутри вас все взрывается. Убивать не забавно и не красиво. В «Дикой банде» я показываю максимально достоверно ужас и жестокость смерти».

«ДИКАЯ БАНДА» (англ. The Wild Bunch) 1969, США, 145 минут
— эпический вестерн культового американского «режиссёра экзистенциальной жестокости» Сэма Пекинпа – один из важнейших фильмов «Нового Голливуда»








Год 1913-й. Мир на грани Первой мировой, и давно состарившийся Дикий Запад ощущает себя уходящей натурой. Вместе с ним на покой собралась шайка грабителей, «дикая банда», шестеро ловцов удачи, слишком старых для дерзких налетов. Но они готовы еще тряхнуть стариной, и на излете легендарной карьеры порох в пороховницах этих бандолерос обернется последней кровавой бойней…

Съёмочная группа

Режиссёр: Сэм Пекинпа
Сценарий: Уэйлон Грин, Сэм Пекинпа, Рой Н. Сикнер
Продюсеры: Фил Фельдман, Рой Н. Сикнер
Оператор: Люсьен Бэллард
Композиторы: Джерри Филдинг, Росс Хэстингс
Художники: Эдвард Каррере, Джеймс Р. Силк
Монтаж: Лу Ломбардо

В ролях

Уильям Холден — Пайк Бишоп
Эрнест Боргнайн — Дач Энгстром
Роберт Райан — Дик Торнтон
Эдмонд О'Брайен — Фредди Сайкс
Уоррен Оутс — Лайл Горч
Хайме Санчес — Анхель
Бен Джонсон — Тектор Горч
Эмилио Фернандес — генерал Мапаче
Строзер Мартин — Коффер
Л. К. Джонс — Ти-Си
Альберт Деккер — Пэт Хэрриган
Бо Хопкинс — Кларенс «Бешеный» Ли
Хорхе Руссек — майор Саморра
Альфонсо Арау — лейтенант Эррера
Даб Тейлор — преподобный Уэйнскоут
Рэйфорд Барнс — Бак
Пол Харпер — Росс
Чано Уруэта — дон Хосе
Эльса Карденас — Эльса
Билл Харт — Джесс
Стивен Ферри — сержант Макхейл
Фернандо Вагнер — командующий Мор
Хорхе Радо — Эрнст
Аурора Клавель — Аурора

Художественные особенности

Отличительной особенностью фильма «Дикая банда» стал необычайно высокий для своего времени уровень насилия на экране. В этом смысле лента продолжила линию, заданную «Бонни и Клайдом», однако далеко превзошла предшественника. Известно, что на предварительном показе 190-минутной версии в Канзас-Сити более 30 зрителей покинули зал, а некоторых даже вырвало. Созданию впечатляющих сцен насилия способствовала изобретательность Сэма Пекинпа и монтажера Луиса Ломбардо, которые составляли сцены на основе плёнок, отснятых сразу с шести камер, оснащенных различными линзами (в том числе широкоугольными объективами, телеобъективами и зумами) и одновременно движущихся с разными скоростями. Это позволило при показе сцен насилия достичь большого напряжения и нервной атмосферы. «Дикая банда» состоит из наибольшего количества склеенных кусочков (3642), чем любой ранее снятый цветной фильм (стандартное число для того времени — около 600).

Насилие является центральной темой фильма, отражая мрачный взгляд Пекинпа на природу человека и общества. Другой мотив ленты — тема перемен, происходящих с Диким Западом и Америкой в целом и затрагивающих уже немолодых героев. Фактически им нет места в современной Америке, так что они вынуждены искать счастья в Мексике. Но даже туда проникает прогресс, символом которого становится автомобиль.

Значение фильма в истории кинематографа заключается в том, что он изменил сам способ показа насилия и одновременно преобразовал каноны жанра вестерн. Тема насилия, его роли в американском обществе была поднята очень своевременно; ряд критиков увидел в ленте аллегорию Вьетнамской войны с ее бессмысленной жестокостью. Считая «Дикую банду» высшим достижением Пекинпа, кинокритик Дэвид Кук указывает, что фильм «останется бессмертным произведением американского искусства — громадным и взрывным, полным жизни и насилия, с чем-то очень темным и одновременно очень благородным в его душе».

Интересные факты

В 1999 году Библиотека Конгресса США включила «Дикую банду» в Национальный реестр фильмов как культурное наследие.

В 1996 году фильм «Дикая банда: Монтажный альбом» (англ. The Wild Bunch: An Album in Montage), повествующий о Сэме Пекинпа и его работе над фильмом «Дикая банда», был номинирован на «Оскара» за лучший короткометражный документальный фильм.

«Дикая банда» был первым фильмом студии «Warner Bros.», в котором по требованию режиссера для имитации выстрелов из различного оружия были использованы различные звуковые эффекты.
Замедленная и нормальная съёмка под различными углами, использованная в фильме обладателем «Оскара» Люсьеном Баллардом, была революционной техникой для 1969 года.

Вестерн «Дикая Банда» фигурирует в аниме «Пираты Чёрной лагуны». Плакат этого фильма висит в комнате главной героини. Герои аниме часто сравнивают эпизоды их «жизни» (или персонажей) с эпизодами из фильма.

«Дикая банда» — любимый фильм Джона Ву.

Роджер Эберт называет «Дикую банду» лучшим вестерном.

Награды

Оскар, 1970 год
Номинация: Лучший адаптированный сценарий по мотивам ранее не опубликованного материала
Номинация: Лучший саундтрек к драматическому фильму

Смотрите трейлер и фильм

http://vk.com/video221964552_171193983
http://vk.com/video16654766_164401936
 
ИНТЕРНЕТДата: Пятница, 27.02.2015, 06:14 | Сообщение # 2
Группа: Администраторы
Сообщений: 3574
Статус: Offline
Дикая банда / The Wild Bunch

1913 год. Шестерка бандитов с Дикого Запада торопится рассчитаться по долгам, ­совершить последнее ограбление и, изящно хлопнув дверью, уйти на покой. Но мо­мент упущен: свирепый самурайский кодекс не работает против логики крупно­калиберных пулеметов.

В «Дикой банде» впервые на экране у застреленного человека из живота выпали внутренности. Также впервые на экране показали 89 смертей, наступивших в результате пулевых ранений. Впервые экран накрыла столь высокая волна насилия, открывшая новую эпоху в истории кино.

Выписки из Книги рекордов только мешают фильму. Если смотреть на «Дикую банду» как на мегамасштабную бойню — она разочарует. Кино за эти десятилетия ушло далеко вперед. Но угрюмый, злобный и вечно пьяный Сэм Пекинпа не Сергей Бубка, он не рекорды ставил, а ждал приближения новой мировой войны и новой эпохи и чувствовал, что произошла какая-то катастрофа, но какая — еще не понятно. Только все стало мертвое, чужое и бессмысленное. И цвета куда-то все подевались, остался только красный и его оттенки. А когда земля уходит из-под ног, начинаешь вдруг хохотать над россыпью гаек или, например, над трупом. Трупом врага, товарища или своим. Это уже не важно.

Алексей Казаков, 9 мая 2007
http://www.afisha.ru/movie/170883/review/147126/
 
ИНТЕРНЕТДата: Пятница, 27.02.2015, 06:15 | Сообщение # 3
Группа: Администраторы
Сообщений: 3574
Статус: Offline
«Дикая банда» (1969)
Как Сэм Пекинпа обозначил новую эру вестерна?


Если подумать, то все современное кино – это на 95 % чистый повтор и копирование. Потому как новаторов с каждым днем становится все меньше, а подражателей и последователей – больше. Оно и понятно, идти проторенной дорожкой куда комфортнее и безопаснее, нежели заново изобретать велосипед.

Имена нынешних киновундеркиндов и так хорошо известны. Обратимся к годам лохматым и вспомним тех, кто закладывал первые кирпичики в ту структуру, что нынче функционирует как часы.

В 1969 году известный знаток жанра «вестерн», американский режиссер Сэм Пекинпа, автор нашумевшего фильма «Майор Данди», выпустил на экраны очередную ленту, шокировавшую публику. Американцы всегда считали вестерны своим изобретением, хотя, по сути, это были обычные боевики, только про Дикий Запад, ковбоев, индейцев, шерифов и грабителей. Разумеется, местный колорит настолько вжился в традиционный сюжет, что со временем вестерны стали самостоятельным явлением. Также как лапта, пересаженная на новую почву, превратилась в бейсбол, а регби – в американский футбол.

Пекинпа с самого начала своей кинокарьеры пытался модифицировать жанр, но продюсеры были не в восторге от его идей. На съемках «Майора Данди» (1964) режиссер не только усиленно закладывал за воротник, но и переругался со всей съемочной группой. Единственный, кто поддерживал его «авторское видение» процесса – исполнитель главной роли Чарлтон Хестон. Актер даже был вынужден работать на полставки постановщиком, пока Пекинпа уходил в запой. Оскандалившись, режиссер на некоторое время ушел из большого кино, вернувшись только пять лет спустя. И на этот раз его ждали триумф и настоящая слава первопроходца.

…В начале двадцатого века Дикий Запад уже был не столько диким, сколько неорганизованным. Даже до Техаса начали доходить отголоски прогресса, в то время как в соседней Мексике разбушевались оппозиционеры, устроив знаменитую мексиканскую революцию, что закончилась аккурат в год взятия Зимнего.

Банда отчаянных головорезов под предводительством матерого грабителя и убийцы Пайка предпринимает последние попытки ужиться в новом, быстро меняющемся мире. Однако во время налета на банк они попадают в западню, устроенную бывшим напарником Пайка и командой охотников за головами, жаждущих поимки опасных преступников. Пайк и еще четверо его людей успевают смыться с награбленным, но в мешках оказывается железный хлам, а не золотые сольдо. Растеряв надежду на быстрое обогащение, бандиты продвигаются на юг. На мексиканской территории им предстоит встретиться с жестоким и самовлюбленным генералом Мапаче, который в обмен на гору оружия для своей армии посулит им большой куш. А потом обманет и сам станет жертвой беспощадной мести «гринго»…

«Дикой банде» Сэма Пекинпы принадлежит множество киношных регалий, большинство из которых лента получила намного позже премьерного показа, на коем, по словам очевидцев, некоторые покинули зал досрочно, а кое-кто, простите, извергнул на пол свой обед. К такому уровню жестокости и количеству насильственных смертей на экране публика шестидесятых была явно не подготовлена. Сегодня этот культовый вестерн по праву носит гордое звание классики жанра, а в 1969-м показ картины поверг нацию в шок.

Пекинпа никогда не отличался миролюбивостью, ни в жизни, ни в творчестве. Это был один из самых трудных в общении режиссеров, способный кого угодно вывести из состояния равновесия своими выходками. Когда Пекинпе попал в руки сценарий Уэйлона Грина, он в свойственной ему манере переписал текст, добавив в рассказ о банде Пайка крови, жестокости и безысходности. К слову, создав прецедент в Голливуде, после чего гильдия сценаристов запретила кому-либо фигурировать в титрах, если тот не изменил сценарий более чем на 60 процентов. Но то было позже, а Грина никто не спрашивал, хотел ли он, чтобы банальный вестерн превратился в эпическую драму с кровавыми подробностями.

«Дикая банда» также отличилась в части монтажа. Пекинпа настолько скрупулезно отнесся к своей работе, что в поисках нужного кадра перекроил ленту на 3643 склейки, что превышало тогдашние стандарты в шесть с лишним раз. Революция в пост-продакшне не принесла постановщику дивидендов, ведь картину номинировали на Оскара в совсем других категориях, да и там «Дикая банда» осталась на бобах. Однако технологический прорыв не остался незамеченным и вскоре был подхвачен остальными, чтобы впоследствии стать штампом на все времена. Неслучайно известный гонконгский режиссер Джон Ву, чей стиль сильно напоминает манеру Пекинпы, считает «Дикую банду» своим любимым фильмом.

Картина неизменно входит в различные рейтинги и списки, составляемые кинокритиками и профильными изданиями. Она также занимает место в десятке лучших вестернов по версии Американского киноинститута, наряду с «Дилижансом» и «Искателями» Форда и «Непрощенным» Клинта Иствуда. Разумеется, если бы американцы учитывали работы итальянца Серджио Леоне, то паре-тройке картин из этого списка пришлось бы покинуть чарт, но жанр «спагетти-вестерна», к которому условно относится «долларовая» трилогия, здесь учтен не был. «Дикая банда» также включена в национальный реестр культурного наследия США.

Сегодняшнего зрителя, успевшего ознакомиться с последующими работами Пекинпы, а также посмотревшего «Джанго освобожденного», вестерн конца шестидесятых, каким бы кровавым и жестоким он ни был, вряд ли повергнет в эмоциональный ступор. Тем не менее, лента и сегодня смотрится на одном дыхании, ибо мастерски рассказанная история не растеряла за десятилетия своего очарования. Возможно, что негативную реакцию аудитории вызвал и тот факт, что в ленте принципиально нет ни одного положительного персонажа.

Главарь Пайк (Уильям Холден), мужественный и сильный человек, не гнушается в перестрелке прикрываться телами ни в чем не повинных мирных жителей. Его друг и напарник Датч (Эрнест Боргнайн) не представляет своей жизни в иной ипостаси, нежели «джентльмен удачи». Братья Горч, Лайл и Тектор (Уоррен Оутс и Бен Джонсон) – вообще отморозки, постоянно держащие зрителя в напряжении своими выходками. И даже самый молодой член банды, мексиканец Энджел, хоть и заботится о судьбе своего народа, но осознанно выбрал путь беззакония и насилия. Остальные персонажи под стать этой пятерке и не вызовут сочувствия или сожаления своей кончиной в кадре.

В нашей стране вестерны всегда пользовались ограниченным спросом, но «Дикая банда» – это не просто образчик жанра, это лекало, по которому и по сей день снимаются боевики и экшн-драмы. И тем, кто не считает «Золото Маккены» венцом творения, как и не приемлет примитивные вестерны производства бывших соцстран, стоит ознакомиться с фильмом, породившим новую эпоху в кинематографе.

Автор: Евгений Жарков
http://shkolazhizni.ru/archive/0/n-65544/
 
ИНТЕРНЕТДата: Пятница, 27.02.2015, 06:15 | Сообщение # 4
Группа: Администраторы
Сообщений: 3574
Статус: Offline
ДИКАЯ БАНДА (The Wild Bunch) Сэм Пекинпа, 1969

Начиная с 1964-го года, итальянский вестерн довёл до абсурда и отвращения градус насилия, присущего вестерну. Это псевдовозрождение отметило первый этап вымирания жанра. При помощи Сэма Пекинпа насилие возвращается на привычную для вестерна территорию в ещё более преувеличенном виде. Это уже второй и последний этап вымирания. Дикая банда фигурирует в этой книге лишь в качестве исторической вехи, после которой вестерн перестаёт существовать как фундаментальный жанр американского кинематографа, обильно и регулярно снабжавший кинотеатры новой продукцией. Начиная с 70-х годов жанр вестерна будет цепляться за жизнь лишь благодаря одной-двум картинам в год – зачастую значительным, но совершенно оторванным друг от друга. И даже в пространстве этих фильмов жанр будет рассматриваться как отмерший и потому вызывающий ностальгию, желание подвести итоги, размышления на тему замкнутого мира, лишённого перспектив к развитию. Влияние Пекинпа, могильщика жанра, является одновременно и совершенно явным, и в высшей степени спорным. Благодаря ему, вестерн превращается в кровавую оперу, бешеный водоворот, при помощи парада аттракционов и замедленных падений убитых персонажей пытающийся отвлечь внимание от несвязности и вялости действия. Фильм длится 145 минут и мог бы длиться вдвое больше или вдвое меньше без каких-либо существенных изменений. Начинаясь и заканчиваясь сценами бойни, он растворяет в бессмысленной и неестественной жестокости всякую психологию, всякие размышления о политическом, историческом или нравственном становлении героев. Вне этих понятий вестерн не имеет причин на существование. Пожилой возраст героев накладывает на них некую безответственность. В глазах режиссёра, с точки зрения нравственности, между преследуемыми и преследователями нет никакой разницы. Одни ничуть не лучше других, и все в итоге обречены на уничтожение. Но даже их жестокость уступает зверской жестокости мексиканцев, с которыми им приходится сражаться. И этот упадочный и смехотворный кровожадный спектакль даже не пытается из предосторожности притвориться упражнением в стиле барокко.

Жак Лурселль, 5 февраля 2007
http://www.cinematheque.ru/post/129600
 
ИНТЕРНЕТДата: Пятница, 27.02.2015, 06:16 | Сообщение # 5
Группа: Администраторы
Сообщений: 3574
Статус: Offline
Дикая банда / The Wild Bunch

Пайк Бишоп (Уильям Холден), Датч Энгстром (Эрнест Боргнайн), братья Лайл (Уоррен Оутс) и Тектор (Бен Джонсон) Горчи, молодой мексиканец Анхель (Хайме Санчем), а также старик Фредди Сайкс (Эдмонд О’Брайен) оказались единственными из состава свирепой банды, орудовавшей в 1913-м году в Техасе, кто уцелел после засады, устроенной в небольшом городке. Ища способ уйти на покой, они принимают предложение генерала Мапаче (Эмилио Фернандес), согласившись за десять тысяч долларов золотом ограбить поезд, перевозящий для американской армии оружие и боеприпасы, которые должны помочь генералу подавить сопротивление отрядов Панчо Вильи. Дело грозит стать необычайно сложным и опасным.

В своё время стала достоянием общественности1 беседа Джона Форда и Берта Кеннеди, как двух заокеанских режиссёров, долго, со знанием дела и любовью снимавших вестерны, в которой они поражались цинизму европейских коллег, делавших ставку на «убийства, сплошные убийства», на «десять-пятнадцать убийств в минуту». Но, во-первых, от острого глаза их молодых соотечественников-кинематографистов (вроде Питера Богдановича или Мартина Скорсезе) не ускользнул тот факт, что и сами мастера старой школы со временем всё жёстче и непримиримее изображали нравы и законы Дикого Запада. А во-вторых, Серджо Леоне и его сподвижники всё-таки недолго удерживали пальму первенства по части насилия, коим изобиловали «спагетти-вестерны». Рекорд легко побил Сэм Пекинпа – уроженец штата Калифорния, а значит, наследник тех самых, легендарных пионеров Америки, неустанно шедший к своей цели, преодолевая противодействие со стороны консервативных студий и постепенно снижая у зрителей порог восприятия жестокости. Кульминации он достиг, безусловно, в «Дикой банде». В персональном шедевре, «одарившем» публику немыслимым количеством экранных смертей: 145 трупов на 134 минуты хронометража, то есть в среднем секундная стрелка не успевает сделать оборот, чтобы кто-либо из персонажей не покинул наш бренный и несправедливый мир, застреленный, взорванный, зарезанный. Шокированные цензоры поначалу намеревались присвоить ленте рейтинг X, смягчив решение до R, зато 145-минутную режиссёрскую версию, восстановленную в 1993-м году, отнесли к категории NC-17. Не случайно сам Джон Уэйн то ли с горечью, то ли с потайным восторгом заявил, что фильм разрушает миф о старом Западе…

Впрочем, метко подмеченное «ковбоем № 1» развенчание одного из самых устойчивых мифов, культивировавшихся в США, обуславливается не только количеством и частотой убийств, хотя мотив практически нулевой ценности человеческой жизни действительно является у Уэлона Грина и Пекинпа3 ключевым. Вспомним хотя бы жуткий пролог, когда итогом устроенной «охотниками за головами» засады на неуловимых грабителей становятся несколько убитых и раненых с обеих сторон и… сущий геноцид мирного населения провинциального городка, попавшего под шквальный перекрёстный огонь. Более того, поистине уникальное монтажное решение, которое вполне могло спровоцировать разговоры о применении знаменитых эйзенштейновских концепций на новом, более высоком и тонком уровне, в основном подчинено приданию максимальной выразительности соответствующим фрагментам. Немыслимое число склеек, 2721, когда кадр в среднем длится около трёх секунд (а де-факто в кульминации – менее одной!), в сочетании с фирменным рапидом, чередой крупных планов человеческих лиц, тоннами пыли, массой беспорядочно свистящих в воздухе пуль, ручьями крови создаёт незабываемое зрелище. Зримый, надолго врезающийся в память образ резни, которой, растянутой на десятилетия во времени, и была история покорения Дикого Запада.

Правда, это только один аспект замысла. Согласно блистательной (просится эпитет «гениальной»!) метафоре, подсказанной актёром Эмилио Фернандесом, члены «дикой банды» уподобляются скорпионам, брошенным в муравейник несмышлёными детьми, которые затем, вдосталь насладившись жестокой картиной, предают насекомых огню. Ёмкая мысль получает подтверждение с неотвратимостью, несмотря на то, что удача, кажется, улыбнулась уцелевшим стрелкам, справедливо рассудившим, что двести ружей генерала Мапаче послужат достаточной защитой от отряда преследователей, возглавляемого бывшим подельником Деком Томпсоном… Поразительно, насколько близкими оказались три подлинно великих вестерна3, увидевших свет на излёте 1960-х, в разгар бурных социальных потрясений в США! Сэм Пекинпа ещё определённее и безжалостнее, чем коллеги, высказался по поводу последних идеалистов-одиночек, загнанных в угол могущественными финансово-промышленными корпорациями – теми самыми владельцами банков и железных дорог (образы, увековеченные в образчиках жанра не столько в качестве символов наступающей цивилизации, сколько как средства откровенного порабощения индивидов-индивидуалистов), чья собственность прежде становилась добычей. К 1913-му, к году основания Федеральной резервной системы, начала мексиканской революции и активной подготовки держав к Первой мировой войне, они мечтают лишь о выживании – но ловко вовлекаются в Большую Политику немецким советником генерала, выполняющим на чужбине деликатные поручения своего Правительства. Вот только, невольно споря с тем же Хиллом, режиссёр отказывается верить в заведомую обречённость любого противостояния Системе. Отчаянный финальный поступок «великолепной четвёрки» (соответствующая аллюзия не будет лишней!) может служить примером, напротив, достаточно сильного влияния на Историю если и не отдельной личности, то – сплочённой команды. А обмен репликами Сайкса и Торнтона, наконец-то получившего свободу, не без иронии свидетельствует, что подобного рода герои с фактическим завершением старых добрых времён, без устали воспеваемых в вестернах, всё-таки не перевелись.

По иронии судьбы, Сэм Пекинпа не уложился в первоначальную смету, ограниченную суммой $3,5 млн., а полученная продюсерами прокатная плата ($5,3 млн.) не компенсировала итоговый производственный бюджет, составивший $6 млн. Но фильм, подозреваю, принёс студии колоссальные доходы со временем, надолго обретя «культовый» статус в самых разных странах, от самих США и Великобритании до Японии и Гонконга.

_________
1 – Приведена, в частности, в книге «Вестерн. Эволюция жанра» Е.Карцевой.
2 – Известный кинодраматург признал, что переработки, коим постановщик подвергнул его сценарий, оказались достаточно существенными, чтобы они вместе значились в титрах и, кстати, были выдвинуты в данной номинации на соискание премии «Оскар».
3 – Также имеются в виду «Однажды на Диком Западе» /1968/ и «Бутч Кэссиди и Санденс Кид» /1969/; Джордж Рой Хилл напрямую обратился к подвигам банды «Дырка в стене», отчасти послужившей прототипом и для неудержимой «Дикой банды».

© Евгений Нефёдов, 2010.09.14
Авторская оценка: 10/10
http://www.world-art.ru/cinema/cinema.php?id=20774
 
ИНТЕРНЕТДата: Пятница, 27.02.2015, 06:16 | Сообщение # 6
Группа: Администраторы
Сообщений: 3574
Статус: Offline
Дикая банда

Синдром нового века творит чудеса. Отметить по мере сил наступление ХХ века, единодушно приветствовавшегося как царство разума и прогресса, постарались даже самые специфические герои века XIX-го. Например те, интерес которых к техническому прогрессу ограничивался областью стрелкового оружия. 21 ноября 1900 года пятеро парней, возраст которых колебался в районе 30, принарядились и отправились на групповую фотосъемку в техасском Форте Уорт. Фотографию эту найти нетрудно. Вот они, красавчики, которых легко принять за приказчиков: в котелках, прилизанные, поди, надушенные. Сэндэнс Кид, Уилл Карвер, Бен Килпатрик, Харви Логан и Бач Кэссиди. Конокрады, налетчики и убийцы, более известные под коллективным псевдонимом «Дикая орда», который в России, когда речь идет об одноименном фильме Сэма Пекинпа (1969), для пущей завлекательности переводят как «Дикая банда». Короче говоря, здравствуй, дружок, Новый век, мы готовы войти в тебя.

Вошли они в ХХ век действительно триумфально. Спасибо все тому же техническому прогрессу. Первый вестерн, снятое в 1903 году «Большое ограбление поезда», — это о них, голубчиках. «Дикая орда» дважды, в 1892 и 1901 годах, грабила знаменитый Большой северный поезд в штате Монтана. В 1899 году она атаковала поезд компании «Юнион пасифик», которую обессмертил фильм Сесилля Блаунта Де Милля, в штате Вайоминг. Впрочем, уже в 1901 году Сэндэнс Кид и Бач Кэссиди свалили в Южную Америку, где, кажется, погибли в бою с боливийскими солдатами 6 ноября 1908 года. Последняя зафиксированная в истории «Дикой орды» стычка произошла в марте 1912 года в Техасе, когда погиб Бен Килпатрик.

Действие «Дикой орды» Пекинпа датировано следующим, 1913-м, годом. Таким образом оно вынесено за рамки истории настоящей «орды». Часто говорят, что Пекинпа вернул вестерну историческую достоверность. Показал, например, впервые на экране индейские одеяла, изукрашенные самыми что ни на есть натуральными свастиками. Или грязных, тупых, злобных ублюдков, которых традиционный вестерн выдавал за героев. Впрочем, грязные, тупые, злобные ублюдки и предатели — постоянные герои Пекинпа. Что в вестернах, что в гангстерских фильмах, что в шпионских. Он не то чтобы имел что-то против именно жанра вестерна. Он ненавидел — экзистенциальной, а не идеологической ненавистью — любую героическую мифологию.

И вряд ли он сознательно «полемизировал» с вышедшим в том же году фильмом Джорджа Роя Хилла «Бач Кэссиди и Сэндэнс Кид», типичном хипповском, расслабленно-романтическом сказании о двух лапушках-налетчиках, которые вроде бы и людей никогда не убивали, а так, развлекались, пока их не прикончили злобные боливийцы. В ту эпоху романтизировались даже такие отпетые уроды как Бонни и Клайд, которых директор ФБР Гувер, хоть и был фашистом, совершенно справедливо назвал «бешеными псами Америки». Вот еще, стал бы Пекинпа полемизировать с этими, «волосатыми».

Впрочем, эффект демифологизации Дикого Запада был бы, пожалуй, сильнее, если бы у героев «Дикой орды» были те галантерейные лица с групповой фотографии, а не благородные физиономии Уильяма Холдена и Роберта Райна.

Старые налетчики во главе с Пайком Бишопом (Холден) попадают в ловушку, расставленную профессиональными охотниками за головами во главе с Дюком Торнтоном (Райан). Он бывший сообщник бандитов, выкупающий таким образом свою свободу. В кровавой бане погибла попавшая под перекрестный огонь процессия Общества трезвости, но пятерым «диким» удалось вырваться из кольца. В украденных сумках оказались медные кольца для белья, по пятам идут пистолерос. Сволочь на сволочи скачет и сволочью погоняет. Сцены с «дичью» и «охотниками» чередуются, но принципиальной разницы между ними нет.

— Кто убил моего отца?
— Да какая тебе разница?

Антигероям остается бежать из огня да в полымя, в Мексику, где бушует гражданская война всех против всех. «Диким» приходится грабить по заказу полевого командира, — дикаря, именующего себя генералом Мапачи, — правительственный поезд с оружием. Для того, чтобы спасти самого младшего из банды, Ангела, пристрелившего невесту, ставшую генеральской шлюхой. Увидев эту сцену, невозможно не подивиться, насколько талантливо Никита Михалков тащил все, что плохо и даже хорошо лежит, из кино, которое он, в отличие от простых поклонников «Своего среди чужих», имел возможность смотреть. Естественно, спасти компаньеро не удастся. В эффектнейшем финальном побоище погибнут сотни персонажей, включая всех «диких». Выживут лишь Дюк и старый мексиканец, приглашающий его присоединиться к повстанцам.

Кодекс чести по Пекинпа: «Слово есть слово. Все дело в том, кому его даешь». Пулемет испытывают на куролесящей толпе. После боя мародеры вырывают золотые зубы у трупов.

Говорить о невиданной жестокости Сэма Пекинпа, стоившей фильму цензурных проблем, даже как-то банально. Ну да, впервые в рапиде было показано, как пуля входит, вырывая клочья плоти, в человеческое тело. Точнее говоря, рапид был впервые использован не с поэтическими, а с натуралистическими целями. Вошли во все истории кино слова Пекинпа: «Когда получаешь пулю, не падаешь, словно в балете. Брызжет кровь, внутри вас все взрывается. Убивать не забавно и не красиво. В «Дикой орде» я показываю максимально достоверно ужас и жестокость смерти».

В хрестоматийной декларации есть, впрочем, внутреннее противоречие. Пекинпа показывает смерть очень эстетично, именно что как балет. Ну, пляску смерти, этакий мексиканский шахсэй-вахсэй, день поминовения: это, кстати, аукнется в очень недооцененном фильме Роберта Родригеса «Однажды в Мексике». Бандит, оставленный Пайком в помещении железнодорожной конторы стеречь заложников и прикрывать отход, заставляет бухгалтеров и секретарш петь, едва ли не плясать. Для него именно это — праздник, спектакль, выход в люди первого парня на деревне. Трезвенники вкушают свинец, распевая — кода — «Глори, глори, аллилуйа».

Большую часть фильма экран тесно, до удушья, заполнен человеческими телами. Вечная гулянка в «штабе» Мапачи перерастает в истязания, казни и перестрелки, которые уместнее назвать регулярными сражениями. Вокруг убивающих и умирающих героев мельтешат дети, которых хочется назвать «детьми кукурузы»: маленькие сволочи, если им заблагорассудится, и в спину выстрелят. Заливисто хохочут старики, заглотнув полпузыря текилы, белозубо улыбаются красотки, дети эти проклятые, мозги на песке.

Старики и дети вообще в «Дикой орде» какие-то бессмертные исчадия ада.

Тот же эффект тесноты создают вклинивающиеся в повествование флэш-бэки, жестокие и бессмысленные. Все насилие, уже совершенное, совершающееся на глазах у зрителей и еще не свершившееся, словно концентрируется в одном экранном пространстве. Душно. В этой телесной духоте даже дилижанс движется в три раза медленнее, чем в классическом вестерне. Впрочем, это логично: на нем возвышается тяжеленный станковый пулемет. Прогресс, однако.

Немного напоминает балеты смерти, которые ставил в те же годы в Венгрии Миклош Янчо. И предваряет вьетнамский бред Копполы в «Апокалипсисе сегодня», снятом через десять лет. Впрочем, в «Дикой орде» многие современники увидели намек на вьетнамскую войну, достигшую как раз тогда апогея, после январского наступления партизан в 1968 году, когда в осаде оказалось даже американское посольство в Сайгоне. Мексика-1913 — тот же Сайгон: кровавый хаос на фоне непрестанной гулянки в лучших борделях беззаконной страны. А один из последних планов в сцене первой бойни сознательно выдержан в эстетике телерепортажа: труп на первом плане, к нему бегут люди. Такие съемки в 1969 году ассоциировались, естественно, с Вьетнамом.

На первый взгляд кажется, что говорить о каких-то рифмах между фильмами Пекинпа и шедеврами мирового кино неуместно. Не тот режиссер. Не пижон, играющий скрытыми цитатами. Человек, который выясняет отношения с мифами, а не с образами. Однако…

Побоище в прологе, с мечущимися трезвенниками, напоминает о расстреле на Одесской лестнице из «Броненосца «Потемкина» (1925) Сергея Эйзенштейна. Напоминает и о знаменитых кадрах — ракурс сверху — суматошной уличной пальбы в Петрограде в июле 1917 года из «Октября». Тоже кино о революции.

Еще одна ассоциация с Эйзенштейном, возможно, произвольная, возникает в самом начале «Дикой орды». В тихий городок въезжают налетчики, переодетые в военную форму, во главе с галантным Пайком: сейчас он придержит коня, чтобы пропустить через дорогу старушку, которую, наверное, через пять минут сметет шквал огня. Тем временем дети развлекаются. Бросив — крупный план — скорпиона в муравейник. Напоминает червей, копошащихся в мясе и ставших причиной для бунта на «Потемкине». И еще напоминает о муравейнике, который ворошит безумный граф в ныне позабытом, но выдающемся фильме венгра Золтана Фабри «20 часов» (1965). Фильме о другом, столь же бессмысленном братоубийстве во время антисоветского восстания 1956 года.

Наконец, рифма почти мистического свойства. Пекинпа словно ругается с Серджио Леоне, потно, злобно теснит его, оспаривая еще не снятый фильм «Пригнись, мудак!» (1971), известный также как «Однажды была революция» или «За пригоршню динамита» . В мелочах: и там, и там действуют холоднокровные немецкие советники, планирующие карательные операции. И в главном. Если для Леоне революция остается романтическим мифом, то для Пекинпа это всего лишь еще одно проявление общечеловеческой жажды смерти.

Впрочем, основное, что объединяет эти фильмы, это то, что — и Пекинпа, и Леоне перенесли на фактуру вестерна этику нуара. И еще то, что их фильмы с равным вниманием смотрел Никита Михалков, готовясь к съемкам «Своего среди чужих».

Напоследок сыграю в любимую игру. Ее правило: принять за аксиому, что любой фильм — всегда, о чем бы в нем ни шла речь, — метафора режиссерской манеры, этакий автопортрет, притворившийся натюрмортом или батальным полотном. Грубо говоря, «маленький солдат» из фильма Жан-Люка Годара живет и умирает быстро, потому что именно в таком темпе работал сам Годар. А Лукино Висконти воспел Людвига Баварского только потому, что безумный монарх-гей, как и Висконти, опоздал родиться и строил замки, столь же прекрасные и бесполезные, как фильмы Висконти.

С «Дикой ордой» играть в эту игру вроде бы бесполезно. Какая там метафора режиссерской манеры в фильме, кажется, исключающем из своего образного строя любую метафоричность: рваное, сырое мясо. Но…

Известна легенда о том, как Пекинпа писал свои сценарии. Снимал на несколько месяцев бордель где-нибудь в Мексике, запирался там с соавторами, девками, текилой и кокаином, и полный вперед. В финале, перед тем как отправиться на верную смерть (потребовать от Мапачи отдать им Ангела), головорезы Пекинпа слышат приглашение зайти в бордель. Почему бы нет? Утренний эпизод в публичном доме, где красавицы-шлюхи возятся со своими детьми, и можно еще лениво поторговаться с ними, расплачиваясь за ночь, начистить до блеска сапоги и в последний раз привычно перекинуть через плечо патронташ, — единственные благостные и самые душераздирающие в фильме.

Потом они выходят на улицу, как выходил, дописав сценарий, Пекинпа. Они тоже дописали свой сценарий. Сценарий жизни. И, честно говоря, он им удался.

Михаил Трофименков, 27 февраля 2012
http://artelectronics.ru/posts/dikaya-banda
 
ИНТЕРНЕТДата: Пятница, 27.02.2015, 06:16 | Сообщение # 7
Группа: Администраторы
Сообщений: 3574
Статус: Offline
Дикая банда
The Wild Bunch, 1969
Эпический вестерн


Один из наиболее известных вестернов в истории мирового кино, теперь причисляемый самими американцами к несомненной классике жанра, хотя в момент своего появления «Дикая банда» всё-таки не была оценена по достоинству (например, номинирована на «Оскар» только за сценарий и музыку, но вообще ничего не получила). Её особое значение тем более велико, что к 60-м годам вестерн в США пришёл почти в полный упадок, прежде всего — в качественном плане, что контрастировало, допустим, с Европой, где самыми необычными оказались стилизаторские усилия итальянского постановщика Серджо Леоне, в подражание которому возникло целое направление так называемых «спагетти-вестернов».

А новаторский вклад создателя «Дикой банды», 44-летнего режиссёра Сэма Пекинпа, который как раз упорно в своей карьере старался разрабатывать этот типичный американский жанр, заключался вовсе не в его переосмыслении и осовременивании, как в фильмах «Буч Кэссиди и Санданс Кид» Джорджа Роя Хилла и «Маленький Большой Человек» Артура Пенна, но в придании вестерну эпически-мифологического звучания. Однако по сравнению с предыдущими экранными фресками, воспевавшими славу покорителей Дикого Запада и исключительные добродетели мужественных героев, Пекинпа создал действительно эффектную, а порой и эстетизированную сагу о насилии. Его персонажи — постаревшие, разуверившиеся, циничные и жестокие люди вне закона, для которых насилие, в общем-то, стало уже привычной формой существования.

История банды, действующей на границе Техаса и Мексики (уже не в старые добрые времена завоевания Запада, а в 1913 году — в момент мексиканской революции и грядущей мировой войны), рассказана постановщиком в жёсткой, экспрессивной манере. Зрители конца 60-х годов были шокированы наличием в картине резких деталей и подробностей. Сейчас же, когда многие адаптировались к показу насилия на экране, а оригинальные находки Пекинпа растасканы и использованы в массе других кинолент, обращаешь внимание именно на главное — присущий этому творцу мощный эпический строй повествования. Трудно не оценить широкий размах и мастерство батальных сцен, великолепную операторскую работу Люсьена Бэлларда, отточенный, типично «вестерновский» диалог.

Хотя истинной «визитной карточкой» Сэма Пекинпа всегда был изумительный, филигранно и с блеском выполненный монтаж, который даёт неожиданные сопоставления как крупных по своему размеру сцен, так и отдельных кадров или некоторых выразительных деталей. Причём в оригинальной версии содержалось рекордное количество монтажных переходов — 3643, то есть на каждую экранную минуту их приходилось примерно по 25! А финальная перестрелка, в которой целых 325 склеек (по 65 в минуту!) и вдобавок использован рапид, снималась в течение двенадцати дней и заслуживает включения во все учебники по мастерству кинорежиссуры и искусству монтажа.

Сергей Кудрявцев
Авторская оценка: 10/10
http://www.kinopoisk.ru/review/863733/
 
Форум » Тестовый раздел » СЭМ ПЕКИНПА » "ДИКАЯ БАНДА" 1969
Страница 1 из 11
Поиск:

Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный хостинг uCoz