Воскресенье
22.10.2017
09:36
 
Липецкий клуб любителей авторского кино «НОСТАЛЬГИЯ»
 
Приветствую Вас Гость | RSSГлавная | "АРИРАН" 2011 - Форум | Регистрация | Вход
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Форум » Тестовый раздел » КИМ КИ ДУК » "АРИРАН" 2011
"АРИРАН" 2011
Александр_ЛюлюшинДата: Суббота, 21.05.2011, 20:07 | Сообщение # 1
Группа: Администраторы
Сообщений: 2789
Статус: Offline
Если к Вам постучали в дверь, это не означает, что к Вам кто-то пришёл. Кроме Вас самих. Возможно, потому что этому грешному миру безразлична Ваша любовь. Возможно, потому что пришло «время исцелиться от боли и ненависти и простить». Возможно, потому что каждый достойный режиссёр должен иметь свои «Восемь с половиной» или «Зеркало» …

«АРИРАН» (Arirang) 2011, Южная Корея, 100 минут
– победитель конкурса «Особый взгляд» Каннского международного кинофестиваля
(вместе с фильмом Андреаса Дрезена)








Известный корейский режиссёр после некоторых событий в своей жизни бросает кинематограф и живёт отшельником в горах. Жалкая халупа, туристическая палатка, кошка, печка, собственноручно сделанные мебель и кофемашина, рисоварка и вместо туалета во дворе - маленькая лопатка. Простая жизнь, простая пища и простая видеокамера... Что стало причиной дауншифтинга? Какие у режиссёра планы на будущее и будет ли он снова снимать? Ответы на эти и другие заданные самому себе вопросы помогут кинематографисту принять важное решение.

Съёмочная группа

Режиссёр: Ким Ки Дук
Сценарий: Ким Ки Дук
Продюсер: Ким Ки Дук
Оператор: Ким Ки Дук
Монтаж: Ким Ки Дук

В ролях

Ким Ки Дук

Смотрите трейлер и фильм

http://vkontakte.ru/video16654766_161080451
http://vkontakte.ru/video16654766_161080454

Скачивайте фильм

http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=3744051
 
Александр_ЛюлюшинДата: Суббота, 21.05.2011, 21:41 | Сообщение # 2
Группа: Администраторы
Сообщений: 2789
Статус: Offline
Канн: Пресса об «Ариранге» Ким Ки Дука

Slant: «Ариранг», мрачная псевдо-терапевтическая сессия/признание от режиссера Ким Ки Дука, — это такая мешанина, основанная на жалости к себе, которую может состряпать только очень талантливый, но несчастный auteur, дошедший до крайности. 100 минут, которые длится этот полнометражный разговор Кима со своей тенью, кажется никогда не кончатся... Перед показом Ким сказал: «Этот фильм что-то вроде моего автопортрета», но никто не подозревал, каким разочаровывающим окажется это исследование для явно повредившегося умом режиссера.

Variety: Это напоминает ситуацию, когда вы застряли в баре рядом с пьяным человеком, который не перестает повторять, что был когда-то знаменит, что все его друзья — ублюдки, а он понял смысл жизни. Возможно, съемки этого фильма возымели терапевтическое действие, но смотреть его — испытание даже для поклонников режиссера. Это лишнее доказательство того, что цифра — одновременно и освобождение для малобюджетного кино, и возможность потакания своим слабостям. Согласно пресс-релизу, Ким снял фильм в одиночку без съемочной группы.

Indiewire: Поначалу, когда Ким пересказывает истории из своей карьеры, «Ариранг» кажется затянувшимся DVD-бонусом. Но постепенно от конкретных воспоминаний он переходит к абстрактным жалобам... Весь фильм вместо саундтрека он исполянет корейскую народную песню «Ариранг» — иногда тихонько напевает, иногда горланит. В конце концов, песня доводит его до слез, но, признавая свою слабость, Ким монтирует кадр, в котором он смотрит на заснятые слезы трезвым взглядом: «И чего этот дурак плачет?», — спрашивает он... Режиссер отчасти оградил свой проект от критики, заявив, что «Я хочу сделать фильм... Мне не важно, скучный он или нет».

15 мая 2011
http://kinoart.ru/news/news150.html

Каннский кинофестиваль 2011
Критики о фильме Кима Ки-Дука «Ариранг»

Дэн Файнару, Screen International: В 2008 году, когда одна из актрис фильма Мечта чуть не погибла во время съемок, Ким Ки-Дук, чувствуя вину за случившиеся, перестал снимать и уединился в компании своей кошки в одиноком доме на холме в предместьях неназванного города.

Является ли то, что о чем говорит Ким Ки-Дук в Ариранге добровольным и чистосердечным признанием обеспокоенной совести или тщательно прописанными в сценарии размышлениями – мы никогда не узнаем. Однако подобными вопросами должен задаваться каждый, кто считает себя правдивым художником.

Лесли Фелперин, Variety: Ким Ки Дук выставляет свою замученную, нетрезвую душу на всеобщее обозрение и, надо сказать, это малосимпатичное зрелище. Подобное представление напоминает исповедь случайного собеседника за барной стойкой, доверчиво сообщающего о том, что раньше он имел некоторую известность, что все его друзья оказались подлецами и теперь он понимает смысл жизни. Возможно, Ариранг послужил своеобразной терапией для режиссера, но подобные саморефлексии на экране будут чересчур даже для самых ярых поклонников Кима.

Эрик Кон, IndieWire: Это своего рода первоклассный сеанс психотерапии, искреннее высказывание, по-своему прекрасное, наполненное сомнениями и чрезвычайной проницательностью. Ким, выступая в качестве интервьюера самого себя, подвергает сомнению свой успех, отмечая, что призы у себя на родине он получал каждый раз, когда его награждали за границей. "Я заставлял Южную Корею выглядеть хорошо, – говорит режиссер, – хотя вряд ли здесь действительно смотрят мои фильмы".

Барбара Шаррес, Sun Times: Ариранг – полнометражный автопортрет, разворачивающийся в виде исповеди и своеобразного сеанса экзорцизма, в котором в качестве бесов для режиссера выступает собственный творческий кризис.

15 мая 2011
http://www.cinematheque.ru/post/144310

Канны-2011. «Ариранг» Ким Ки Дука
Дайджест российской кинокритики

Виталий Нуриев, Независимая: Всемирно известный корейский режиссер снова пускается в размышления по поводу человеческой природы. Но на сей раз он обходится сугубо своими силами, сам исполняет три роли — кроме него в кадре бывает только кот. Сам снимает, сам монтирует, пользуя новые возможности цифровых технологий. И на протяжении более чем полутора часов беседует с собой не переставая о своем творческом кризисе. В беседе слышны отчаяние, издевка, насмешка (над кем?), вина. Он исповедуется — вспоминает, как на съемках предыдущего фильма "Мечта" актриса чуть не удавилась и ему было плохо, страшно. Вспоминает, как предали два ближайших соратника, и, будто бы повторяя первый урок из самоучителя по психоанализу, говорит, что травма мешает ему снимать. А новый фильм — это одновременно и практически документальная фиксация его сегодняшнего бытия в холодном уединении среди гор, и эксперимент с новыми формами кино, когда шероховатость и небрежность, медлительность и избитость можно трактовать как намерение и стилевое своеобразие.

Лариса Малюкова, Новая газета: Ким Ки Дук с помощью своей новой картины Arirang (название старинной жалобной песни о Корее) пытается преодолеть собственный кризис, пробудить сердце, впавшее в "застой". "Мы все сходим с ума, пытаясь разобраться, соотнести мир воображаемый, где живут наши мечты, и мир, переполненный страстями, призраками, горечью". 15 фильмов, 13 лет карьеры. Режиссер разбирается, продолжает идти по кромке жизни и своих фильмов. В самые трудные, пиковые моменты он обращается за помощью к кино как лучшему способу понять и мир, и себя самого.

Роман Волобуев, Афиша: Ким-ки-дуковский "Ариранг", который вчера показали в "Особом взгляде", как всякий великий performance art, хочется пересказывать от начала и до конца, в подробностях и со всеми сопутствующими представлению обстоятельствами — тем более что вряд ли кому-то придет в голову выпустить это в кино. Сперва немножко хихикаешь, потом становится неловко: все плохое, что про Кима можно было угадать по его фильмам — что он глуповат, необразован, что очень любит себя и свои успехи, что работает на публику, причем именно что фестивальную, — все это тут как на ладони, от первого лица прямым текстом. Такое михалковское "Бесогон-ТВ" — минус обаяние и усы, плюс интересные ракурсы. Потом обнаруживаешь, что прошел час, а ты сидишь, смотришь все эти бесконечные крупные планы очень страшного зареванного корейца и не можешь оторваться — не из сочувствия (хотя жалко его временами нечеловечески), просто страшно интересно, что дальше. Смешно будет, если он сейчас возьмет и выиграет свой "Особый взгляд" (судя по вчерашним физиономиям Кустурицы и критика Брэдшоу, сидящих в жюри, вполне возможный вариант), а потом набегут продюсеры с бюджетами наперевес (тут вряд ли — этих не особо разжалобишь). Но кино, правда, какой-то херцоговской мощи — в те годы, которые сам Ким считает лучшими, ему такое и не снилось.

Мария Кувшинова, OpenSpace.Ru: Это саморазоблачительный монолог и предельное обнажение приема: свои цели и задачи режиссер объясняет, глядя в камеру, и периодически прерывает словесный поток пением; "Ариранг" (объясняет он) — это грустная корейская песня. Произошедшие за три года катастрофические изменения во внешности этого человека производят сильное впечатление, но поучительное пособие для будущих звезд национальных кинематографий оказывается несколько смазано в финале, когда Ким (когда-то работавший на заводе) мастерит из подручных гаек пистолет, выходит из своего убежища и превращает убедительную документалистику в неубедительный фикшн.

Леля Смолина, Film.ru: Зрелище не сказать, что захватывающее, но настолько откровенное, что всем нравится.

Екатерина Чен, Гудок: Знаменитый корейский режиссер после нескольких лет молчания снял фильм о собственном творческом кризисе. На взгляд "Труда", это вышло интереснее, чем многие ленты постановщиков, считающих себя вполне успешными.

Наталья Боброва, Вечерняя Москва: Это, по сути, сеанс душевного стриптиза мастера (как известно, Ким Ки Дук молчит уже три года). Здесь и слезы, и оскорбления, и душевный надлом... Причем Ким Ки Дук сыграл три роли сам: похоже, есть еще порох в пороховницах. Мастеру утроили десятиминутную овацию. В воодушевлении он кланялся жал руки зрителям, среди которых оказалась и ваша непокорная слуга...

Илона Егиазарова, Вокруг ТВ: На протяжении фильма известный на весь мир кинорежиссер разгуливает в тапках на босу ногу, демонстрируя грязные растрескавшиеся пятки. Образ, до которого Ким Ки Дук — некогда поэт — низвел профессию, потрясает и оскорбляет эстетические чувства. Если все показанное — крик души, порожденный творческим кризисом — это вызывает... сочувствие и уважение. Но в одном из кадров Ким Ки Дук просматривает собственные рыдания на пленке и самодовольно хихикает — и тогда получается, что он над всеми нами прикололся?

Источник: Arthouse.ru, 18.05.2011
http://www.arthouse.ru/news.asp?id=14055

 
ИНТЕРНЕТДата: Четверг, 04.08.2011, 07:27 | Сообщение # 3
Группа: Администраторы
Сообщений: 3560
Статус: Offline
Ариранг (2011) Arirang

Arirang — история, в которой Ким Ки-Дук (Kim Ki-duk) играет три роли. Через нее я преодолеваю жизненные препятствия. Через нее я стараюсь понять Человека, благодарю природу и принимаю свою сегодняшнюю участь. Сегодня мы сходим с ума, без начала и конца, запутавшись между миром людей, где сплетаются наши желания, миром призраков, исполненным грусти, и воображаемым миром, где прячутся наши сны. Что такое привязанность — застой в сердце и гниение? Почему она остается силой, проверяющей на прочность мои эмоции? Почему она прячется в глубине моего сердца, испытывая его способность к состраданию? Когда я не открываю сердце другому, я становлюсь злым и забываю о нем, но когда я открываю сердце, то подобно трусу, не могу уже отпустить его. О Arirang. Станем же жестоко убивать друг друга в наших сердцах, до самой смерти. Сегодня, контролируя себя, я даю волю ярости, улыбаясь — дрожу от ревности, любя — ненавижу, прощая — трясусь от желания убить. Подождите! Я убью себя, того, кто еще помнит вас.

http://www.film.ru/afisha/movie.asp?code=ARIRANG
 
ИНТЕРНЕТДата: Четверг, 04.08.2011, 07:27 | Сообщение # 4
Группа: Администраторы
Сообщений: 3560
Статус: Offline
Каннский кинофестиваль 2011
Ариранг (Arirang) - Ки-Дук Ким, 2011


Каждому, наверное, знакомо ощущение, когда встречаешь одноклассника, которого не видел со школы, и обнаруживаешь, что человек давно и безнадежно спился. Вам сначала даже любопытно, как он дошел до жизни такой, но рассказ получается такой долгий, путаный и унылый, что вы прекращаете слушать и тоскливо продумываете стратегию отступления.

Вот ровно то же самое чувство возникает, когда смотришь Ариранг Кима Ки-Дука. Это документальный автопортрет, в котором он долго и путано объясняет, почему больше не снимает и кто конкретно в этом виноват. Действие, если можно так выразиться, в основном происходит в неотапливаемом домике на горе в какой-то северной корейской провинции. Ким Ки-Дук ест из пластиковой плошки, умывается талой водой, совершает отправления в ямку на склоне, из-за ночного холода спит в палатке, развернутой прямо в доме. В палатке у него стоит Mac с огромным экраном, на котором он смотрит какое-то русское кино и монтирует Ариранг. Единственное живое существо, которому он все еще нужен - непрезентабельного вида кошка, которая требует у него еды.

В титрах на всех позициях значится одно единственное имя. Ким Ки-Дук при этом двоится, изображая неприятный диалог, в котором он же образца творческой активности в интонациях гангстера из корейского кино унижает себя сегодняшнего и вопрошает, как так вышло, что он, беспомощный и одинокий, три года живет в зябкой дыре. Ким вчерашний слушает неструктурированный ответ с нескрываемым презрением. Ким сегодняшний пьет, поет в бутылку, в перерывах в несколько заходов рассказывает, как глубоко шокировал его инцидент, случившийся на съемках фильма Мечта, когда актриса чуть не оказалась взаправду повешенной, и как тяжело он переживает бегство двух ассистентов в режиссеры. Ким сегодняшний неопрятен и кино о себе снимает так же небрежно, даже выставить адекватный освещению баланс белого не трудится.

Ариранг - народная песня, как считается, выражающая дух корейского народа. Ким сообщает, что за годы уединения полностью прочувствовал всю её глубину, сразу же поет и плачет, не вытирая слезы. Ким смотрит на себя на экране, поющего и плачущего, и смеется.

Из автобиографического монолога выясняется, что он не закончил школу, работал на заводе, чинил, как он выразился, "женские авто" и даже был уличным артистом. И только режиссура сделала из него человека, за что он кино очень благодарен. Из безвестного прошлого у Кима осталась способность работать руками. Он показывает самодельную "capuccino machine", а потом из подручных материалов собирает револьвер, едет на холеном белом Land Rover в Сеул и за рамками кадра стреляет во врагов из самодельного оружия.

Во время интервью для французского ТВ Кима попросили спеть Ариранг. Он вежливо улыбнулся, спел первую строфу, запнулся, опустил голову… и заплакал.

Алексей Гуськов, 14 мая 2011
http://www.cinematheque.ru/post/144308
 
ИНТЕРНЕТДата: Четверг, 04.08.2011, 07:28 | Сообщение # 5
Группа: Администраторы
Сообщений: 3560
Статус: Offline
Ким Ки Дук: «Моя жизнь требовала песни “Ариранг”»
11-й Международный кинофестиваль «Новые горизонты»


В рамках 11-го Международного кинофестиваля «Новые горизонты», проходящего во Вроцлаве 21-31 июля, прошла встреча с корейским режиссером Ким Ки Дуком. У зрителей была возможность задать ему вопросы о творчестве, о его последнем фильме.

— Во многих ваших фильмах главные героини — проститутки. Но проституция выступает символом служения женщин чему-то высшему, принесению себя в жертву. Как возник интерес к этой теме и подобный тип героини?

Полагаю, что эта профессия — один из способов проявить себя. Не соглашусь, что эти женщины продают свое тело, это лишь один из способов существования. Ни один человек не планирует заранее стать проституткой или гангстером. Когда я был маленьким, тоже не планировал учиться в университете, а работал на фабрике и завидовал моим друзьям, получающим высшее образование. Полагал, что мы не выбираем свою жизнь. То же самое с бандитами или проститутками. Однако именно они, по-моему, и проживают «настоящую жизнь», испытывая постоянный выброс адреналина, становясь ее током. Представляю себе женщин, которые встречаются с незнакомыми мужчинами, и, не имея в сердце к ним ничего, все-таки должны что-то по отношению к партнерам испытывать. Их жизнь, возможно, не самая привлекательная, однако я всегда стремился показать ее, как настоящую. В этом философия их жизни.

— Какое влияние на Вас оказала корейская война?

Мой отец участвовал в корейской войне. Первоначально, будучи солдатом армии Южной Кореи, он был захвачен в плен солдатами северокорейской армии, и был вынужден сражаться уже под их знаменами. Однако он сбежал, получил четыре ранения, и после войны его здоровье стало очень плохим: он до конца жизни не мог ничего делать, кроме как глотать свои лекарства. Единственная вещь, которой он предавался — воспитание, ограничение своих детей, поэтому в детстве я его очень не любил и сильно боялся. И мне потребовалось целых тридцать лет, чтобы его понять. Во всем виновата война, в том числе и в его образе жизни. Однако после корейской войны ничего не изменилось: ее дух чувствуется повсюду. Как режиссер я вижу своей миссией изобразить это, показать, как опасна наша жизнь, но не знаю, получится ли у меня. Думаю, зарубежных зрителей привлекают в корейском кино его традиционные элементы, такие как сопутствующая фабуле грусть или брутальность поведения персонажей.

— Вопрос о «Пустом доме», моем любимом фильме Ким Ки Дука. Откуда появилась идея изобразить таких героев: молодого человека и девушку, пробирающихся в чужие дома, проживающих там один день, ничего не украв?

Я не знаю, откуда у меня появилась такая идея. Все фильмы, которые я до той поры снял, начались как вспышка молнии. Идея «Пустого дома» пришла ко мне следующим образом: однажды я вернулся домой и, открывая дверь, увидел какую-то рекламу, всунутую в нее, и внезапно возникла идея. Очень много режиссеров в Корее сидят, сочиняют, много курят, но это никогда не было моим путем.

— Я хотел спросить об упомянутой Вами вспышке молнии: снять пятнадцать фильмов в Корее — это очень много. Это было использование благоприятной ситуации, прилив энергии, вдохновение? Откуда столько фильмов?

Я никогда не делал в Корее большую кассу, поэтому условия, например, экономические, не играют для меня роли — мне всегда было важно рассказать какую-нибудь историю. Я думаю, что существует что-то, что могу увидеть только я. Очень много людей приходило ко мне с просьбой научить их чему-то, но я не знаю, как это сделать, ведь для меня выражение собственных идей — транспортация моего сознания.

— Я вижу много общего между Вашим последним фильмом и «Меланхолией» Ларса фон Триера. Пытались ли Вы показать некий внутренний конец мира?

Может, Ларс не согласится со мной, но я считаю, что мы очень похожи один на другого. Возможно, он думает примерно так: «Зачем этот Ким Ки Дук все время за мной повторяет?» Когда я снимал «Весна, лето, осень, зима… и снова весна», Ларс фон Триер снимал «Догвиль». И хотя мы не видели фильмов друг друга во время съемки — он делал его на Западе, я — на Востоке, — у нас получилось очень много похожего. Способ изображения истории в них аналогичен. Возможно, он тоже был очень удивлен, когда увидел мою работу. Точно такую же родственность я почувствовал, когда посмотрел «Идиотов».

— Мой вопрос о фильме «Реальная фикция». Слышала, что он был снят за 200 минут. Было ли это сделано специально или нет?

Я снял это фильм за 3 часа 12 минут, имея двенадцать камер. Изначально я хотел снять его в эстетике real time, но после монтажа получилось 90 минут. Этот фильм представляется мне панорамой.

— Не могли бы Вы объяснять смысл песни «Ариранг»?

Моя жизнь требовала этой песни. «Ариранг» — песня, важная для всех корейцев. «Ариранг» и я — процесс познания себя.

— Сколько в фильме документа, а сколько элемента игры, нарративности?

У меня до сих пор нет четкого ответа, что есть этот фильм: документ или драма, — потому что у меня не было намерения показывать его, я хотел только исповедаться, а получился такой странный фильм.

— А почему Вы не хотели показывать его? Я слышал, что до последнего момента было неизвестно, попадет ли копия в Канн? Откуда такие сомнения?

У меня не было специального намерения показать этот фильм, но в итоге вы все его посмотрели.

— «Ариранг» — фильм, зафиксировавший на пленке творческий кризис. Насколько фильм помог с ним справиться?

Я давно не смотрел фильм целиком, и не помню, что в нем показано, мне потребуется еще очень много времени, чтобы его посмотреть. Несколько минут назад мы ждали начала встречи, и я слышал, как я пою в фильме, и мне было очень тяжело. В период монтажа я ничего подобного не испытывал, однако со временем возникло чувство страдания, и я не могу сейчас видеть этот фильм.

— Вопрос о фактах из вашей жизни, о которых идет речь в фильме. Во-первых, несчастный случай во время съемок фильма «Сон», а во-вторых, история о том, что Ваши коллеги покинули Вас, чтобы снимать собственное кино. Все ли это правда?

Я не знаю. Может, это была неправда. Я могу только сказать, что «Ариранг» является заданным вопросом: «Что такое фильм?». И жанр в данном случае не важен для меня, а интересно только то, чем является фильм для нас, людей. И документальных, и фабулярных картин появляется очень много, но в последнее время часто слышно, что нет настоящего документального кино. Так же, как и игрового. Сейчас такое время, что все в кинематографе смешивается.

— Тогда как Вы ответите на этот вопрос: «Что такое кино?» — после того, как сняли «Ариранг»?

Возможно потом я отвечу как-то по-другому, но сегодня для меня фильм — это встреча, а конкретнее — встреча с человечеством.

— Поясните значение предпоследней сцены фильма «Ариранг», сцену трех убийств… или выстрелов. Это символичное изображение разрешения проблем художника, борющегося с собственным кризисом?

У меня две версии. Первая грустная — из-за меня действительно погибло три человека, а вторая, более оптимистичная — показанные убийства освобождают меня от всех наваждений. Мне хотелось продемонстрировать, что это только версия, интерпретация.

— Какой статус ребенка в Корее? Этот вопрос родился у меня в связи с финалом фильма «Крокодил». С подобной ситуацией мы наблюдаем и в других азиатских фильмах, однако я не встречалась с чем-то аналогичным в западной культуре, чтобы ребенок остался один безо всякой помощи и совета.

Мне впервые задают подобный вопрос, поэтому мне нужно больше времени, чтобы на него ответить. По-моему, в моих фильмах ребенок появлялся лишь дважды: в «Крокодиле» и во «Вздохе», — и я противник того, чтобы дети играли в фильмах, подобных моим. В «Крокодиле» был показан «трудный» ребенок, но это не полноценное изображение ситуации всех детей в Корее. Во Франции, в метро, например, тоже можно встретить много бедных детей или беспризорников. А в Корее все не так плохо.

— Когда Вы монтировали «Ариранг», на какой эффект Вы рассчитывали: комичный, драматичный? Думали ли Вы вообще о публике или снимали его для себя?

У меня никогда не было конкретного плана. Даже не было сценария. А до монтажа я и не думал о публике. Поговорив с моим заграничным дистрибьютором, мы решили показать его в Канне, однако первоначально я не собирался никому его демонстрировать. Но когда посмотрел фильм на большом экране на фестивале, я был в шоке. Понял, что этот фильм не нужно никому показывать. Но, к сожалению, было уже поздно… На самом деле это я только так говорю, что не хотел… (Продолжительные аплодисменты.)

— После «Ариранга» Вы начали думать о чем-то новом, может, приступили к какой-то работе?

Этот фильм вообще мне не помог (Смеется.). Но я не могу его избежать. И, если моя новая картина будет хуже, чем все, что я до этого снял, я прошу извинить меня за это.

— Вы говорили, что Ваш успех был своеобразным бумерангом из-за границы: сначала известность пришла к Вам на Западе, а уже потом на родине. А про «Ариранг» Вы сказали, что вообще его в своей стране не показывали. Знаете ли Вы своего корейского зрителя? Кто он?

В Корее тоже очень много людей любят мое кино и поддерживают меня. Но, к сожалению, большинство все-таки критикует, и менее объективно, чем в Европе. Мы планируем показать «Ариранг» и в Корее тоже. Однако ситуация выглядит так, что я просто вынужден снять новый фильм, чтобы люди уже забыли «Ариранг»…

Вроцлав, июль 2011 года
Фрагмент встречи со зрителями записала и перевела Дина Назарова
http://kinoart.ru/journal/kim-ki-duk.html
 
ИНТЕРНЕТДата: Суббота, 24.09.2011, 11:06 | Сообщение # 6
Группа: Администраторы
Сообщений: 3560
Статус: Offline
"Тремя выстрелами я убил свои проблемы"
Зачем Ким Ки Дук перенес все свое одиночество на большой экран


Призер Каннского фестиваля "Ариранг" Ким Ки Дука — фильм о попытках справиться с личным кризисом — может быть не допущен к прокату на родине режиссера. "Огонек" встретился с виновником скандала

"Ариранг" — название корейской народной песни, которая исполняется в моменты грусти и разочарования. Именно оно надолго овладело режиссером Ким Ки Дуком: ощутив неспособность реализовать себя в работе, он решил заснять свое одинокое существование на камеру.

На большом экране мелькают шокирующие интимностью кадры: режиссер напивается, ругается, поет, плачет и даже справляет нужду.

Фильм уже показали на фестивалях в Мюнхене и Карловых Варах, а Италия и Япония приобрели права на его прокат. Однако у продюсеров есть подозрения, что в самой Южной Корее фильм вряд ли покажут: кадры, в которых пьяный режиссер ругает правительство, вызвали недовольство. Также прокату, по слухам, противится и местная киноиндустрия, которая предпочитает развлекательное кино.

Сейчас Ким Ки Дук путешествует по Европе; он согласился ответить на вопросы нашего корреспондента.

— Ваша лента полна интимных признаний. Когда вы начали снимать фильм, планировали показать его зрителю?

— Камеру я поместил в доме после того, когда у меня сложилось впечатление, что мне она больше уже не понадобится. После ряда разочарований и неудач я долго не решался возвращаться к работе, пока, наконец, не решил прибегнуть к насильственному методу — сделать документацию о себе самом. Я хотел проанализировать свои будни: как живу, что чувствую, чем занимаюсь. Как и во всех своих проектах, я редко начинаю работать, планируя далеко наперед. Меня больше привлекает поэтапный подход. Сначала я снимаю, потом монтирую и так далее. Во время работы мне иногда приходили мысли о том, что неплохо бы показать свои кадры ближайшим друзьям, узнать их мнение о себе, но я никогда не планировал вынести эту съемку на суд широкой публики. Когда же возникла идея о большом экране, то я подумал, что голая документация может быстро наскучить зрителю. Поэтому я решил создать несколько образов Ким Ки Дука — уверенного в себе, одинокого и страдающего, а также его тени — и заставил их вести между собой разговор.

— Какой же из трех Ким Ки Дуков вам ближе?

— Каждый человек совмещает в себе несколько образов. Все они гармонично сосуществуют, несмотря на их абсолютную разность. Поэтому часто у разных людей составляется различное мнение об одном и том же человеке. Я не ставлю перед собой задачи поведать одну-единственную истину, я люблю жизнь в ее многозначительности.

— Вы сначала старательно мастерите пистолет, потом отправляетесь в путь, заходите в какие-то помещения, и оттуда раздаются выстрелы. При этом людей поблизости вообще не было. Что означали ваши действия?

— Мои выстрелы имели символистическое значение. Меня мучили три проблемы. Первая касалась лично меня, моего творчества и кризиса. Вторая была связана с обществом, его деградацией, истреблением природы и ее ресурсов. Третья — с людьми, знакомыми, коллегами. Тремя выстрелами я как бы убил свои проблемы, и они покинули меня. Я не единственный режиссер, который переживает творческий кризис, но, вероятно, у меня особый способ выхода из ситуации. Им я хотел поделиться с другими, надеюсь, что он если не вдохновит, то вызовет сочувствие или понимание.

— На пистолете, которым вы убивали свои неприятности, красовалась фигурка Будды. Какая связь между этим символом на пистолете и религией?

— Фигурка Будды заключает в себе иронию по отношению к тому, что происходит в современном мире, где вера сосуществует с насилием. Вообще, религия не связана для меня с конкретным образом, с определенным храмом или Священным писанием. Религия — это наши принципы, как мы живем и относимся к другим людям, что чувствуем. Религия — в природе, которая нас окружает.

— Когда камера фиксирует вас в повседневности, то, кроме кошки, вокруг нет ни одной живой души. Ваши дни проходят в будничных заботах, но обращает внимание тот факт, что вы много и охотно мастерите. Кроме пистолета вы еще и кофеварку делаете. Лечите кризис физическим трудом?

— Я не делю труд на умственный и физический. Для меня и то, и другое является работой. До съемок я работал на фабрике. А не так давно я сам построил себе дом. Я нахожу удовольствие во всех видах деятельности. Когда дети появляются на свет, у них практически одни и те же навыки, одинаковая моторика и способности. По мере взросления мы начинаем делиться на классы, социальные уровни, на тех, кто работает физически или умственно. Считаю это неправильным. Уважения и внимания заслуживает любая работа и каждый человек. А что касается одиночества, у меня и другие фильмы были не очень многословными. Я вообще предпочитаю тишину диалогу. Иногда молчание может скорее разрешить проблему, чем ее бурное обсуждение.

— Ваш фильм уже показали на нескольких европейских фестивалях. В Корее он еще не выходил. Какую реакцию ожидаете там?

— Об этом я еще не задумывался, как и не ожидал того, что фильм пригласят на международные фестивали. Поскольку картину показали в Канне, она уже привлекла внимание мировой общественности, а также некоторых моих соотечественников. Некоторым кажется, что фильм станет бомбой замедленного действия, поскольку он затрагивает некоторые важные проблемы, например внутреннюю политику или развитие местного кинобизнеса. Однако мои коллеги преувеличивают. Темы развития корейского общества и киноиндустрии занимают лишь несколько минут во всей картине, и не пойму, почему именно эти минуты привлекли внимание и даже спровоцировали политический конфликт. Жаль, что другие вопросы, которые были важны для меня, например отношение человека к природе, гуманизм и общество, заслужили так мало внимания этих людей. Меня не интересует реакция зрителей в Корее. Нашему обществу уже давно необходимы изменения, и если они вообще наступят, то я хочу внести в это свой вклад.

— Тем не менее, не верится, что вы совершенно равнодушны к тому, как примут ваши откровения на экране...

— Когда показывают мой фильм, я чувствую себя беззащитным и раздетым. Поэтому во время просмотра ухожу из зрительного зала, чтобы даже не думать о том, какие чувства вызовут мои откровения у зрителей. Хотя, с другой стороны, я верен принципу, что если фильм вышел на экран, то он меня "покинул", а значит, перешел в "собственность" публики. Что зритель решит почерпнуть из него, меня уже не касается. В этот момент я обдумываю свой следующий проект.

— И какой будет следующий?

— Пока не хочу разглашать тайну, но чувствую в себе прилив новых сил и окончание творческой блокады.

— У кино, как вам кажется, должна оставаться социальная функция?

— На этот вопрос вам никто не сможет ответить однозначно. Ответ будет варьироваться от континента к континенту. В Азии, в частности в Корее, фильмы играют педагогическую роль, с их помощью мы пытаемся осознать человеческое общество и его механизмы. Американская киноиндустрия напоминает мне орудие, с помощью которого они атакуют мир. Поэтому зрители многих стран находятся под сильным влиянием США, поскольку постоянно "потребляют" их кинематограф. Со своей стороны, сожалею, если кинематограф будет лишь развлекать. Мне бы хотелось, чтобы кино стало зеркалом, в котором отразилась бы наша реальность.

Беседовала Татьяна Розенштайн, Журнал "Огонёк", №30 (5189), 01.08.2011
http://www.kommersant.ru/doc/1685481
 
Форум » Тестовый раздел » КИМ КИ ДУК » "АРИРАН" 2011
Страница 1 из 11
Поиск:

Copyright MyCorp © 2017
Бесплатный хостинг uCoz